Между преданностью и предательством - Шейн Роуз

– Сколько раз ты спала с этим ублюдком?

Мы стояли лицом к лицу – я смотрела ему в глаза, вопреки тому, что он был на полторы головы выше меня. С ним мое тело никогда не реагировало на страх так, как должно было. Вместо оцепенения у меня в животе порхали дурацкие бабочки. Хотя мне казалось, что так у всех.

Деклан Харди не просто так был всемирно известен. Он инвестировал в индустрию гостеприимства и фитнеса моего отца. Это лицо, эти густые темные волосы, пронзительный взгляд зеленых глаз… Каждый раз, когда он смотрел в мою сторону, мне казалось, что он видит меня насквозь.

– Этим ублюдком? – повторила я и подняла бровь, не сводя с него глаз.

Он покачал головой, словно хотел меня отчитать, и ждал только моего ответа. Однако я давно поняла, что не стоит распространяться о личной жизни.

Он выдохнул, когда понял, что я продолжу молчать.

– Ты дочь Карла, Эверли, – он сказал это так, будто сама я этого не знала.

Я засунула полотенце в сумку и проворчала:

– Не могу поверить, что он снова проболтался своему бизнес-партнеру о том, куда я собираюсь.

Деклан указал на глянцевую корзину золотого цвета.

– В раздевалке есть чистые полотенца. Можешь оставить свое здесь.

Расточительство, к которому привык этот мужчина из-за своего роскошного стиля жизни, заставило меня сморщить нос.

– Я не имею ничего против повторного использования вещей.

Он провел рукой по лицу.

– Ты сведешь нас всех с ума.

– Серьезно? – усмехнулась я. – Мы почти не видимся.

– И все же каждый раз, когда мы видимся, ты выводишь меня из себя, – парировал он.

Я, закинув спортивную сумку на плечо, постаралась не повышать голос:

– Если вы говорите о встрече, на которую не смогли прийти на прошлой неделе, я просто попросила пустую студию для детей из Санвилла, чтобы проводить в ней занятия по йоге.

– Я… – он прищурился. – Твой отец не сказал, что это для детей.

На это мне захотелось закатить глаза – или это уже слишком неуважительно? Начальная школа Санвилла была недостаточно обеспечена и отчаянно нуждалась в большом количестве внеклассных занятий. Так империя HEAT могла вернуть долг обществу. Действительно, беспроигрышный вариант. Но мой отец сразу же отказался от этой идеи.

– Если бы вы не пропустили встречу, вы бы это знали, мистер Харди.

– Деклан, – поправил он, его глаза сверкнули от раздражения. – Я занят. Тренирую спортсменов, провожу собрания акционеров и…

– Да, запись на прыжок с парашютом намного приоритетнее.

Его точеная челюсть быстро заходила в раздражении. Может, он думал, раз я молчу, то готова отступить, сдаться, поскольку передо мной основной акционер элитного бренда в сфере фитнеса и гостеприимства.

HEAT расшифровывалось как Hardy Elite All-Access Team, и эта компания опутала всю страну сетями курортов, фитнес-центров, ресторанов и многого другого.

Но статус Деклана меня не впечатлял, поэтому я не собиралась отступаться от своих принципов во время работы здесь. Я намеревалась повлиять на все что могла, хоть и не собиралась оставаться здесь навсегда.

– Это был не прыжок с парашютом.

– Окей. Гонки, – я пожала плечами и сжала ремень сумки на плече. Он скользнул взглядом сверху вниз по моему телу, словно изучая меня.

– Я не собираюсь спорить с тобой, Эверли, – тихо сказал он. Почему-то мне казалось, что он скоро выйдет из себя.

– Я Эви, – бросила я, зная, что эта реплика ничего не изменит.

– Слушай, организуй несколько занятий для детей. Я никогда не смогу отказать такой инициативе.

Он почесал затылок, его бицепс напрягся, несколько татуировок, расположенных на предплечье, выглянули из-под белой футболки.

– У меня просто были другие встречи. Если тебе нужно обсудить внедрение новых занятий, на которые твой отец не согласится, посмотри, свободен ли я. Ты проверяешь расписание?

Могу ли я ударить его за этот снисходительный тон или из-за этого потеряю работу?

– Я обязательно перепроверю в следующий раз.

– Постарайся. И не расстраивай своего отца. Уэс, кажется, вдвое старше тебя. Тебе нельзя появляться на людях с этим придурком.

Он сказал это так небрежно, будто хотел вставить еще одну просьбу.

Я провела рукой по своим кудрявым локонам.

– Вдвое старше меня? Очнитесь, мистер Харди, – я произнесла его фамилию с презрением, потому что он даже не потрудился выслушать мою просьбу. – Мне двадцать четыре. И то, что я дочь Карла, не значит, что я не буду встречаться с теми, кто мне интересен.

Он наклонил голову, как будто ему внезапно захотелось меня изучить.

Как будто он понял, что мне не десять. Его взгляд скользнул по моему телу, пожирая каждый изгиб, а затем Деклан крепко зажмурился, как будто смотреть на то, что нравится другому мужчине, было больно. Меня бесило, что мое тело вообще отреагировало на его взгляд.

– Он не просто парень, Эверли. Он придурок. Если тебя увидят с ним, это плохо скажется на твоей репутации в прессе. Теперь ты часть HEAT.

– Правда? – я повела бедром и приподняла бровь, готовясь закончить все это. – Значит, уже появилось правило относительно того, с кем мне надо встречаться из-за заголовков в СМИ? Так и продолжите забирать меня из его дома, потому что боитесь, что это может запятнать репутацию бренда? Вы слышите, как это нелепо звучит?

– Мы с трудом приняли его в HEAT из-за его репутации и того, как он играл в НФЛ. Играл он грязно и прославился как бабник…

– Я не смотрю футбол и могу самостоятельно составить мнение о человеке. Мне не нужна пресса, которая говорит мне, с кем встречаться, – я перебила его, взбешенная тем фактом, что деловой партнер моего отца подумал, что я позволю историям СМИ о человеке повлиять на меня.

Я знаю, как журналисты или пользователи в интернете приукрашивают личные истории – они так уже сделали со мной однажды. В моем родном городе мне не доверяли, не пытались рассмотреть настоящую меня.

– Ты не смотришь футбол, но знаешь, как помочь спортсмену в период реабилитации?

Ему не нравилось, что я работаю в его спортзале без какой-либо профессиональной квалификации, тогда как все его остальные сотрудники были профессионалами своего дела.

– Я помогаю им с растяжкой, а не занимаюсь их полноценной реабилитацией.

И он это знал. Клиенты приходили ко мне за уникальным подходом, который помогал каждому из них, и никто не жаловался с тех пор, как я начала здесь работать.

– Я опоздаю на индивидуальную тренировку. Так что, если мы закончили…

Я проскользнула мимо него, но не успела уйти – его холодный голос прокатился по комнате и