Фермер для городской. Стратегия очарования - Ксюша Федотова

Из кабины стремительно выскочил Витя. Он был при полном параде: портупея затянута, фуражка сидит как влитая, лицо выражает крайнюю степень государственной важности. Вика озадаченно нахмурилась.

— Так, а что это у нас тут происходит? — строго осведомился капитан полиции, уверенно шагая к компании.

Максим недовольно хмыкнул. Столичный бизнесмен представителей провинциального закона не уважал в принципе.

— Ничего особенного, командир, — развязно бросил он, туша окурок о подошву. — Мы уже уезжаем. Освободи проезд.

— А вы куда это собрались, гражданка? — проигнорировав Макса, строго спросил Витя, уставившись на Вику.

Она опешила от такой беспардонности. В голове мгновенно вспыхнула паническая мысль: «Опять они с Гришей какую-то схему провернули!»

— Я возвращаюсь в Москву, — твердо отрезала она. — До свидания, Виктор Андреевич. Желаю вам побольше висяков и нераскрытых дел.

— А вот тут я с вами категорически не согласен, — Витя картинно поправил козырек фуражки. — Как раз одно особо тяжкое дело я намерен раскрыть прямо здесь и сейчас.

Он обвел присутствующих тяжелым, протокольным взглядом и остановился на онемевшей Вике.

— Гражданка Виктория, вынужден сообщить, что на вас поступило официальное заявление в органы внутренних дел. Поэтому, извините, отпустить вас за пределы Кыша я не имею права. Хотя, видит бог, сам бы спал спокойнее, если бы вы отсюда уехали.

— Что?! — Вика вытаращила глаза. — Какое еще заявление? Ты что несешь?

Она лихорадочно попыталась вспомнить свои деревенские приключения. Ну не из-за голых же нудистов на речке ей шьют уголовку? Она их даже пальцем не тронула!

— Слышь, ты, старлей, это что за клоунада? — грубо влез Максим, делая шаг вперед и пытаясь задавить провинциала авторитетом.

— Тихо, гражданин, не мешайте следственным действиям, — холодно осадил его Витя, даже не повернув головы. — Придется задержать вас, Виктория, до выяснения всех обстоятельств.

— Да ни за что! — вскипела Вика. Она резко повернулась к застывшему в стороне фермеру: — Гриша! Это твоих рук дело? Твоя очередная дурацкая выдумка?!

Но Григорий выглядел ошарашенным не меньше её. Он растерянно переводил взгляд с торжествующего участкового на взбешенную Вику, и на его лице читалось полнейшее непонимание происходящего.

Максим решил окончательно взять инициативу в свои руки:

— В каком конкретно правонарушении вы обвиняете мою девушку? Формулируйте быстро, у нас самолет.

Виктор тяжело, со свистом вздохнул, выдержал паузу и с максимально серьезным, скорбным лицом выдал:

— Пострадавшая сторона утверждает, что гражданка Виктория совершила дерзкое хищение... козы. Крупный ущерб личному подсобному хозяйству.

На пыльной сельской дороге установилась мертвая, звенящая тишина. Кажется, даже сосны на холме перестали шуметь, прислушиваясь к этому юридическому шедевру.

Первым из ступора вышел Максим. Он издал короткий, нервный смешок.

— Это че, розыгрыш? Какая, к черту, коза? Зачем Вике коза?!

— Ну, следствию это еще предстоит выяснить, — невозмутимо пожал плечами Витя, заложив руки за спину. — Может, ради молока. Может, на мясо. А может, тут вообще имеет место жестокое убийство животного на почве ревности к подсобному хозяйству.

Он многозначительно прищурился на Вику, и та почувствовала, как кровь приливает к лицу от дикой, неописуемой ярости.

— И кто же у нас «потерпевший»? — с вызовом спросила она, едва сдерживая желание запустить в участкового своей сумочкой.

Витя быстрым, поощряющим кивком указал на Гришу:

— Гражданин Кузнецов Григорий Юрьевич. Лично подал рапорт о пропаже ценного рогатого имущества и указал на вас как на главного подозреваемого.

Вика решительно сделала три шага, сокращая дистанцию, и заглянула Грише прямо в глаза.

— Это правда? — спросила она тихо, но в этой тишине отчетливо звенела сталь. — Ты действительно написал на меня заявление? Ты сказал ему, что я украла у тебя козу, Гриша?

Григорий молчал. Он смотрел в ее пылающие гневом глаза и не произносил ни слова. На его лице не отражалось ни тени радости от Витькиной «спасительной» авантюры, только безграничная, вековая усталость.

Участковый Витя, заметив это глухое молчание друга, начал всерьез нервничать. План трещал по швам. Кузнецов упорно не хотел включаться в игру. Витя топтался у уазика, мысленно умоляя своего упрямого друга очнуться:

«Ну давай же, Гриня, очнись! — кричал он про себя. — Ты же любишь ее! Хватай этот шанс, подыграй мне! Сделай хоть что-нибудь, черт тебя дери, только не молчи!»

Григорий наконец сбросил с себя оцепенение. До этого момента он упрямо молчал. Он всегда считал себя человеком честным, прямым как рельс. Он органически не переносил вранье и верил, что правда — единственный ключ к нормальной жизни. Но так было до того, как он поддался на уговоры Витьки, ввязался в глупую авантюру с землей и по уши влюбился в Вику. Эта женщина изменила его до неузнаваемости.

Он посмотрел на неё. Видел, как она кипит от злости, как совершенно точно его ненавидит и хочет убраться отсюда подальше с этим лощеным городским козлом. И Гриша понял, что если промолчит сейчас, то потеряет её навсегда. Внутри него словно сработал предохранитель.

— Да, это правда, — твердо произнес он, глядя Вике прямо в глаза. — Маня пропала сегодня утром. И я заявляю, что это гражданка Виктория её украла. У нее с моей козой всегда была острая личная неприязнь.

Вика почувствовала себя так, словно ей с размаху дали под дых. Значит, вот как он решил играть? Снова сговорился со своим дружком-полицейским, и они опять разыгрывают перед ней этот дешевый сельский спектакль! Но на этот раз они перешли все границы, пришив ей уголовку из-за несчастной рогатой Мани.

Она яростно развернулась к Максиму:

— Макс, не слушай этот бред. Садись в машину, мы уезжаем!

Максим уже открыл было рот, чтобы согласно кивнуть и убраться из этого сумасшедшего дома, но Витя безжалостно перебил его:

— Гражданин Максим... не знаю, как вас там по батюшке. Если вы сейчас решите покинут место проведения следственных действий, мне придется задержать и вас как соучастника. А в таком случае я буду обязан уведомить ваших близких родственников. Например, законную супругу. Позвоню ей лично из отделения, сообщу, что муж задержан в Кыше в компании подозреваемой в краже скота. Вас такой расклад устраивает?

Макса такой расклад не устраивал категорически. Жена, конечно, догадывалась о его интрижках на стороне, но быть пойманным с поличным провинциальным ментом, да еще и впутаться в скандал с воровством коз — это полностью разрушило бы его репутацию и бизнес. Он мгновенно побледнел, замялся, переступил с ноги на ногу в своих пыльных туфлях и развел руками, пряча