Возвращение Барса - Марина Морская

посмотреть на архив. — Может тогда дать магповозку? — Спасибо, не нужно. — Возьми с собой Ингу и без неё из особняка не выходи. Инга не только отличная горничная, но и опытный охранник. — Думаете, настолько всё серьёзно? — Возможно, не хочу тебя пугать. Не случись этого происшествия, я бы всё равно к тебе её приставил. Не забывай о ценности тех сведений, которые тебе станут известны. Так что твоя безопасность одна из важных моих задач. — Ясно. Тогда я пойду? Дел ещё много. — Ступай.

"Ох! Не так я себе представляла свою службу у Николая Павловича" — огорчилась Дарья.

Остаток дня прошёл в поисках нового гардероба. Здесь помощь Инги тоже оказалась бесценной. Подобрать достойный наряд, для девушки из приюта на службе у мужчины, оказалось не просто. Лишняя лента, кружево или бант, легко в глазах общества превратило бы её в содержанку. А этого, категорически не хотелось.

Уже на выходе из салона столкнулась со своей знакомой по приюту. — Дарья, как ты здесь? — с удивлением смотрит она на вывеску известного и дорогого магазина, — слышала Наталья пристроила тебя к Коке. — Привет, Соня. Извини, я спешу, — её тон и намёки вызвали раздражение. — Уже зазналась, значит. Может пригласишь подругу на чай? — Интересно, когда это мы стали подругами? — Так давай станем! — Вот это вряд ли... Прости, я, действительно, спешу. — Слышала у Разумовских был пожар...,

— Соня говорит последнюю фразу практически уже в спину, уходящими от нее Дарьи с Ингой. — Интересно, откуда такие сведения? Это закрытая информация, — хмурит брови Даша, тревожно переглядываясь с Ингой. — Так в городе только об этом и болтают, — Соня делает шаг назад. — Я пришлю к тебе дознавателей, если ты немедленно мне не скажешь откуда у тебя такая информация, — угрожающе двигается на неё Даша.

Но, Соня вдруг бледнеет и падает в обморок. Инга дёргает Дашу на себя и падает на неё сверху. Прижатая к тротуару, Дарья оказалась лицом к лицу с Соней и увидела, как уходит жизнь из её распахнутых в удивлении глаз.

Николай был очень зол. Очень зол на себя!

Мало того, что Дарья чуть не сгорела в огне, рядом с ней убили знакомую ей девушку.

Побоялись, что дознаватели смогут через неё получить хоть какую то информацию о преступниках и просто избавились от неё.

Наглость и хладнокровие с которым они действуют поражает воображение. Скорее всего, за ними стоит кто-то очень могущественный, раз они настолько ощущают свою безнаказанность. Или… недосегаемый.

Предателя в особняке Разумовских вычислили быстро, однако нашли его за пределами особняка уже мёртвым. Кто то быстро убирает исполнителей. Очевидно, важность документов, находящихся в архиве, настолько велика, что заинтересованные лица, не гнушаются ничем.

Дарью напоили успокоительным, она спит у себя, периодически всхлипывая во сне. А Николай сидит в кресле рядом, пользуясь тем, что она его не видит, просто не в силах от неё уйти. Сейчас идея посадить её за архив не кажется ему здравой, но обратного пути уже нет. Под утро, неожиданно для себя, уснул все в том же кресле.

Проснулся навязчивого ощущения, что на него пристально смотрят. Осторожно открыл глаза. Дарья проснулась и смотрит на него с удивлением. — Николай Павлович,..вы что тут делаете? — Сплю, — глупо улыбаясь и понимая что кроме честного ответа, сейчас ничего не сможет придумать, отвечает он.? — приподнимает она бровь. — Я... волновался вчера за тебя, вот зашёл проверить и нечаянно уснул, — под пристальным взглядом

красивых глаз становится не ловко. Он вскакивает с кресла, стремясь уйти как можно быстрее. — Вы волновались обо мне?! — почти шепчет она свой вопрос. — Конечно, — оборачиваюсь я к ней, — ты мне очень дорога. Хочется закрыть глаза от своих прямых слов, чтобы не услышать насмешливый тон или смех в ответ. Однако, она молчит. Комкает в волнении одеяло. Видно, что хочет о чем то спросить, но не решается.

Он собираюсь снова уйти, но она вдруг решается и спрашивает: " Почему? Почему я вам дорога? "Её глаза горят, на щеках нежный румянец, чуть припухшие от сна губы ярко выделяются на лице..

" А! Пропади оно всёпропадом! " — думает он, решаясь. — Я люблю вас, Дарья, — ему страшно до одури. Вот сейчас она рассмеётся, и скажет, что он старый дурак, на что смел надеяться.

Однако, в ответ она лишь в удивление распахнула глаза, выпорхнула из кровати и, неожиданно, обняв его за шею целует в подбородок, шею, щеки, куда может дотянуться. — Правда? — чуть отстраняется она от него.

Его руки уже обхватили её за талию и прижимают к себе, что есть сил. — Таким не шутят, борюсь с собой, понимаю что тебе не подходит такой как я старик.... — Ты не старик! А я с детства не представляю своей жизни без тебя.

Оглушенные взаимным признанием, они обнявшись присели на диван. — Дашенька, могу ли я поверить своему счастью? — А я своему? — широко улыбается она, демонстрируя ямочки на щёчках.

Стук в дверь прервал приятный диалог. — Николай Павлович, вас срочно вызывают в контору, — докладывает управляющий, приоткрыв дверь. — Дашенька, душа моя, сегодня оставайся, пожалуйста, дома. Продолжим наш разговор вечером, — прощается он, целуя руки. — Хорошего дня, — произносит она вслед.

Эмоции переполняют.

Ей хочется летать и кружится по комнате от избытка эмоций. Она кружась, раскинув руки, чуть не сбивает с ног вошедшую Ингу. — Что случилось? — интересуется она, даря улыбку. — Он сказал, что любит! — делится Дарья, не в силах сдержать счастье. — Ну, наконец то! — восклицает в ответ Инга, — мы уж и не надеялись. — Почему? — Да кто его знает... Всегда сторонился женщин, — пожимает она плечами, — сама сможешь его потом спросить.

— Николай Павлович распорядился вчера позаниматься с тобой приёмами самообороны, — продолжает она, —

я принесла тебе костюм для занятий, давай помогу переодеться.

Вскоре они спустились в тренировочный зал с зеркалами на стенах и занимались там до самого обеда.

Занятия Даше понравились. О вчерашнем старалась не думать. Получалось откровенно плохо.

Время от времени мысли о вчерашнем прорывались яркими картинками в голове, вызывая озноб.

"Справлюсь ли я? Может пока не поздно отказаться? "

Потом представила разочарование в глазах Николая и решительно направилась в архив.

Последствия пожара уже были удалены. В воздухе остался лишь легкий запах дыма, но и он постепенно исчезал. Села за стол и открыла первую папку. Сверху на папке размашистым почерком написано" Ник/16-17л"

Вопреки страхам и ожиданиям ничего криминального в папке не оказалось. Обычные счета аккуратно подшитые от месяца к