Тень лжи - Алия Доун

ГЛАВА 14

«Все рушится, и я ненавижу каждый момент этого.»

НЕРО

Вечером я сижу в своей комнате и хочу немного расслабиться. Однако с каждым днём мне становится всё труднее. Как будто я нахожусь перед большим и значительным событием, и с каждым часом волнение усиливается. Но на самом деле так оно и есть. Тем не менее, я должен время от времени отдыхать, потому что, переутомлённый и истощённый, я буду совершать ошибки, а мы не можем этого допустить. Важно, чтобы я был здесь полностью.

На мгновение я закрываю глаза и думаю о ней. Ранее я заходил к ней, молча сел рядом и пристально смотрел на неё. Все её чувства были ясны и отчётливо видны. Страх, неуверенность, надежда, привязанность и, в какой-то момент, гнев. Я наслаждался каждым из них, и видел, как она отчаянно желала вызвать у меня ответную реакцию.

Я молчал, пропуская её слова мимо ушей, не выказывая ни намёка на какие-либо чувства. Я хотел понаблюдать за ней, распознать любую ложь. Это оказалось сложнее, чем предполагалось. Похоже, она ловко лгала, но я знаю, что это нечто большее.

Её отчаяние казалось таким искренним, что каждое её движение, каждая эмоция, казались почти невозможными, как будто она не притворяется. Эта смесь отчаяния и искренности, вспыхнувшая в её глазах, заставляет меня чувствовать себя неуверенно.

Возможно, в её словах больше правды, чем я готов признать. Это прочно засело в моей голове. Даже когда она в ярости встала и начала ходить вокруг комнаты, это было слишком реально, чтобы быть инсценировкой.

Пока я всё взвешиваю, меня поражает, что с тех пор, как мы познакомились, она всегда быстро сдавалась. Убедить её никогда не стоило больших усилий. Она всегда была отзывчивой и на неё легко было повлиять. А тут, внезапно, она проявляет стойкость, которой я в ней не замечал. Как будто что-то в ней изменилось, как будто она стала более решительной и стойкой.

Эта новая, обретённая ею сторона не только сбивает с толку, но и заставляет меня сомневаться. Интересно, за все годы нашей дружбы она искусно играла роль, или теперь у неё есть причина так себя вести?

Мои воспоминания стали ещё более туманными, потому что она хотела ударить меня. Её взгляд, полный гнева и отчаяния, глубоко поразил меня. Затем поцелуй — страстный, грубый и полный смешанных чувств...

Воспоминание о поцелуе обжигает меня. Это был не просто физический акт, это было выражением всего того, что между нами было отложено. В тот момент как будто маски упали, и мы встретились в нашей истинной форме. И она была так готова, извивалась подо мной, почти умоляла меня двигаться дальше. Этого нельзя отрицать, я наслаждался каждой секундой… я любил её. Её губы вокруг моего члена — нечто нереальное. Всё это время я мог только воображать, каково это — трахать её у холодной стены подвала, но я сдерживался, не хотел отдавать её всё.

К сожалению, я тоже отказал себе в этом, но подходящий момент наступит. Скоро.

После того, как она проглотила мою сперму, пока её темно-синие глаза смотрели в мои, я резко оторвался от неё. Она слегка отшатнулась назад, но быстро пришла в себя, вероятно, она не ожидала ничего другого. Я прекрасно помню, как её киска обвилась вокруг моих пальцев, но я не позволил ей кончить, лишил её того, чего она так сильно хотела. Для неё это была чистейшая пытка, и я чувствовал, что её это волнует чуть ли не больше, чем мои вчерашние действия.

Стук в дверь выводит меня из задумчивости, это Итан и Эмбер. Я связался с ними ранее, чтобы обсудить свои сомнения. Сейчас не время для мечтаний, потому что мне нужно сосредоточиться на главном, и я не должен отвлекаться.

— Садитесь, нам нужно поговорить о Кейтлин. Что-то не так. Она кажется отчаянно честной, и хотя я знаю, что она может лгать, меня не покидает чувство, что она искренна.

Эмбер хмурится. Мой союзник, с другой стороны, постоянно щёлкает своей зажигалкой, которую он всегда носит с собой. Это не просто привычка, это скорее похоже на то, что он хочет что-то контролировать, возможно, самого себя. Иногда я задаюсь вопросом, осознает ли он вообще, что делает это, или это просто стало его частью?

— Ты думаешь, она говорит правду?

— Я не уверен. Всё это могло быть разыграно, в конце концов, её дядя хорошо сыграл на своём лицемерии, — отвечаю я. — Но мы должны рассмотреть каждую возможность. Возможно, есть что-то, что мы упускаем из виду.

Неожиданно Итан встаёт и ударяет сжатым кулаком по столу.

— Ты что хочешь меня наебать? — Его лицо искажено яростью. Эмбер рядом с ним, кажется, совсем не удивлена его реакцией. — Всё это время ты пробирался в её жизнь как лучший друг, а теперь ты не уверен в этом?

Я тоже поднимаюсь, чтобы быть с ним на одном уровне.

— Что ты хочешь мне сказать, Итан? — Рычу я. Никто со мной так не разговаривает. Он снова опускает кулак.

— Я, наконец-то, хочу двигаться вперёд. И если ты не заставишь девчонку там, внизу, говорить, то я сделаю это сам.

— Она моя и была моей миссией с самого начала.

Он сверкает на меня глазами, как будто хочет задушить меня голыми руками.

— Неро, мы ждали достаточно долго. Мы проверили всех в списке, кроме этого ублюдка Андерсона. Пора.

Эмбер тоже встала:

— Ребята, успокойтесь. Вам не следует терять самообладание.

Обида моего друга направлена прямо на нас.

— Не вмешивайся. В конце концов, ты отомстила сразу, и тебе не пришлось этого ждать. — В этом он абсолютно прав.

— Серьёзно? Может быть, это просто потому, что я могу сохранять хладнокровие. Немедленно сядьте, и мы подумаем, как быть дальше.

Я не могу с ней не согласиться. Эмбер всегда сохраняла самообладание. Несмотря на то, что мы безжалостные придурки, иногда можно подумать, что она ещё более испорчена.

Итан снова садится, откидывается на спинку