Слово генерала. Свадьбе не быть - Оливия Бонд

И с теми, что нравятся Артуру.

Слушая музыку, которая нравится нам обоим, я словно устанавливаю между нами связь. И пускай она есть только в моем сердце, этого уже немало. На одной волне со своим любимым, я просто его жду.

А завтра уже пойдет четвертая неделя моего затянувшегося ожидания.

* * *

Просыпаюсь рано, почти на рассвете и первое, что слышу — пение птиц. Все эти недели я ничего не замечала. Но сейчас реакции яркие и обостренные. Живые. Настоящие.

Ранее утро, розовые лучи рассветного солнца в комнате и голоса птиц. Громкие, звонкие. Напоминающие о том, что я — живая.

Бегу в душ и долго переключаю горячие и холодные краны, пытаясь прийти в себя под контрастными струями. Я хочу чувствовать эту жизнь целиком. Всей кожей. Я снова хочу жить.

Музыку — на всю громкость.

Распаковываю свою косметичку, вернее ту косметику, которая была куплена Олегом. И которой я совершенно не пользовалась. Сегодня хочу накраситься. Красиво и полностью для себя.

Хочу красок, звуков, ароматов. Хочу жить.

На макияж уходит час и я наслаждаюсь тем, что не растеряла навыки скульптурной техники. Мне нравится мое отражение. Впервые за три недели.

Насчет одежды долго не задумываюсь. Просто выбираю то самое платье, в котором была, когда Артур делал мне предложение. Платье, подаренное им. Атласное, эффектное и конечно же, подходящее для романтических вечеров. Но никак не для одиноких вечеров в пустой, чужой квартире.

День постепенно клонится к закату. Солнце окрашивает квартиру в причудливые оранжевые тона, потихоньку сменяющимися сизыми тенями.

Вытаскиваю из холодильника все, что подойдет для моего кулинарного шедевра.

Мясо, сыр, томаты, травы и специи.

Колдую над мясом не меньше часа и вскоре все укладывается в стеклянную форму для запекания. Немного пышной сырной шапочки и вкусняшка уходит в духовку.

А пока у меня — дела.

Включаю выпуск новостей.

Вечерний. Уже ставший моей привычкой.

— … известный бизнесмен Виктор Лисицкий, — произносит телеведущая и я вздрагиваю от знакомой фамилии.

Добавляю звук.

— Резонансное расследование привело к неожиданным результатам. К делу об отмывании денег в особо крупном размере оказались причастны представители силовых структур. Сам же Виктор Лисицкий обвиняется в организации торговли людьми. Более подробно — в завтрашнем выпуске новостей.

Ошалело гляжу на экран телевизора.

Сразу же узнаю особняк Лисицкого, из которого его выводят в наручниках. Вокруг все оцеплено вооруженными людьми в камуфляже и с балаклавами на лицах. Мелькают кадры хроники обыска в доме, но в моей голове все смешивается в единый визуальный ряд.

Пытаюсь увидеть в кадрах Артура или хотя бы Олега Захарова. Но знакомых лиц нет.

Убавляю звук, когда ведущая переключается на другой сюжет.

В голове шумит. Сердце гулко колотится и пропускает удары. Один за другим.

На кухне со щелчком таймера отключается духовка. Запеченное мясо по-французски готово. И теперь я едва сдерживаюсь от слез. Щемит сердце от желания увидеть Артура. Чтоб он оказался рядом. Прямо сейчас.

И очень хочу накормить его той вкусняшкой, которая сейчас томится в духовке.

Но увы, чудес я уже не жду.

Щелчок замка входной двери заставляет меня вздрогнуть.

Дверь открывается и на пороге квартиры появляется Артур.

Молча бросаюсь ему на шею. Он подхватывает меня на руки и кружит.

Я счастлива и плачу, уткнувшись ему в плечо.

Теперь уже можно.

Два месяца спустя

Со свадьбы мы все-таки умудрились сбежать.

Мы с Артуром не особо хотели пышного торжества, но его положение обязывало к тому, чтоб хотя бы официальная часть была масштабной.

Я нервничала и боялась только одного — чтоб на этом торжестве не появились мои родители.

Мишке я была искренне рада, да и брат за меня тоже радовался от души. Артуру удалось вытащить его из той передряги, куда мой братец угодил стараниями Лиса. Теперь Миша работает в одном из подразделений, под прямым руководством Артура.

А вот родители так и не смирились с моим выбором. Вернее, им вообще было наплевать, кого выберу я. Для их амбиций оказался серьезным ударом сам факт того, что я вообще могу хоть что-то решать в этих вопросах.

«Набралась наглости и охамела вконец», ядовито бросила мама в ответ на мое заявление о том, что в своей личной жизни теперь я буду разбираться только сама. Папа, как обычно молчал и не стал вступаться за меня.

После случившегося крупного скандала, Мишка ушел от родителей. В знак солидарности с моим решением. Да и с Артуром они на удивление быстро поладили.

Но вот кто меня по — настоящему удивил, так это моя Катюшка. Оказывается, у этой партизанки уже полным ходом намечается роман с майором Захаровым. За время моего вынужденного заточения я успела немного узнать этого человека и могу с уверенностью сказать, что рада за подругу.

И искренне надеюсь, что у них все получится.

Лениво распластавшись на огромной постели в каюте, я прислушиваюсь к звукам со стороны палубы.

Мотор заглушен. Значит, стоим на якоре.

Переворачиваюсь на живот и, подперев лицо рукой, поглядываю в сторону выхода из каюты. Настроение откровенно счастливое.

Уже ровно сутки, как я — жена.

Помолвочное колечко переместилось на другой палец, а на безымянном гордо красуется золотое, обручальное.

Улыбаюсь и все еще пытаюсь поверить в свое счастье.

Настоящее. Реальное.

Тело приятно ноет от усталости. Первая брачная ночь была невероятной. Мы одержимо занимались любовью. Так, словно в первый раз.

Смущенно вспыхиваю от воспоминания о некоторых, особенно пикантных моментах. Это определенно надо повторить. Если конечно, я наберусь храбрости и попрошу об этом Артура.

Секс с коротким перерывом на сон и быстрый завтрак — отличное начало супружеской жизни. Мне определенно нравится.

И я отчаянно хочу продолжения.

Ищу глазами, что можно одеть.

Рубашка Артура прекрасно подойдет. Вечерами на море прохладно и я вскальзываю в рубашку любимого мужчины, застегиваясь на пару пуговиц.

Трусики не надеваю. Личная просьба Артура.

— Хоть немного выспалась?

Мой муж довольно оглядывает меня и улыбается. Прячу взгляд.

— Иди ко мне, — притягивает для поцелуя и накрывает мои губы своими.

Тело мгновенно реагирует на ласки и требует продолжения. Податливо льну к нему и провокационно веду плечиком так, что с него сползает рубашка.

— Сейчас чуть отойдем от берега и ты получишь все, что захочешь.

— Уже хочу, — мурлычу ему в губы.

Сажусь на широкую скамью-лежанку, покрытую пледом и мягкими подушками. Рядом — столик и бутылка шампанского в ведерке со льдом. Артур