Шепчущие во тьме - Эшли Элизабет
— Если ты думаешь, что он сверхзаботлив сейчас, просто подожди, — добавляет Мадлен, поднося бокал к губам. — Не могу дождаться, когда он будет иметь с ними дело, когда они станут подростками.
— Можешь, пожалуйста, не состарить моего ребёнка так быстро? — Скарлетт трёт свой живот, хмурясь.
Мадлен смеётся и смотрит на меня. — Клара идёт по проходу сегодня?
Я качаю головой. — Нет, бедной девочке, похоже, не понравилась идея идти по проходу одной, когда все глаза устремлены на неё. Не могу сказать, что виню её. Я сама не очень жду этого. — Я отгоняю мысль. — К тому же она будет сидеть с…
— Мы приехали, — говорит Скарлетт, улыбка расползается по её лицу, когда машина останавливается. — Ты готова?
Фотографы расположены неподалёку, отделённые от нас барьерами и охраной. Белая палатка с пуленепробиваемым стеклом установлена прямо рядом с машиной, чтобы никто не мог видеть нас, когда мы выходим и идём к основному мероприятию.
Я делаю глубокий вдох, сжимая свой букет из фиолетовых цветов чуть крепче.
— Я никогда в жизни не была так готова.
Один из охранников обходит машину и открывает дверь. Скарлетт и Мадлен выходят первыми, разглаживая свои тёмно-фиолетовые атласные платья, и ждут меня. Я слышу щелчки затворов камер и крики людей, просящих сфотографировать, но охранники блокируют любой обзор меня, когда мы проходим через вход. Дверь немедленно закрывается за нами, оставляя весь хаос снаружи. Я следую за ними двоими по длинному туннелю, не останавливаясь, пока мы не доходим до выхода, ведущего к церемонии.
— Ты выглядишь так красиво. — Мадлен всхлипывает, убирая выбившуюся прядь волос на место. Она подзывает одного из охранников, который подходит и протягивает ей маленький подарочный пакет. Она засовывает руку внутрь и достаёт идеально упакованную коробочку с открыткой. — Вот. — Она протягивает её мне, её губы изгибаются вверх. — Мауро попросил меня отдать это тебе.
Я приподнимаю бровь и нерешительно беру его у неё.
— Не знаю, что ещё этот мужчина может мне дать из того, чего он уже не дал.
Начинается музыка, и Скарлетт сжимает моё запястье, ободряюще глядя на меня.
— Мы увидим тебя там.
Я киваю, проглатывая ком нервов, застрявший в горле, когда они обе выходят, оставляя меня одну.
На лицевой стороне открытки моё имя, выполненное изящными золотыми буквами. Я провожу по ним пальцем, затем переворачиваю и вижу рукописную записку.
«Алина,
Я хочу исполнить каждую твою мечту.
Начнём с этой.
Люблю тебя вечно.
— Мауро»
Слёзы наворачиваются на глаза, моё сердце бьётся с недопустимой скоростью. Как мне повезло назвать этого большого человека своим мужем? Осторожно я провожу пальцем под краем упаковочной бумаги и разрываю её. Когда я отгибаю её, открывая содержимое, вздох слетает с моих губ.
— «Одна ночь между нами», — шепчу я в неверии, внезапно вспомнив, как он исчез на аукционе, когда анонимный покупатель приобрёл эту книгу.
Он купил мне любимую книгу моей матери, чтобы я могла прочитать её.
Я осторожно провожу дрожащей ладонью по обложке.
Такое чувство, будто часть её сегодня здесь, со мной.
Закрыв глаза, я вдыхаю, пытаясь успокоить своё бешено колотящееся сердце.
Горло прочищают позади меня, и я открываю глаза, чтобы увидеть охранника, держащего для меня пакет открытым. Мои брови хмурятся, мои руки защитно обхватывают книгу.
Мужчина улыбается. — Я хорошо позабочусь о ней. Обещаю. Мауро не проявит ко мне пощады, если она не будет в идеальном состоянии, когда я верну её тебе.
Я сдерживаю усмешку. — Верю.
Я осторожно кладу книгу и открытку в пакет и затем разворачиваюсь, чтобы смотреть вперёд, ожидая своего сигнала. Но как раз когда охранник собирается открыть для меня дверь, он опускает руку и опускает подбородок перед кем-то позади меня.
— Мы надеялись, что успеем вовремя, — говорит Вин, подходя с моим отцом, который сидит в кресле-каталке.
Мой отец смотрит на меня с красивой улыбкой и слезами на глазах. — Ты выглядишь так красиво, милая.
Мои губы приоткрываются, когда мой взгляд скользит по креслу.
— Что это?
— Мауро знал, как важно для тебя, чтобы твой отец прошёл с тобой по проходу, но он также знал, что это может быть невозможно, — объясняет Вин. — Поэтому с помощью Алекса, который будет управлять этим красавцем… — Вин похлопывает по спинке кресла. — Грегори будет с тобой весь путь.
Я закусываю нижнюю губу, сдерживая слёзы. — Он действительно обо всём подумал, да?
Вин усмехается. — Он любит тебя. — Он сжимает плечо моего отца. — Мне нужно выйти туда и сообщить им, что вы двое готовы. — Он делает шаг ко мне и наклоняется, чтобы поцеловать меня в щёку. — Ты прекрасная невеста, Алина. Это моё официальное «добро пожаловать в семью».
Я улыбаюсь. — Спасибо, Вин. Это много значит, исходя от тебя.
Одна сторона его губ приподнимается, когда он обходит меня и выходит из палатки.
Я смотрю на своего отца. — Я так рада, что ты здесь на этой части.
— Я бы не пропустил это. — Он берёт мою руку в обе свои и похлопывает. — Каждый раз, когда ты читаешь одну из своих книг, у тебя всегда на лице такое мечтательное выражение, потому что ты так счастлива за двух главных героев. А теперь… — Он сглатывает. — У тебя то же самое выражение на лице, потому что теперь настала твоя очередь получить свою историю со счастливым концом.
— О, папа… — Я вытираю большим пальцем под глазами, стараясь не испортить макияж.
— Что ж, что скажешь? Ты готова идти получать этот счастливый конец?
Я киваю. — Я готова.
Наклоном головы мой отец подаёт сигнал охраннику, который открывает для нас дверь. Я держу отца за руку, мы идём рядом, и в тот момент, когда мы попадаем в поле зрения толпы, ждущей нас, все встают.
Моё сердце бешено колотится, когда я впитываю это всё.
Собрание знакомых лиц.
Белые и фиолетовые цветы, развешанные повсюду, создающие волшебную иллюзию.
Эйфелева башня,