Босс из головного офиса - Саша Малевич

— Итак. Лыжи или борд? — он отпер замок, прошел в темное помещение, пошарил рукой по стене справа и щелкнул выключателем.

— Какой у вас скудный выбор. Может, есть еще варианты? — проворчала я, проходя вглубь помещения. Сзади послышался смех.

Мне на обозрение предстали стеллажи с досками, шлемами, ботинками, лыжами, палками. Даже нашлось несколько костюмов. Кстати, что мы даем в аренду еще и одежду, я тоже не знала. Это было как-то неочевидно. Для меня одежда — это что-то личное, интимное, но кому-то, видимо, было проще взять в аренду, чем покупать свое. Хотя, экстренные случаи никто не отменял. Я невольно отметила, что все костюмы в монохроме, только белые отсутствовали. Что там заливал Уилсон? Или тут больше про практичность, чем про безопасность? Тоже надо выяснить.

Кстати, вон тот серебристо-серый борд... а нет, не подойдет к костюму, у меня же черные вставки. Рыжий с пурпурными цветами тоже смотрится симпатично, но с моим лавандовым сочетание будет отстойное. Конечно, пурпур и лаванда близки, но оранжевый тут не в тему.

— По глазам вижу, что борд.

Риверс встал за моей спиной, чуть справа. В груди нарастало ощущение, словно кто-то рассыпал банку с бусинами, и теперь они катаются от ребра к ребру, щекоча и вибрируя. Я попыталась почесать солнечное сплетение, но это было нереально сразу по двум причинам: наличие плотного костюма и невозможность залезть рукой внутрь тела. Обычно я хорошо разбираюсь в своих чувствах и переживаниях. Сейчас же оказалась выбита из колеи. Нервничаю перед катанием? Тревожусь, как пройдет общение тет-а-тет с этим беспардонным созданием? Непонятно.

— Ты где-то метр шестьдесят? — на макушку легла ладонь. Я тут же присела, зашипела раздраженной кошкой и замахала руками над головой, избавляясь от вторжения в личное пространство. — Не фырчи, рост твой определяю.

— Можно просто спросить.

На всякий случай, я отошла на пару шагов от Риверса и повернулась к нему лицом, чтобы не допустить повторения подобной ситуации. Тот окинул меня взглядом сверху-вниз, хохотнул и направился в сторону бордов.

— Так сколько?

— Метр пятьдесят пять.

Парень остановился у стеллажа с досками всех цветов и длин, обернулся через плечо, снова окинул меня взглядом сверху-вниз, после чего широко улыбнулся.

— Малявка.

Может, хватит получасового урока? Ну, типа для первого раза и все такое.

Не успела заскучать, как Риверс протянул красную доску. Я насупилась, посмотрела на него исподлобья и взяла борд.

— Что не так? — парень резко забрал его обратно, я даже не успела возразить, и принялся вертеть перед собой, разглядывая со всех сторон.

— Он не подходит к цвету моего костюма.

В душе поселилось смирение, что все, что произойдет на уроке, будет потом припоминаться к месту и нет. А раз этого в любом случае не избежать, то можно позволить себе не стесняться показывать некоторые капризы.

— Зато подходит к твоему росту, — нахмурился Риверс.

— Поэтому и взяла его, — я протянул руки и схватила доску с боков, чтобы забрать обратно. Но инструктор с силой надавил на верх борда, упирая его в пол и не отдавая.

— С таким лицом едят хаггис, а не берут изящество инженерной мысли.

Кажется, слова парней про философа шутки лишь наполовину.

Риверс все же не дал забрать доску, отнес ее на место, откуда взял, после чего повернулся в мою сторону, изучил взглядом костюм и присел на корточки. На нижних полках, как было видно с моего места, располагались более темные борды.

— Против черного ничего не имеешь?

— Нет.

Он взял однотонный черный борд, положил его на стойку выдачи оборудования, судя по компьютеру и POS-терминалу, и поднял глаза.

— Какой размер?

— Чего? — я недоуменно моргнула.

— Обуви.

— Тридцать пятый.

Я успела увидеть, как уголки губ Риверса поползли вверх, и слишком резко и громко рявкнула:

— Не смей!

— Малявка, — одновременно со мной произнес парень.

Из глубины души прорвался возмущенный рык.

Риверс заржал, прошел к стеллажу с какими-то металлическими конструкциями, извлек оттуда две штуки и принялся прикручивать их к борду. Все так же посмеиваясь, парень пояснил:

— Пока настраиваю универсальную стойку. Как определишься с ведущей ногой — будешь говорить прокатчикам ставить крепления на нее.

Или не буду, так как теплилась надежда, что это первый и последний раз.

За бордом последовала обувь. Риверс уже знал мой размер, поэтому молча покопался среди одинаковых черных ботинок, заглянул внутрь некоторым из них и вытащил выбранную пару.

— Садись.

Так как я стояла посреди зоны для гостей, то просто повертелась на месте в поисках, куда можно приземлиться. Взгляд зацепился за спрятавшуюся в углу помещения недалеко от входа желтую доску. Интересно, почему она стоит отдельно? Но мысль не успела закрепиться. Я увидела недалеко слева банкетку и направилась к ней. Приземлилась сверху. И уставилась на парня. Риверс вышел из-за стойки прокатчиков и подошел ко мне.

— Примерь.

Я забрала протянутые ботинки, поставила их на пол и двумя движениями скинула свои. Сноубордическая обувь выглядела массивной и даже на вид неудобной. Еще и с небольшим уклоном вперед. Как на них прямо-то стоять? Решив не заморачиваться, взяла левый ботинок, всунула в него ногу и потянулась к шнуркам.

— Погоди. Сначала скажи, удобно? Или надо другой размер посмотреть? Надень оба сразу, так понятнее будет.

Я послушно нацепила второй ботинок, после чего встала.

— Вообще неудобно.

— Малы? Велики? — нахмурился парень, устремив взгляд на мои ноги.

— Да нет, вроде по размеру.

— Тогда что неудобно? — он поднял глаза и впился взглядом в лицо.

— Сами ботинки, — от собственных капризов почувствовала себя неуютно. Именно перед ним хотелось выдерживать имидж рациональной и зрелой. Видимо, в пику его мальчишеской придурковатости.

— Привыкнешь, — отрезал он. — Зашнуровывайся, а я пока шлем подберу, — договаривая на ходу, Риверс нырнул обратно в стеллажи.

Я же присмотрелась