Позволь мне остаться - Екатерина Аверина

Все силы уходя на то, чтобы поймать внутреннее равновесие и сохранить над собой контроль. Но все же получается запустить мозг. Отрицательный результат — тоже результат. И достаточно хороший. Не будем больше тратить время и силы на эту версию.

— Пусть пока остается там и держит все под контролем, а мы значит ищем дальше.

Павел согласно кивает и откидывается на спинку кресла. Атмосфера накаляется сильнее. Надо что-то решать. Больше ждать нет ни времени, ни возможности.

Еще раз прослушиваем запись встречи Лии с Хозяином. Хорошо, что я подстраховался и в ее телефоне есть программа, которая нон-стоп пишет звук вокруг на виртуальное облако. Строго пока меня рядом нет. Чтобы в любую минуту можно было убедиться, что все в порядке. Всего лишь мера предосторожности, но пришлась очень кстати и помогла нам с Фином узнать подробности встречи, которую мы очень ждали. Все. И не мешали ему. Пока он подбирался к Лие, мы подбирались к нему.

Ворон недовольно хмурится.

— В голове не укладывается, как она тебя слила…

Друг задумчиво чешет подбородок. Меня сначала тоже колбаснуло не слабо, а потом включился мозг.

— Думаешь, ей легко? — встречаемся взглядами. — На одной чаше весов несовершеннолетняя сестра, на другой я. Все очевидно. А ты бы кого выбрал жену или сына?

Ворон едва заметно усмехается, понимая, куда я клоню.

— Пулю в лоб.

— А их обоих на растерзание?

— Это тяжелый выбор, — качает он головой. — Надеюсь никогда нам не предстоит.

— Да уж.

Опускаюсь на стул и растираю лицо ладонями. Мозг уже пухнет от мыслей, а четкого плана до сих пор нет. Куда этот урод спрятал ребенка? Одна надежда на Рустами. Если он не узнает, придется переходить к плану «Б».

— Не боишься? — Ворон вновь расшатывает мою уверенность в Лие. Но напрасно. Я все для себя решил и все последующие поступки исходят из этого решения.

— Я свое отбоялся, Паш, — ухмыляюсь я. — Понимаю, с чем имею дело. Но все же верю в то, что Лия найдет в себе силы для борьбы. Я в любом случае рядом. Не позволю упасть.

— Лишь бы выдержала, — вздыхает друг. — Ноша слишком тяжелая.

— Сильная малышка, справится. Должна… иначе утонем все.

Как бы абсурдно ни звучало, но сейчас все держится на страхе Лии. Как только она сломается, наступит острая фаза конфликта. Я больше не смогу стоять в стороне и придется перейти в открытое противостояние.

— Ты ей не рассказал?

— Нет. Анзор срисует ее мгновенно. Нельзя, чтобы догадался, что мы в курсе происходящего. Пусть все идет так, как он хочет. А нам нужно время, и только она может нам его дать.

— Ты уверен? — Ворон ловит и удерживает мой взгляд.

Если был бы кто-то другой, я бы втащил после этого вопроса. Ему, как брату, прощаю.

— А что, есть варианты? — вопросительно дергаю бровью, невольно раздражаясь.

— Мир, девочка глубоко травмированная…

— И что ты предлагаешь? — клацаю зубами. — Бросить ее на расправу этому чудовищу?

— Нет. Я всего лишь напоминаю, что она никогда не станет нормальной.

— Нормальной, — криво усмехаюсь я. — А кто из нас нормальный? Может быть ты? Или Ира твоя? — он отрицательно качает головой. Каждого из нас жизнь изрядно потрепала. — То-то же. Это моя девочка и я буду за нее рвать!

— Ладно, ты прав, — Паша примирительно поднимает руки вверх. — Прости, но я должен был уточнить.

— Лия станет нормальной, — уверенно чеканю я. — Еще молодая, я помогу ей справиться. Вытащу из этого болота.

Да я все сделаю, чтобы она забыла весь этот кошмар и смогла жить дальше без оглядки. Если потребуется, я вновь стану зверем и растерзаю всех, кто причинил боль. Лия будет свободной и счастливой!

— Гештальт не можешь закрыть? — снова умничает друг. — Помирись лучше с сестрой.

Он слишком хорошо знает меня и моих скелетов, распиханных по шкафам.

— Мы не ругались… — небрежно веду плечами.

Но почти не общаемся.

— Тогда попроси помочь с Лией.

— А это идея…

Мирон

Забрав у Ворона новые документы для сына, еду домой. Не подкопаться. Авдеев Демьян Миронович. Звучит немного непривычно, но приятно согревает внутри. Настораживает, что все прошло гладко. Юля судами пугала, да так и не сподобилась даже написать заявление. Может голову включила? Что-то верится с трудом. Но пока к лучшему. Две войны тянуть крайне сложно. Ресурса надо слишком много.

Крепко сжимаю руль и напряженно думаю. На душе как-то неспокойно. Пишу Фину сообщение. Отвечает, что все под контролем. Сомневаться в его компетенции причин нет. Ладно… ни к чему параноить. Убираю телефон на подставку, но вскоре он звонит.

На дисплее имя — Надежда. Неожиданно…

— Авдеев, слушаю, — принимаю звонок и включаю громкую связь.

— Здравствуй, Мирон, — сухо и холодно, словно мы недавно не сидели за одним столом, отмечая прибавление в семье Гараниных.

— Надежда? Что-то случилось?

— Это я у тебя хочу спросить, — отчетливо слышу недовольство в ее голосе. — Почему ты не пускаешь Лию на занятия?

— Я? — округляю глаза и невольно усмехаюсь. — Это она тебе сказала?

— Нет. Она вообще ничего не говорит. Закрылась и не пробиться, — растерянно отвечает психотерапевт. — Откат очевиден. Может у вас случилось что-то?

— Я здесь не при чем. Это ее решение, — напряженно отвечаю и сильнее стискиваю руль. — Но я поговорю с ней.

— Да, пожалуйста. Наши занятия очень важны. Их нельзя пропускать.

Да знаю я, но… Ладно, придумаю что-нибудь.

— Я услышал. До связи.

— Всего доброго.

Надежда не знает ни о чем. И в общем-то не нужно, чтобы знала, но может будет лучше, если она будет понимать с чем имеет дело? Не знаю. Надо подумать, как поступить правильно. Но Лия вернется к терапии обязательно. Я настою на своем, тут Надя права. Нельзя прерывать сеансы.

Вспоминаю разговор с Вороном и нахожу в телефоне номер сестры. Давно не общались, но связь не потеряли.

— Алло, — раздается родной голос, а я невольно улыбаюсь.

Ничего не изменилось. Она для меня по-прежнему моя маленькая сестренка.

— Алинка… — выдыхаю, забыв на пару мгновений все слова.