Неверный. Хватит лжи - Лена Грин

— Я его урою, — процедил он, впечатывая меня в стену.

Голова мотнулась, я ударилась затылком, в глазах вспыхнули белые точки.

— Давай, — прохрипела я. — Я посмотрю.

Засмеялась сквозь сжатое горло, сквозь боль, сквозь слёзы, которые выступили на глазах.

Его пальцы сжались сильнее. Мы с ненавистью смотрели друг на друга, ещё секунда — и я бы потеряла сознание, но он разжал хватку. Оттолкнул меня так, что я упала на диван.

— Тварь, — выдохнул он, развернулся и вышел, хлопнув дверью так, что задрожали стены.

Я осталась лежать, глотая воздух и чувствуя, как горит шея. Смех вырвался с болью из горла.

Я кое-как поднялась и подошла к зеркалу. На коже алели следы, пять отчётливых пальцев. Растрёпанная, с красным лицом, со следами его рук на шее, я улыбалась.

Он проиграл. Они оба проиграли. Паша, который посмел меня бросить, который сказал, что ему противно. Виктор, который сделал из меня мебель, который трахал свою куклу у меня под носом.

Они заплатят. Оба. Я взяла телефон и набрала номер.

— Оператор экстренной службы 112. Что у вас случилось?

— Мой муж пытался меня убить, — голос дрожал, срывался, я почти плакала, и это не было игрой. — Я боюсь, он вернётся. Приезжайте, пожалуйста, быстрее.

Я назвала адрес и бросила телефон. В зеркале на меня смотрела женщина с мокрым лицом и красными следами на шее. Жертва? Ну нет.

В понедельник в обед я съездила к адвокату, которого мне посоветовал Олег. Он сразу мне понравился, оказался из тех, что внушают доверие. Он просмотрел документы, задал несколько вопросов и обрадовал, что дело простое.

Я подписала договор и через сорок минут вышла на улицу с чувством, что сдвинулась с мёртвой точки. Вечером позвонил Олег, спросил, как дела.

— Привет, спасибо тебе за рекомендацию. Я ужасно рада, что процесс пошёл.

— Понимаю, — хмыкнул он. — Знаю, как это непросто.

— Правда? Ты тоже разводился? — нервно улыбнулась я.

Он помолчал пару секунд, и я уже подумала, что сказала что-то не то.

— Да. Три года назад.

— О... Я не знала.

— Это дело прошлое, — в его голосе не было горечи, просто спокойная констатация. — Но я хорошо помню, как трудно решиться признать, что брак себя изжил. Даже когда это очевидно.

Я не знала, что сказать, уж точно не собиралась лезть с вопросами, что именно случилось.

— Главное, что ты начала, — спокойно добавил он. — Дальше проще не станет, но хотя бы появится ощущение, что ты что-то контролируешь.

— Это, кстати, самое странное. Вроде ничего ещё не произошло, а уже легче.

— Потому что решение принято.

Я кивнула, соглашаясь.

— А ты… долго решался?

— Дольше, чем стоило.

Пояснять он не стал, но что-то подсказывало, что дело точно не в его изменах. Или я просто хотела, чтобы дело было не в этом. Мне нужно было верить, что есть мужчины, кроме моего отца, которые не изменяют своим жёнам.

— Артём по тебе соскучился, — сменил тему Олег. — Ждёт среды.

Я улыбнулась.

— Передавай ему привет, скоро увидимся.

— Спокойной ночи, Настя, — в его голосе появились неожиданно бархатные нотки, странным образом заставлявшие нервничать.

— Спокойной ночи, Олег.

Я отключилась и ещё несколько секунд с улыбкой смотрела перед собой.

Он говорил о своём разводе спокойно и без злости, без той глухой обиды, которая душила меня последние месяцы. Значит, можно по-другому. Можно выйти из брака без ненависти, без всего того, что досталось мне.

Вторник прошёл спокойно, хотя Паша и пытался до меня дозвониться, но я решила, что разговоров с меня хватит. А в среду, когда Олег привёз ко мне Артёма, я сразу поняла по его лицу, что ему нужно со мной поговорить.

Артём, как всегда, радостно забежал в кабинет, а Олег задержался в коридоре, сказав, что подождёт. Я кивнула, не спрашивая.

Занятие прошло хорошо. Артём сегодня тихо и не слишком уверенно повторил за мной несколько слов, но это было больше, чем в прошлый раз.

Я видела, как он старается, и внутри всё замирало от надежды. Когда мы закончили, он протянул мне рисунок.

— Это я? — я не сдержала улыбку, глядя на забавную девушку с длинными тёмными волосами, вокруг которой порхали гигантские бабочки.

Артём просиял.

— Спасибо, очень красиво. Я прямо здесь повешу, — я разместила рисунок на видном месте, и он убежал в игровую, довольный.

Когда я вышла в коридор, Олег уже ждал.

— Как он?

— Отлично, — улыбнулась я. — Очень старается, да ты и сам, я думаю, видишь.

— Так и есть. Если честно, не думал, что всё будет так быстро.

— Брось, он чувствует твою поддержку, ты очень много для него делаешь.

Олег кивнул, но в его глазах всё ещё читалось напряжение. Я не сдержалась, спросила:

— Всё в порядке? Ты как будто чего-то недоговариваешь.

Он взглянул на меня из-под нахмуренных бровей, будто собираясь с мыслями.

— Терпеть не могу лезть не в своё дело. Но я сам виноват, что допустил этот бардак.

Я моргнула, не понимая, о чём он.

— В общем, скажу, как есть. Виктор узнал, что Паша спал с его женой, — ему явно не нравилось говорить об этом. — В воскресенье у них дома произошёл конфликт, Марина обвинила его в нападении, — он потёр лоб. — Самому не верится, что говорю это вслух. Естественно, он уволен. Пашу и Марину я развёл по разным отделам, избавился бы от обоих с превеликой радостью, но формально пока не за что, да и не нянька я им, они взрослые люди.

Он остро взглянул на меня, будто ожидая, что я стану возражать, но я всё ещё переваривала первую часть информации. Виктор напал на Марину?!

— Как она? — почему-то спросила именно это.

Олег хмыкнул, остановив на мне взгляд.

— Я бы сказал, лучше, чем ты думаешь.

— Его посадят?

— Понятия не имею. Проблем он точно огребёт.

Я потрясённо прислонилась спиной к стене, мы стояли в коридоре, глядя друг на друга.

— Почему ты рассказал?

— Потому что не хочу, чтобы это хоть как-то коснулось тебя. Паша сейчас будет нервничать, боюсь, может наделать глупостей. Он не пытался встретиться?

— Звонил, но я не беру.

— Хорошо. Развод теперь — дело адвокатов, если примешь совет, смени замки, если ещё нет.

— Это, кажется, незаконно, — хмыкнула я. — Это и его квартира.

— Твоя безопасность важнее, — ответил Олег без улыбки.