Просто скажи когда - Элизабет Брайт

Черт бы побрал нашу тринадцать лет длившуюся дружбу.

— Знаешь, — сказала я холодно, — принято забывать все те интимные мелочи, которые узнаешь о человеке, когда дружба заканчивается.

Угол его рта дернулся.

— Правда?

— Настоящий мужчина так бы и сделал. Это элементарная вежливость.

— Вот в этом и загвоздка. — Он подался вперед, и его взгляд обжег меня. — Рядом с тобой я никогда не чувствовал себя джентльменом.

Пульс дернулся у основания горла, и я с трудом сглотнула. Если бы Бракс прижал меня к стене и запустил руку под юбку прямо сейчас, я бы не сразу нашла в себе силы остановить его. Виноваты его руки и широкие плечи. Нельзя выглядеть настолько горячо снаружи и быть настолько раздражающим внутри. Чистая ложная реклама, вот что это такое.

Я толкнула его как следует, но он даже не качнулся.

— Ты ведешь себя как джентльмен каждый чертов день своей жизни, Бракс, потому что мама тебя так воспитала. Так что не изображай сурового парня со мной. Даже когда ты ведешь себя как мудак, ты делаешь это по-джентльменски.

И именно поэтому я выиграю эту маленькую игру. Бракс джентльмен до мозга костей. К счастью для Пирата, я леди не была.

— Отойди. Мне нужно в туалет. — Я прошла мимо, плечом задев его где-то в районе бицепса.

Он пропустил меня, как я и ожидала. Простак. Я оглянулась: он устроился рядом с моим пустым барным стулом. Я кивнула Джейни, и она пошла за мной в туалет.

Я сунула ей в руку толстую пачку купюр.

— За следующие четыре выпивки Алана.

Мне почти было жалко его, но правда в том, что он все равно бы их выпил, заплатила бы я или нет. Часам к десяти он вырубится в своем пикапе на парковке — пьяный вусмерть, не способный уехать. У него так каждый пятничный вечер. То, что плачу я, нужно только для моего спокойствия — чтобы он остался там, где мне надо, столько, сколько мне надо.

Джейни кивнула и спрятала деньги в карман.

— А Бракс?

Я выдохнула тяжело, словно неустанно несу этот крест.

— С ним особо ничего не сделаешь, — проворчала я. — Попытайся задержать, хоть как-то.

— Хорошо. Выходи через черный ход, ладно?

— Спасибо. — Я остановилась. — Слушай, у нас есть клуб шитья. По субботам в библиотеке, в десять утра. Приходи.

— Клуб шитья? — Она сморщила нос.

Я рассмеялась ее откровенному отсутствию энтузиазма.

— Там весело, — пообещала я. — Можно что-нибудь потыкать иглой.

— Хм. — Она наклонила голову, заинтересованно.

Солнце клонилось к горизонту, когда я вышла через черный ход. Оставалось достаточно света, чтобы забрать Пирата и устроить его на ночь. Но сначала надо было задержать Бракса. Я достала из своего внедорожника устройство для быстрого спуска воздуха из шины — удобная штука, не раз выручала, и присела рядом с его пикапом. Адреналин стучал в висках, пока воздух с шипением выходил из колеса.

И потом, хотя я понимала, что так делать нельзя, я поцеловала лобовое стекло. Хотела, чтобы он ни на секунду не сомневался, что это была я. Что победила я.

В зеркале заднего вида я увидела, как он вылетел из бара, когда я уже рванула с парковки, пустой коневоз грохотал у меня за спиной. Я улыбнулась. Он опоздал.

— Ну, бывай, дружок, — пробормотала я и нажала на газ.

Бракс

Вот дерьмо.

Я смерил взглядом спущенную шину, присел пониже, чтобы рассмотреть ее внимательнее. Никаких следов диверсии, кроме очевидного, разумеется. Я провел пальцами по ребристой резине, но ничего не нашел. Она не воспользовалась перочинным ножом, который всегда держит под рукой. Придется ставить запаску, но хотя бы не придется выкладывать деньги за новую шину. По-соседски, ничего не скажешь.

Все же я потянулся к дверце, чтобы открыть капот — надо убедиться, что она не поковырялась где-нибудь еще. Я бы с нее не удивился: усыпит бдительность спущенной шиной, а потом перережет тормоза.

И тут я увидел его — ярко-красный след на лобовом стекле. Поцелуй Эсси. Этот рот я узнаю где угодно. Лук Купидона с острым изгибом и чуть более полная нижняя губа.

Я уставился на след и машинально потер грудь, обдумывая следующий шаг. Она явно не хотела, чтобы я поехал за ней. Чем же она занялась? Понадобилась всего секунда, чтобы пазл сложился. Пустой коневоз, подпрыгивающий на гравии парковки. Внезапный интерес к самому жалкому типу на свете. Отсутствие алкоголя в ее дыхании при пустых стаканах.

Черт побери. Я стукнул ладонью по рулю, потом еще раз, чтобы наверняка. Лучше бы это была задница Эсси. Маленькая чертовка заслужила пару звонких шлепков. Она всегда была дикой и безрассудной, слушала сердце, а не голову. И шла прямо в неприятности, почти всегда. Как в тот день, когда едва не погибла — и ни черта из этого не вынесла.

Шина подождет. Мне ее уже не догнать у дома Гэффни. Даже без прокола у нее была фора. Если я не мог остановить ее от того, чтобы увести у придурка коня, значит, надо менять правила игры. Пара суток в тюрьме, возможно, привели бы мозги Эсси в порядок, но Джек мне голову оторвет, если я допущу такое с его сестрой-близнецом.

Я дал обещание. Ему. Их матери. И, главное, себе. И плевать, что придется делать — я это обещание не нарушу.

Я прорвался через старую дубовую дверь так резко, что она ударилась о стену. Голова Джейни дернулась, и она настороженно посмотрела на меня, пока я шел к барной стойке.

— Что-то забыли? — пропела она, накручивая на палец рыжую прядь и глядя на меня широко распахнутыми, чересчур невинными глазами.

Будто могла меня провести. Мы оба знали, что ее «проблемы» с терминалом были способом потянуть время и помочь Эсси. Девчонка с характером, тут уж ничего не скажешь.

Впрочем, мало кто на свете умел сказать «нет» Эсси Прайс. Ее улыбка была широкой, смех звонким, дух — ярким. С ней было легко, весело. Она была радугой в сером мире, и стоило рядом с ней постоять подольше, как начинало казаться, что и ты можешь стать радугой. Я не винил Джейни за то, что она рискнула работой ради того, чтобы быть частью этой радуги.

Я сел на стул, который недавно оставила Эсси, и хмуро посмотрел на барменшу.

— Есть ручка и блокнот?