Отель "Империал" - Виктория Новикова

— Говори.

— Если ты куда-то отправишься, за тобой будут следить мои люди.

— Что? Зачем?

— Потому что Амелия нацелилась и на тебя. Я не прощу себе, если с тобой что-то случится. Но и обманывать тебя я не хочу.

— Но зачем ей я?

— Потому что ты со мной. Она хочет забрать все, что мне дорого. Я не знаю, почему. За что? Я не делал ей ничего плохого и считаю, что ничем этого не заслужил.

Она хотела что-то ответить, но в этот момент закапал мелкий дождик, который за считанные секунды превратился в настоящий ливень. Дождь был настолько сильный, что я ничего перед собой не видел. Я схватил ее за руку, и мы побежали вперед по парку.

— Мэтт! Вон беседка!

Забежав в нее, я одной рукой держал Кейт за талию, а другой убирал мокрые пряди волос со своего лица.

Ее руки лежали на моих плечах, а сама она смотрела на дождь и смеялась. Я смотрел на нее как завороженный. Она была рядом — вся мокрая, без макияжа, пахнущая дождем и свежестью. Но все равно такая прекрасная.

— Я люблю дождь. В этом есть своя изюминка. Как ты считаешь? — сказала она, не поворачиваясь ко мне.

— Согласен. Только я люблю на него смотреть, а не мокнуть под ним.

Я положил руку ей на скулу и осторожно повернул к себе.

— Ты сводишь меня с ума, Катерина. Я не могу перестать думать о тебе, даже когда ты находишься рядом.

— Мэтью, я...

— Я понимаю, что ты пережила и какая боль у тебя в душе. Но позволь мне залечить твои раны. Доверься мне, Катрина. Я... я не буду давить. Ты только не отталкивай меня. Позволь быть рядом. Хотя бы как другу. Пока что.

— Мне нужно время...

— Я буду ждать столько, сколько нужно. И берегись Амелию. Не доверяй ей. Она может тебя использовать.

— У нее не получится.

Она убрала свои руки и хотела отойти, но я обнял ее, сильно прижимая к себе. Я думал, что она меня оттолкнет, и был готов к этому. Но она обняла меня в ответ и расслабилась у меня на груди. Мое сердце забилось, ликуя.

Так мы стояли, пока не ослаб дождь. На душе было тепло и спокойно. Я наслаждался этим моментом и хотел, чтобы время остановилось.

— Ты вся холодная, Кейт. Давай обратно, тебе нужно принять горячую ванну.

Я взял ее за руку и быстрым шагом повел обратно в отель. Мы почти прошли стойку ресепшена, когда Джонатан окликнул меня:

— Мистер Уилкинс! Подождите! Телефон.

Черт. Совсем забыл про него.

— Спасибо, Джонатан, — я коротко кивнул, забрал телефон и тут же отдал его Кейт.

Она машинально сжала его в ладони, будто хотела убедиться, что он на месте.

— Пойдем, — я чуть подтолкнул ее к лифту.

Двери разъехались, мы шагнули внутрь, и я нажал кнопку этажа.

— У тебя аж губы посинели. Немедленно дуй под горячий душ!

— Я наберу ванну. Потому что под душем там постоять не получится, все будет в воде.

— Тогда пойдешь в мой!

— А ты?

— Я не замерз. Поэтому быстро приму ванну у тебя.

Когда лифт остановился, я взял ее на руки и понес в свою комнату. Сама бы она три часа шла до душа.

— А ты теплый.

— Я же сказал, что не замерз. Скорее раздевайся и вставай под воду. Здесь есть полотенце и халат. Одежду закинь в корзину, я скажу, чтобы ее постирали. После выходи в гостиную.

Я оставил ее и пошел принять ванну, захватив свою домашнюю одежду. Закончив, я оделся, вытер волосы полотенцем и отправился в бар сделать мышке горячего чая.

— Мэтью! У тебя чудесный душ. Спасибо.

— Согрелась? — я оторвался от чайника и посмотрел на нее. В ее волосах еще поблескивали капельки воды, а щеки порозовели от тепла.

— Да.

— Садись за стойку. Чай через пару минут будет готов. Ты голодна?

— Нет. Пока не охота, — она присела, обхватив себя руками, будто все еще пыталась удержать тепло.

— Вот тебе мед и малиновое варенье. Кстати, мама его сама варила. — Я поставил баночки перед ней и подвинул ложечку чуть ближе.

— О, здорово! Только я не люблю мед. – Она покосилась на банку так, будто это был какой-то подозрительный артефакт.

— Надо! Ты же не хочешь заболеть? Съешь хотя бы ложечку. Иначе я сам тебя буду кормить, — я приподнял бровь, нарочно делая вид, что всерьез обдумываю этот вариант.

— Не надо! Я съем. – Она закатила глаза, но потянулась за ложкой, и на ее лице промелькнула та самая гримаса: «Ну ладно, ради тебя, но это не значит, что мне нравится».

С умилением наблюдая за тем, с каким выражением лица она ела мед, я включил телевизор, чтобы посмотреть новости и сел на диван.

«...сегодня он снова был замечен в компании той же очаровательной шатенки... Судя по фотографиям, можно сделать вывод, что они встречаются».

На экране показывали наши фотографии из парка: вот я целую ее в нос; вот она закрывает мне глаза; вот я несу ее на плече...

— Ого! Это когда они успели столько наснять? — Мышка села рядом со мной на диван, подогнув под себя ноги, и уставилась на экран.

— Папарацци. Нигде от них не спрятаться.

— У тебя не возникнут проблемы? — Она покосилась на меня, будто искала в моем лице хоть намек на тревогу.

— С чего бы? Я свободный человек. Главное, как ты к этому относишься? Если хочешь, я могу позвонить и сказать, чтобы эти фотки удалили.

— Да нет. Я даже парочку хотела бы себе, — она смутилась, вспыхнула и тут же соскользнула с дивана, будто спасаясь от собственного признания. — Мэтт! Тебе кофе сделать?

— Да, если можно.

— Конечно. — Она уже стояла у кофемашины, привычно щелкала кнопками, и в воздухе поплыл густой аромат молотого зерна. Ее движения были чуть суетливыми, как будто ей нужно было чем-то занять руки.

— Я сейчас приду, мышка, — я поднялся с дивана, потянулся, сбрасывая напряжение, и на секунду задержался у двери, глядя, как она склонилась над чашками, сосредоточенно хмурясь, будто от этого зависела судьба мира.

— Хорошо, — она не подняла глаз, только чуть кивнула, продолжая возиться с кофемашиной. Ее пальцы на миг замерли на кнопке, будто она хотела что‑то добавить, но потом просто снова щелкнула переключателем.

Она пока еще не противится, что я ее так называю. Может, стесняется сказать? А может, ей даже нравится — просто не готова в этом признаться. Я поймал себя на том, что