Зависимость от чудовища - Стейси Кроу

— Ты хочешь этого? — спросила я.

— Больше всего на свете, — прохрипел он.

Я опустилась.

Его губы коснулись меня, сначала робко, почти благоговейно, а потом жадно, глубже. Я вцепилась пальцами в изголовье кровати, выгнулась и застонала. Он лизал меня так, будто я была единственным, что имело значение в этом мире. Его язык двигался медленно, ритмично, находил каждый нежный участок, обводил клитор, проникал внутрь.

— Да, — прошептала я, откидывая голову. — Не останавливайся.

Он не останавливался. Наоборот, ускорился. Его дыхание было горячим, сбивчивым, он что-то мычал, неразборчиво, хрипло, и эти звуки смешивались с моими стонами.

Я чувствовала, как напряжение нарастает. Как низ живота сводит сладкой судорогой. Ещё немного и я кончу.

Но я не хотела кончать. Не сейчас.

Я отодвинулась.

Он издал разочарованный стон, дёрнулся в своих путах.

— Нет, — прошептал он. — Пожалуйста, не останавливайся.

— Терпение, — сказала я, слезая с него. — Я ещё не закончила.

Я спустилась ниже. Расстегнула его джинсы, стянула их вместе с трусами. И замерла.

Он был огромным.

Я уже видела это однажды в темноте, мельком, когда он заставил меня взять его в рот. Но сейчас, при свете, он казался ещё больше. Твёрдый, пульсирующий, с капелькой влаги на головке. Вены вздулись на стволе, и весь он был таким... мощным. Таким внушительным. Это вообще был первый и единственный член, который я видела, но я почему-то была уверенна, что больше этого просто не существует в мире.

Я сглотнула.

— Ты уверен, что это поместится во мне? — спросила я, и мой голос прозвучал испуганно.

Он усмехнулся, но в усмешке не было насмешки — только нежность.

— Поместится, Светлячок. Я буду осторожен.

Я провела пальцем по головке. Он вздрогнул, зашипел.

— Какая же ты... — он не договорил.

— Что? — я посмотрела на него.

— Идеальная, — выдохнул он. — Ты идеальная.

Я взяла его в рот.

Он выгнулся на кровати, насколько позволяли верёвки, и зарычал:

— Блять, Светлячок, ты даже не представляешь какой властью обладаешь.

Я двигалась медленно, пробуя, привыкая к его размеру. Он был солоноватым на вкус, горячим, пульсирующим. Я брала его глубже, чувствуя, как он упирается в нёбо, в горло, как слёзы наворачиваются на глаза от напряжения.

— Чёрт, Сия... — простонал он, и его голос сорвался. — Ты сведёшь меня с ума.

Я подняла голову, облизала губы.

— Это и есть наказание, — сказала я. — Ты будешь умолять меня.

Я снова взяла его в рот, теперь быстрее, глубже. Его бёдра дёргались, пытаясь двигаться навстречу, но я держала его за корень, не давая контролировать процесс. Он стонал, выкрикивал моё имя, и это было слаще любой музыки.

— Сия, пожалуйста, — выдохнул он, и в его голосе была такая мольба, что у меня внутри всё сжалось. — Я больше не могу. Я хочу быть в тебе. Пожалуйста.

Я отстранилась. Посмотрела на него. На его связанные руки, на напряжённые мышцы, на безумный блеск в глазах.

— Ты просишь? — спросила я.

— Умоляю, — прохрипел он. — Я сделаю всё, что ты скажешь. Всё. Только позволь мне войти в тебя.

Я хотела сказать что-то ещё. Поиграть с ним, подразнить. Но вдруг поняла, что сама на пределе. Что между ног всё горит, пульсирует, требует. Что я хочу его так же сильно, как он хочет меня.

— Ладно, — сказала я. — Но сначала...

Я потянулась к его запястьям, собираясь развязать верёвки. Но он дёрнулся, один резкий рывок, и шёлк разорвался. Верёвки бессильно повисли на изголовье.

Я замерла.

— Слабовато ты меня связала, — усмехнулся он, потирая запястья.

— Ты...

— А теперь, — он сел на кровати, и его глаза горели диким огнём, — пора и мне перестать сдерживаться.

Он двигался молниеносно. Я не успела ни отодвинуться, ни вскрикнуть. Он притянул меня к себе, впился в мои губы страстным, жадным поцелуем. Его руки скользили по моему телу, сжимали бёдра, грудь, задирали платье выше. Я чувствовала каждый дюйм его пальцев, каждый миллиметр его кожи, прижатой к моей.

— Кастил, — выдохнула я в его губы.

— Молчи, — прошептал он. — Теперь моя очередь.

Он развернул меня, усадил к себе на колени. Его член упирался мне в живот, горячий, твёрдый, пульсирующий. Я чувствовала, как он дрожит.

— То что ты делала со мной сейчас, — прошептал он, проводя рукой по моим волосам. — Теперь повтори.

Он направил мою голову вниз, к своему члену.

— Ты знаешь, что делать, — сказал он низко.

Я опустилась. Взяла его в рот снова, теперь без игры, без доминирования, просто повинуясь желанию, которое разрывало меня изнутри. Он зарычал, откинув голову назад, и его пальцы вцепились в мои волосы, направляя, задавая ритм.

— Так хорошо, — простонал он. — Ещё. Глубже.

Я брала его глубже, давясь, задыхаясь, но не останавливаясь. Слёзы текли по щекам, смешиваясь со слюной. Он был таким большим, таким горячим, таким... вкусным.

— Хватит, — сказал он резко и отстранил меня.

Я подняла голову, тяжело дыша. Он смотрел на меня сверху вниз — дикий, потный, с безумным блеском в глазах.

— Ложись, — приказал он.

Я послушалась. Легла на спину, глядя, как он нависает надо мной. Огромный, чёрный силуэт на фоне тёмного потолка. Я вдруг испугалась, по-настоящему, по-детски испугалась.

— Кастил, — прошептала я. — Я никогда... у меня никого не было. Ты первый.

Он замер. Посмотрел на меня. И в его глазах что-то дрогнуло, звериное отступило, уступая место чему-то