В плохих парней не влюбляются - Даша Коэн

— Слушай, а мне вот интересно стало, Каха. Прямо от любопытства в груди свербит. Скажи, а ты с первого взгляда в меня влюбился до того, как мне бабки за молчание всучил или после, м-м?

Черт!

— Кажется, до, я права? — она откинула голову и рассмеялась.

А затем принялась мочить по мне из всех орудий, пока я мысленно ругал себя за несдержанность. За то, что ее гипертрофированная красота взбила мне мозги до состояния крутой пены и я вместо того, чтобы навешать на ее уши отборной лапши, а потом уже смаковать закономерный эффект капитуляции, зачем-то присосался к ней, как обдолбанная пиявка.

Вот же гадство!

— Ой, наверное, ты пламенными чувствами в мой адрес воспылал тогда, когда на стероидной злобе рычал мне прямо в лицо, что у меня нет ни рожи, ни кожи, верно, Каха?

— Марьяна…, — протянул я к ней руку, но эта фурия лишь с шипением отбилась от нее, продолжая мстительно цедить мне слово за словом.

— Что, скажешь, еще раньше? О, скорее всего, это случилось тогда, когда твои друзья натянули мне мешок на голову, связали по рукам и ногам и приволокли в твой дом, дабы потешить свое эго страданиями и унижениями другого человека, да?

— Марат уже от меня получил за это, — снова пошел я на нее, понимая, что наш разговор движется совсем не туда, куда бы мне хотелось.

Но Марьяна лишь смерила меня взглядом полным презрения и процедила ядовито:

— За это?

— Да…

И на этом месте она прищурилась. А затем сама подалась ко мне ближе, указательным пальцем тыча мне в лицо и наливаясь чистой яростью. А дальше расстреляла миномётной очередью из накачанных ненавистью слов:

— Ты меня со своими недалекими фаворитками не сравнивай, Царенов. Я прекрасно осведомлена, зачем вы меня приволокли в эти твои элитные хоромы. И что хотели со мной сделать я тоже в курсе. И зачем ты тут внезапно ко мне небывалыми любовными любовями вспыхнул. И не надо здесь корчить из себя мальчика-зайчика — этот номер не прокатит. Ясно? Но и ты себе на своем высокомерном и спесивом носу заруби, уж будь лаской: мне плевать на таких, как ты! Плевать с высокой горы! Хоть что делай — единственное, что ты услышишь от меня, так это простое, четкое и безапелляционное — НЕТ!

А дальше Марьяна развернулась и бросилась прочь. А я дал ей убежать, потому что понимал: сейчас от нее положительных реакций не добиться. Но и отступать я не собирался.

Наоборот!

Я улыбнулся ей вслед, а затем сам себе кивнул, врубая режим "танк" на полную катушку.

Разблокировал телефон. Набрал в поисковике свой запрос. Нажал на дозвон и сделал заказ. А затем четко и без прикрас написал девчонке сообщение, в смысле которого не нужно было разбираться, ибо я отказываться от того, что хочу не привык.

С тех пор прошло пять часов. Пять!

И я, черт возьми, начинал не на шутку злиться…

Марьяна

Вот же потный жеребец!

Вот же гадкий хронический развратник!

Воспылал он ко мне чувствами искренними. Глядите-ка! Да кто поверит в этот поток словесной диареи? Пф-ф-ф! Скорее наступит второе пришествие, чем Каха Царенов полюбит еще кого-то кроме своей исключительно отвратительной и самодовольной персоны.

Враль мелкокалиберный.

Но выбесил он меня знатно. Прямо постарался от души. И вкус его паскудного языка только продлевал мою яростную агонию. А ведь я старалась его вытравить! Еще как старалась. Пулей долетела до машины, запрыгнула в нее, словно за мной гнались адские гончие, а затем отыскала в сумке мятные драже и вкинула в себя сразу почти половину пачки.

Вздохнула облегченно, прикрывая глаза и откинувшись на спинку сидения.

Но уже совсем скоро мне пришлось и вторую половину в себя заталкивать, потому что даже через термоядерную перечную мяту пробивался вкус сладкой карамели, который, совершенно точно, на всю мою жизнь теперь будет вызывать у меня тошноту.

Приеду домой и белизной свой рот тщательно прополощу!

Ух и завелась я!

На тренировке прямо заряженная была. Отрабатывала каты, а сама представляла, что снова и снова ломаю неправильному царевичу кости его обнаглевших конечностей, которые он посмел ко мне протянуть. Ведь облапал же везде, гад ползучий!

Эх, надо было все же нарушить кодекс чести, гласящий о том, что в карате нет нападения. Да и никто бы меня за это не осудил. Ибо то был бы всего лишь превентивный удар, дабы на стадии зародыша отбить у доморощенного картонного мачо желание тянуть ко мне все свои эти мерзопакостные губы, зубы, языки и руки!

Короче, волна оглушительной ярости перестала сбивать меня с ног только под конец тренировки, когда я наконец-то кулем повалилась на татами, чувствуя, что совершенно обесточена. Но своего добилась. Я почти не вспоминала, как ЭТО было. Не перекручивала в голове нон-стопом все те слова, что мне сказал Царенов. Особенно вот эти, где он так легко и непринужденно признавался мне в симпатии.

Хотя чего это ему напрягаться, верно?

Сегодня он Маше эту восхитительную чушь выдал. Завтра — Саше. Послезавтра — Глаше. Пел песни соловей — а ему все верили. Все, да не все! Я точно на эту ерунду покупаться не собиралась. Как минимум потому, что понимала, откуда дует северный ветер.

Мальчику рассказали, чья я дочь. Вот он своими распутными мозгами и смекнул, что можно позабавиться за мой счет. Держу пари, что если я и дальше стану продолжать твердить ему четкое "нет", то этот конь педальный примется меня шантажировать, грозясь сделать секрет моей мамы достоянием широкой публики.

Я готова была руку дать на отсечение, что так оно и будет.

Но это ладно. Главное — я себя потушила и снова превратилась в Марьяну Крапивину, которой все нипочём, и плевать мне было на домогательства потасканного короля института.

Вот только дзен получилось словить ровно до тех пор, пока я не пошла в раздевалку. А ведь сначала все так прекрасно начиналось. Мы с девчонками о чем-то легко болтали, шутили, смеялись. Сходили в душ. А потом я полезла проверить свой телефон, и мои зубы с яростью лязгнули друг о друга, едва ли не перетираясь в костную муку.

И все потому, что на экране высветилось сообщение от Кахаслава Великого, который, на чистой и незамутненной вере в собственную исключительную неотразимость, написал мне очередную фантастическую чушь:

"Я не