Три с половиной измены - Дана Андерс
— Влада? — кто-то позвал ее у следующей остановки. Она остановилась и посмотрела по сторонам. Мужчина в темной шапке. Куртка, сумка через плечо. Не очень высокий. Одного роста с Владой. Он улыбался. Она с трудом узнала в нем Дмитрия. Не то чтобы он сильно изменился за это время. Просто как будто стал на пять лет старше.
— Привет, — улыбнулась она, еще не понимая, радоваться этой встрече или нет.
— Сто лет тебя не видел! — улыбался он. — Как у тебя дела?
— У меня отлично, — ответила Влада. — Учусь вот на первом курсе.
— Информационные технологии?
— Да, бизнес-информатика. Сложно, но мне нравится.
Влада хотела спросить, как у него дела, но было неудобно. Она больше не подслушивала мамины телефонные разговоры, но все же знала, что дела у них с Ирочкой не очень. Настолько, что пару недель назад она вернулась домой к родителям. Дмитрий теперь часто бывал в их районе, но совсем не потому, что хотел вернуть жену. Однажды мама видела его вместе с Гаевской, и та как будто была «в положении» — как сказала потом бабушка.
— Знаешь, я давно хотел тебе кое-что сказать, — чуть тише произнес Дмитрий. Влада испугалась. Она лишь надеялась, что он не станет признаваться ей в любви. — Я видел тебя тогда, больше года назад во дворе.
— Я не понимаю, о чем ты, — ответила Влада.
— Я провожал Гаевскую, а ты шла за нами, — объяснил Дмитрий. — Потом мы с ней целовались у подъезда. Было темно, но я узнал тебя. И ты тоже узнала меня, не отпирайся. Я был уверен, что ты расскажешь все своим, а они передадут Ире. Я даже хотел, чтобы ты проговорилась. До свадьбы. Но ты промолчала.
— Не совсем, — призналась Влада. — Я рассказала об этом маме, а она сказала, что мне все это показалось, и я перепутала тебя с кем-то похожим.
Дмитрий рассказал, что не хотел ту свадьбу, но отказаться и отменить ее — не позволяла совесть. А в Гаевскую он влюбился с первого взгляда, когда они с Ирочкой пришли к ней на день рожденья. Влада помнила, что в тот день помогла ему собрать букет в цветочном для Ирочкиной подруги. Ирисы и тюльпаны. И еще шутила, чтобы он был осторожнее с Гаевской, а то мало ли что
Влада смотрела в спину уходящему Дмитрию и думала, правильно ли она сделала, что ничего не сказала. Он спешил домой, где его ждала Маша. Влада не видела ее со дня свадьбы в прошлом году. Она не знала, радоваться за них или нет. Это было какое-то неправильное, грустное счастье. Ей было жалко всех. Ирочку, ее родителей, Гаевскую… и даже немного — себя. Дмитрия тоже было жалко.
А еще было снова страшно оттого, что случайная шутка в магазине цветов спустя год сбылась.
Глава 11
Вуз был непрофильным, но кафедра архитектуры и градостроительства там была — на инженерном факультете. В профильный вуз Аня не поступила, а сюда прошла без проблем. Инженерный факультет находился в двух зданиях на улице Орджоникидзе.
Это было не совсем то, что хотела Аня, но ей здесь нравилось. Она быстро привыкла к этому месту и окружающим людям. Уже через пару месяцев университет стал для нее родным. Она чувствовала себя на своем месте и не жалела, что получилось именно так.
Слева к институту примыкало желтое здание Донских бань — на первом этаже был продуктовый магазин и бар «У Николаича». Несколько раз в неделю, приезжая утром в институт, она заставала длинную очередь из бабушек и дедушек, желавших помыться в бане. На другой стороне улицы стоял кинотеатр. Мимо ходили старые трамваи. Огромные сине-белые. И маленькие красные, из двух вагонов, с буквой «А».
Само здание, где училась Аня, было построено в стиле неоклассицизма. Первый этаж и колонны — белые, а само здание — бордовое. Прямо на лестнице у входа курили студенты. Над крыльцом, на уровне третьего этажа находился небольшой балкон — единственный на все здание. Часть окон выходила на Донское кладбище. Другая часть — во внутренний двор, посреди которого стоял неработающий фонтан.
Лучше всего Ане давалась начертательная геометрия и инженерная графика. Еще в старших классах она отличилась тем, что была единственной, кому нравилось черчение. Большинство школьников считали его непростым предметом, а уроки раз в неделю становились для них настоящим мучением. В отличие от Ани, которая, казалось, умела насквозь видеть предметы. В тот год она как могла помогала своим одноклассникам. Именно благодаря Ане многие смогли получить свои «тройки» и «четверки», вместо двоек. А большего и не нужно было.
Поэтому, было неудивительно, что свои первые деньги Аня заработала чертежами в середине первого курса. Удивительным было другое — зачем люди пошли учиться на инженеров и архитекторов, совсем не умея чертить? Аня не знала ответа, но охотно помогала не только своим однокурсникам, но и студентам других специальностей. В основном — с технологии машиностроения и двигателей внутреннего сгорания. Чуть реже попадались строители.
На этой почве у Ани появилось много знакомых и приятелей. Больше всего времени она проводила с Юлей и Даниилом. Два бездельника. Юля редко приходила к первой паре. Просыпала, не слышала будильник. Даня прогуливал с первой недели учебы и нередко появлялся на лекциях пьяным. Они хорошо дополняли друг друга. Аня даже не заметила, как подружилась с этой ленивой парочкой. Иногда они раздражали ее, но чаще — с ними было довольно интересно.
Иногда она ездила в Королев к Лене «с ночевкой». Получалось раз в три месяца. Хотела бы чаще, но с этой учебой совсем не оставалось свободного времени.
В середине второго семестра Ане подошел незнакомый парень. Высокий и крупный. То ли пловец, то ли баскетболист. Широкие плечи, большие руки и ладони. На запястье кожаный браслет. Светло-голубая футболка. Аня едва доставала ему до плеча.
— Привет, я Эдуард, — представился парень, разглядывая Аню.
— Аня, — ответила она, смущаясь его прямого взгляда.
— Я знаю, — сказал он. — Мне сказали, ты можешь сделать чертежи.
— Могу, а что у тебя?
— Пять чертежей на А3, инженерная графика. Для тебя легкотня, наверное, — рассказывал он, копаясь в сумке через плечо. — Я на технологии машиностроения учусь.
— Понятно. Тебе когда нужно?
— Мне бы к пятнице. Успеешь?
Аня кивнула. До пятницы осталось три дня, а чертежи не сложные. Надо только бумагу докупить. Эдуард отдал ей задания.
— Ладно, пока.