Ворон. Альянс с врагом - Екатерина Ромеро

— А-ай!

— Скай!

Вито ловит меня и не дает плюхнуться в воду. Когда оказываюсь близко к нему, сердце учащает ритм. Чувствую его руки на себе, он силен, и даже очень.

— Спасибо.

— Слишком много “спасибо” для одного дня.

Смотрю на него.

— Зато честно.

— Любишь честность?

— Я же криминальный журналист, я люблю честность больше всего на свете. А ты что любишь?

— Лесси, — Вито отвечает не задумываясь, я коротко киваю. Я знаю, что он любит дочь. В этом не было сомнений, хоть у них и сложные отношения.

— Франческа говорила, что раньше вы были близки, но после того, что случилось, перестали общаться.

— Я ни на миг не переставал любить дочь.

— Почему тогда сейчас не общаетесь?

Вито останавливается и поворачивается ко мне той стороной лица, которая пострадала от огня.

— Лесси боится моих шрамов.

— Потому ты носил маску. И что, помогло?

— Не особо.

— Мне кажется, что она привыкнет даже к такому папе, ты, главное, говори с ней. О чем угодно.

— О чем угодно Софи с ней говорила.

— Какой она была?

— Разной. Мудрой, смелой, сильной.

Усмехаюсь.

— Кардинальная противоположность мне.

Идем дальше. Переходим через мостик и на миг останавливаемся там. Сейчас как раз лебеди проплывают, и это завораживающе красиво.

— Какие они прекрасные. София любила их?

— Нет. Она не знала об этом месте.

— Почему?

— Я приезжал сюда еще до свадьбы, ну и так, редко отдохнуть наедине.

— Почему же меня сюда привез?

— Хотел уединения.

— А я тебе не мешаю?

Честно говоря, меня слегка шокирует наш диалог. Он вроде ни о чем, но на самом деле мы с Вито ни разу так много и открыто не разговаривали, и при этом он не угрожал меня убить.

— Нет.

Это был очень странный, но, пожалуй, наш самый откровенный разговор. Я старалась не задевать болезненные темы, просто хотела узнать своего Монстра. Не как своего врага, а как мужчину, моего теперь уже мужа.

— Вито, я просто хочу, чтобы ты знал: я не общалась с Марко. Я со своим дядей не имела никаких дел. И я не знала, что он хотел напасть на замок. Ты можешь обвинять меня во всем, это твое право, но, если бы я знала, что что-то случится, я бы никогда этого не допустила.

Вито промолчал, а я поняла, что это уже больно. Для него. Для нас. Я замолчала, дальше мы шли в тишине. Она давила, я чувствовала, что между нами есть глыба льда, и не знала, как ее растопить. Пока я себя даже не понимала, нужно ли вообще это хоть кому из нас, или мы так и останемся врагами.

— Можем покормить их? Пожалуйста.

— Можно.

Мы доходим до самого конца озера. Здесь есть лавки, на которых мы обосновываемся. Тут же расположены и кормушки с едой. Словно зная это, лебеди первыми к нам подплывают.

— Какой из них девочка? Белая или черная?

— Белая.

— Значит, мальчик черный?

— Да.

— Моя мать погибла в нашем замке, — Вито неожиданно заводит разговор первым, когда я уже думаю, что он не промолвит ни слова. Он кормит лебедей и смотрит вперед на воду. Я же вижу его лицо, усеянное шрамами. И, как ни странно, сейчас они меня вообще не пугают. Просто он такой. Раненый — что снаружи, что внутри.

— Как она погибла?— Анна упала со скалы в пропасть. Я думаю, что она поскользнулась. Тогда шли дожди и еще не было тропинок из камня.

— О боже, мне очень жаль!

— Меня вырастил отец. И Анжело тоже. Мы выросли тут.

— Анжело хороший. И жена его тоже.

Вито усмехается, хотя я вижу только грусть в его глазах.

— Мой отец сделал для нас с братом все. И я сделаю для него все.

— Он поддержал твое желание жениться на мне из мести.

— Да. Именно так.

— А если бы Пабло сказал сбросить меня с горы вместо брака? Ты бы его послушал? — спрашиваю честно, но тут же жалею, потому что Вито весь напрягается и молчит.

Я понимаю все без слов. Конечно же, он бы послушал мнение отца. И я бы так же, как и Анна, уже давно полетела с горы птицей.

— Почему ты решил жениться на мне? Hе проще было бы просто меня пристрелить? Забить камнями, не знаю, ну хоть что-то. Это было бы проще!

Вито поднимется и бросает остатки корма лебедям. Я тоже вскакиваю и оказываюсь напротив него. Так близко. Слышу его дыхание, вижу, как медленно вздымается его грудная клетка. Он сканирует меня темным взглядом и в какой-то миг наклоняется ко мне.

Как ни странно, я не пугаюсь. Напротив, хочу этого, хочу, чтобы он поцеловал меня сейчас. Один раз. Пожалуйста, но нет.

— Не проще. Не проще, — басит Вито и распрямляется, отходит от меня.

Не поцеловал. Потому что не любит. Потому что любит, точнее, все еще свою жену Софию.

Уже ночь. Мы гуляли допоздна. Говорила преимущественно я, Вито слушал. Но он рассказал мне о матери, о брате, об отце. Не могу сказать, что у него простая история. Я так сильно привязана к маме, а он ее практически не помнит, но все равно любит. Иногда мы любим тех, кого уже нет, больше всего на свете. И скучаем по ним, хоть и знаем, что они ушли безвозвратно.

В отеле жарко, я принимаю душ, нам приносят ужин. Легкие фрукты, морс, два стейка с овощами.

Мы располагаемся на балконе, и, честно, у