(Не совсем) Одна на Рождество - Дженни Проктор
В этот момент раздался звонок домофона и Дженна моментально оживилась.
— Наверное, это Коста, — она подскочила с кровати и бросилась к двери.
— Может, это моя еда, — крикнула я ей вслед. — Я заказала китайскую!
В динамике раздался бархатный греческий акцент Косты, когда Дженна впустила его в здание. Через пару минут он уже стоял на кухне с моим заказом в руках.
— Курьер зашел в дверь прямо за мной, — сказал он, ставя пакеты на стол.
Я скрестила руки на груди, внезапно смутившись, что решила устроить себе день пижамы.
— Спасибо.
Коста наклонился и поцеловал Дженну.
— Готова ехать?
Она широко улыбнулась, а в глазах светилось такое счастье, что мое сердце болезненно сжалось. Я никогда не стану упрекать ее за это счастье, но оно сильно оттеняло мое собственное одиночество.
Дженна оглянулась на меня.
— Подумай над тем, что я сказала, ладно?
Я кивнула.
— Обещаю. Хорошо вам отдохнуть.
После серии объятий и прощаний я осталась у окна с открытой коробкой курицы в кунжутном соусе и наблюдала, как Коста и Дженна грузят чемоданы в багажник такси. Он наклонился и поцеловал ее — долго и глубоко, прежде чем открыть дверцу и помочь сесть в машину.
Я тяжело вздохнула и отправила в рот огромный кусок курицы. Оглядела квартиру: маленькая елка в углу, гирлянда вокруг окна за диваном, миниатюрные фигурки рождественского вертепа на столике. Атмосфера была праздничной. Или могла быть, если бы рядом был кто-то, с кем можно этим поделиться.
Но в одиночестве?
Дженна была права.
Какими бы ни были выходки моей чрезмерно заботливой мамы, это все равно лучше, чем сидеть здесь одной.
Я снова вздохнула, опустилась на диван и взяла с журнального столика ноутбук. Открыла сайт Southwest и набрала в поиске рейсы до Чарльстона.
— Сюрприз, мама, — пробормотала — Я еду домой на Рождество.
Глава 2
Через восемь часов после того, как купила билет, я стояла на крыльце родительского дома, что в двух кварталах к югу от Ист-Бей-стрит, в центре Чарльстона. Крыльцо было темным и совсем не праздничным.
Мне удалось урвать горящую цену на прямой рейс, что потребовало лихорадочной спешки при сборе вещей и стрессовой поездки на поезде до аэропорта. В этой суматохе я даже не подумала позвонить и убедиться, что родители будут дома.
Но они просто обязаны быть дома. До Рождества всего три дня! Они всегда были дома на Рождество.
Может, они уже легли спать, ведь время перевалило за одиннадцать? Но мои родители — настоящие «совы». Они никогда не ложились спать, не посмотрев новости в одиннадцать вечера, и никогда не выключали свет на крыльце и рождественские гирлянды раньше, чем заканчивались новости.
У меня был ключ и я могла просто войти. Но вдруг они уже спят? Я потерла руки, пытаясь согреться. Было холодно — холоднее, чем должно быть в Чарльстоне в это время года.
Я достала телефон и написала маме.
«Привет. Ты не спишь? Вы дома?»
Почти сразу телефон завибрировал — входящий звонок.
— Мэдди? Это ты?
— Конечно, я, мам, — я закатила глаза. — Ты же сама только что набрала мой номер. Кто еще это может быть?
— Просто я так удивлена услышать твой голос. Ты теперь почти никогда не звонишь.
Я глубоко вдохнула через нос и медленно выдохнула через рот — как учила меня инструктор по йоге.
— Вы дома?
— Что? Конечно, нет, — сказала мама. — С чего бы нам сидеть дома?
Я сжала переносицу пальцами.
— А с чего бы вам не быть дома?
Мама фыркнула.
— Мэдди, мы на Гавайях.
— Что?
— Мы на Гавайях, — повторила она громче и медленнее, будто проблема в связи.
— Я услышала. Но почему? Почему вы на Гавайях? До Рождества три дня!
— Мы на Гавайях встречаем Рождество.
На фоне я расслышала голос, который слишком сильно напоминал голос моего младшего брата.
— Это был Мэтт?
— Сейчас подойду, — сказала мама в сторону. — Скажи Хлое, чтобы заказала мне диетическую пепси.
— Хлоя тоже там?!
— Ну конечно! Они же не будут сидеть дома и праздновать Рождество в одиночку.
Я опустилась в старое кресло-качалку на крыльце.
Моя семья на Гавайях. На Рождество. Без меня.
— Мэдди? Ты на линии? — спросила мама после долгой паузы.
— Я здесь. Просто... слегка в шоке, наверное? Ну, вы все на Гавайях. А я — нет.
— Ну, ты ведь могла быть с нами, милая. Я прекрасно помню, как спрашивала тебя о планах на Рождество, и ты сказала, что у тебя они уже есть.
— Да, но планы меняются, когда речь идет о Гавайях!
— Поездка должна была стать сюрпризом. Твои брат с сестрой узнали о ней только позавчера, когда приехали к нам, и мы предложили им открыть подарки заранее. Я не могла рассказать тебе, вдруг бы они что-то заподозрили.
Я закрыла глаза и откинулась на спинку кресла, вспомнив как начала игнорировать мамины сообщения сразу после Дня благодарения, когда она добавила меня в общий чат с Хлоей и своим новым соседом, недавно разведенным доктором Гербертом, чтобы он «познакомился с ее старшей дочерью» через переписку.
— Я отлично помню, что просила тебя в этом году обязательно приехать домой, — продолжала мама. — Но ты была категорична: мол, соседке по квартире ты нужна, поэтому приехать не сможешь.
Холодный порыв ветра ударил мне в лицо и я поежилась. Что с этой погодой? Подняла взгляд и заметила тонкий слой снега, который уже начал покрывать припаркованные у обочины машины. Снег? В Чарльстоне? И почему у родительского дома стоит черный «Бронко»?
— Мама, я бы точно приехала, если бы знала, что речь про Гавайи! Надо было просто сказать мне!
— Может, я бы и сказала, если бы ты отвечала на