Будь со мной до заката - Анастасия Сергеевна Кольцова
— Вот, осуждала меня за то, что мне симпатичен Глеб, а сама на Лёшку запала! — ехидно говорю я подруге, когда мы даём себе пять минут отдыха. — Что, скажешь, это не так?
— Совершенно не так! — возмущается Саша. — Как ты могла такое подумать! Мы просто друзья!
— И он просто по-дружески подарил тебе розового зайца, — я треплю игрушку за ухо.
— Ну конечно по-дружески! Ева, что ты себе напридумывала! — Саша дёргает меня за волосы. — Ты же помнишь — никаких парней! Это ты хотела нарушить нашу договорённость, а я свято её соблюдаю!
— Ну-ну, — улыбаюсь я. — К концу учебного года посмотрим, сможешь ли ты продержаться!
— Вот и посмотрим, — недовольно отвечает подруга, открывая учебник по математике. — Хватит отдыхать, пора за уроки!
Саша начинает собираться домой сразу же после того, как мы успеваем выучить стихотворение по литературе — ей звонит мама, и говорит, что нужно прибраться дома.
— Хочешь, я помогу? — предлагаю я. — Вдвоём будет веселее!
— Давай, — соглашается Саша, и мы с ней выходим из моей квартиры.
Выходим, и чуть не спотыкаемся о сидящую возле двери большую мягкую игрушку! А если точнее, симпатичного серого лемура. Я поднимаю его с пола, и понимаю, что он держит в лапах маленькую открыточку. Разворачиваю её, и читаю вслух: «Не грусти».
— Ева, сколько же у тебя поклонников! — начинает смеяться Саша. — Пару дней назад был медвежонок с тюльпанами, а теперь этот странный лемур!
— Ну, я думаю, что поклонник один и тот же, — отвечаю я, внимательно изучив надпись на открыточке. — Почерк, в принципе, похож… Но только почему лемур? Почему не зайчик, не котик?
— А на этот вопрос ответ простой. Ты оригиналка с синими волосами, значит, и подарок должен быть оригинальным, — Саша гладит своего розового зайца. — Ну что, заноси домой лемура, и пойдём ко мне?
— Да, сейчас выйду, — я захожу в квартиру, и прячу игрушку в своей комнате, чтобы, не дай бог, родителям на глаза не попался.
Они меня после медвежонка с тюльпанами уже заколебали своими подколами и вопросами!
На следующий день я в прекрасном настроении прихожу в школу, думая о том, как расскажу стихотворение на уроке литературы, и как Инна Валерьевна удивится тому, с каким выражением я умею читать стихи. Как обычно, подхожу к кабинету, устраиваюсь с учебником на подоконнике, начинаю повторять… И вдруг слышу до боли знакомый голос.
Поворачиваю голову, и вижу Глеба в окружении наших мальчишек.
— Да, отец решил, что мне пора вникать в клубный бизнес, поэтому выбраться на уроки на прошлой неделе не получилось, — самодовольно вещает этот болван. — Я много пропустил? Было что-то интересное?
— Да так, ничего стоящего, — пожимает плечами Серёга. — Думаю, вникать в клубный бизнес было в разы интереснее! Я бы с удовольствием сменил скучные уроки на горячую клубную тусу!
— Ну, на клубную тусу бизнес похож не очень сильно, — Глеб еле заметно приподнимает уголки губ. — Скорее, на сложный урок, в который входят финансы, бухгалтерский учёт, маркетинг, поставки и всё в таком духе. А ещё управление персоналом, это вообще отдельная история.
— Понятно, — делая вид, что всё понял, кивает Никита.
— Круто! — восхищается Антон.
А я ничего не могу с собой поделать, и, не отрываясь, смотрю на Глеба. Очевидно, одноклассник чувствует это, потому что внезапно поднимает опущенные в пол глаза, и наши взгляды встречаются. Встречаются, и мне кажется, что, если бы я не сидела на подоконнике, а стояла, я давно бы рухнула от того, как он на меня смотрел.
В его взгляде читаются и любовь, и отчаяние, и надежда, и боль… А может, я просто всё это себе напридумывала, потому что не проходит и секунды, как Глеб отводит взгляд, и продолжает болтать с мальчишками.
Он точно видел меня. Видел, и даже не поздоровался. Как будто мы друг другу вообще никто! Как будто он не позвал меня с собой тогда гулять и не поцеловал на заснеженном пляже. Как будто я для него пустое место.
Но я не собираюсь терпеть неясность и недосказанность, поэтому кладу учебник в сумку, спрыгиваю с подоконника, и иду в направлении кучки мальчишек, слушающих разглагольствования Глеба.
— Отойдём, нужно поговорить, — говорю я однокласснику.
Глеб удивлённо приподнимает брови, кивает мальчишкам, мол, отойдёт ненадолго, и послушно идёт за мной следом. Мы отходим в тихое место, и я наконец задаю ему все вопросы, которые накопились у меня за время его отсутствия.
— Где ты был, почему не был в школе? Почему не брал трубку? Почему не принял мою заявку в друзья? Почему делаешь вид, что мы незнакомы?
— Прости, так вышло, — Глеб виновато отводит взгляд.
— Но почему? Что я сделала не так?
— Дело не в тебе, дело во мне. Я понял, что у нас с тобой всё равно ничего не выйдет. Ты замечательная девушка, но мы слишком разные, и нам не стоит больше общаться.
— Но почему ты не мог сразу мне это сказать! Почему так долго мучил? — я с трудом сдерживаюсь, чтобы не расплакаться.
— Прости, это мой косяк, и мне правда жаль, — тихо отвечает Глеб. — Я не подумал, что могу сделать тебе больно.
— А тот вечер на пляже… Зачем было меня целовать, если ты не был уверен в своих чувствах? Это был мой первый поцелуй!
— И мой тоже, — Глеб смотрит мне в глаза, и мне кажется, что он тоже близок к тому, чтобы расплакаться. — Прости. Я правда не хотел, чтобы так вышло.
Глеб возвращается к мальчишкам, и продолжает рассказывать, как с пользой проводил время, а я убегаю в женский туалет, запираюсь в первой попавшейся кабинке, и даю волю слезам.
— Ева, что с тобой случилось? Что он тебе наговорил? Открой мне! — тарабанит в дверь моей кабинки Саша, но я даже её не хочу сейчас видеть.
Мои чувства втоптали в грязь. Надо мной тупо прикололись. И пусть весь мир подождёт — я не готова ни к чему — ни к уроку литературы, ни к этой жизни.
9. Кибербуллинг
Долго страдать из-за того, что меня отверг Глеб мне не приходится, ведь жизнь подкидывает мне новые проблемы.
Когда я захожу в свой аккаунт на ютубе, то понимаю, что негативные комментарии не только под моей подборкой сериалов о мифических существах, но ещё и под подборкой фильмов о любви и страсти, подборкой детективных дорам, подборкой фильмов о героях, преодолевших трудности… Да почти под