Запретный телохранитель - Майя Пивоварова

— Приезжай, компания не большая, все свои. — старая знакомая уговаривает приехать на день рождение парня, с которым мы вместе учились.

— Ладно. Собираюсь. Пришли адрес сообщением. — после минутного колебания решаю согласиться и закрываю ноутбук.

Мне скучно. Пока моя подруга и мои братики тусуются за городом, и наслаждаются домашней едой и банькой, я осталась одна в городе и мне совершенно не чем занять себя на этих выходных. Подработки отпали, точнее их от меня отвадили, и я даже знаю кто… Но папочка так занят, что сейчас не может поговорить со мной, предпочитая избегать разговора.

Я сказала, что не буду брать его деньги, и вдруг мне отказали во всех подработках. Глупое совпадение.

Выбираю любимую одежду — облегающие джинсы и броскую кофточку. Давно я не видела своих одноклассников, будем считать, что у нас встреча выпускников под соусом дня рождения. Выхожу на улицу, но пока жду такси снимаю кругленькую сумму на подарок, ведь искать что-то другое времени нет.

Отмечают дома, и когда таксист привозит по нужному адресу, сразу накатывают воспоминания. Когда-то именинник ухлестывал за мной, несколько раз я была у него дома, делали вместе проекты. Ощущение, что лет десять прошло с того момента.

— Юлька, да ладно! — выкрикивает именинник, открыв дверь, и тут же подхватывает меня на руки, кружа прямо на лестничной клетке.

И с нашей последней встречи Витя сильно изменился. Он возмужал. Вырос на голову и набрал килограмм сорок мышц. К тому же, остриг свою неформальную челку и изменил стиль. Я бы не узнала его, встретив на улице.

— И я рада тебя видеть, но поставь! — упираюсь ладонями ему в плечи.

Он с улыбкой ставит меня на плитку, но его руки все еще на моей талии.

— С днем рождения! Ира сказала, ты не против дополнительных гостей. — протягиваю ему подарочный конверт.

— Тебя всегда рад видеть! Если бы знал, что ты в городе, то давно позвал погулять. Ты проходи, праздник в самом разгаре! — он указывает на дверь, со смущением на щеках, забрав конверт.

Компания собралась действительно не большая, и я знаю каждого. Мы либо вместе учились, либо жили неподалеку. Но не все рады меня видеть, у нескольких девчонок на лице написано все, что думают. И плевать. Я пришла просто хорошо провести вечер.

… Праздник стремительно набирает обороты. Вадим, бывший одноклассник, работает барменом, и сегодня решил продемонстрировать все свои таланты: он смешивал такие коктейли, что через час градус веселья достиг пика. Те самые девчонки, смотревшие на меня с презрением, полезли на стол демонстрировать свое трусики, задирая юбки. И я не знаю, что со мной, но нахожу их танцы веселыми.

— О, нашел! — Петя, еще один одноклассник, громко хлопает в ладони, привлекая внимание. — Погнали в клуб? Сегодня всем девчонкам приветственный коктейль на входе!

— Да-а! — оглушительно верещат девчонки на столе.

А я молюсь, чтобы он их выдержал. И заодно поддерживаю предложение, во мне бурлит желание продолжит веселье и подвигаться на танцполе. Вываливаемся всей толпой на улицу, до клуба всего две улицы, но по дороге успеваем заглянуть в круглосуточный магазин и добавить в свои пьяненькие тела еще немного горячего.

Охранники встречают нас хмурыми бровями, но как такового фейсконтроля нет и всех пропускают. Музыка тут же бьет по вискам, а мы дружно врываемся танцевать. Я наконец вспоминаю, почему перестала близко общаться с этой компанией — их не остановить в таком состоянии, будут зажигать пока ноги не подкосятся.

Я не знаю, что мешал Вадим, но соображаю уже плоховато, и из-за этого полностью на волне ребят. Особенно на волне Вити, ведь мы тремся друг об друга на танцполе, хотя музыка динамичная. Трезвая Юля сразу бы дала ему по рукам, но сейчас я кайфую от его прикосновений к моим бедрам, к тому, как обнимает меня, как целует в шею. Я позволяю ему слишком много, но, черт возьми, я была слишком напряжена последние недели и сейчас хочу просто расслабиться.

— Идем! — Витя хватает за запястье и тащит за собой через толпу.

Сразу видно, он не первый раз в этом клубе, ведь мы оказываемся в относительно тихом коридоре, ведущему к туалетам. Не успеваю пискнуть, как он прижимает меня спиной к холодной стене, а его широкие ладони вновь оказываются на моих ягодицах, сжимаю их, будто мячики.

— Ты просто охуенно выглядишь, Степанова! — его губы касаются моего плеча, и я не в силах сопротивляться, ведь тело ноет от желания сбросить стресс.

Он смотрит на меня своим пьяненьким взглядом, и мы оба знаем, что будет дальше. Похоже мы первыми покинем клуб и вернемся на его квартиру.

Он наклоняется ко мне, чтобы поцеловать, и я готова, но, когда его губам остается несколько сантиметром до моих, на его лицо ложатся длинные пальцы, украшенные кольцами. Хлопаю ресницами, мне потребовалась доля секунды, чтобы понять, кто рядом с нами.

Альберт.

Грубый толчок и Витя спиной впечатывается в противоположную стену, издав глухой стон.

— Съебись отсюда, сопляк, пока ходить можешь! — басит Альберт, наступая на Витю.

— Слышишь, ты кого сопляком назвал? — пытается быковат Витя, расправив плечи.

Но Альберт не сюсюкаясь прописывает с кулака прямо под ребра, заставив согнуться.

Я проснулась с таким тяжелым чувством, будто тело решило объявить бойкот внутренним органам разом. Голова раскалывалась, словно вечеринка там ещё не закончилась, а глаза с трудом открывались шире узких щелочек. Лежала лицом в подушке, абсолютно неспособная пошевелиться.

Но больше всего душит — стыд.

У меня нет проблем с памятью, и я помню каждое свое слово и каждое действие. И я ума не приложу, как могла себя вести настолько вульгарно. И главное — С КЕМ!

— Что я натворила… — стону и переворачиваюсь на спину. — Ну и чёрт с ним, сделала и сделала. — сажусь, шатаясь в разные стороны.

Раз я не могу вернуть время вспять, то зачем страдать, и так голова трещит. Привожу себя в порядок, одеваюсь и только теперь выглядываю из комнаты. Из гостиной доносится тихая мелодия, на которую и иду. Застаю хозяина квартиры с оголенным торосом, и в идеальной планке.

Подхожу вплотную, практически касаясь его головы своими ногами.

— Ранняя пташка. — говорит Альберт, продолжая стоять в планке.

Ранняя-то ранняя, но всего-то 9 часов