Подонок. Забери моё сердце - Дана Алексеева

— Вчера ты заглатывала по самые гланды и не жаловалась.

— О-о — я смеюсь. — Сказочник какой. Не было такого.

Моя насмешка переходит в хрип от удушающего захвата на шее.

— Ах ты наглая врушка, — шипит Заславский. — Всё ты помнишь. Пиздишь, как дышишь.

Я задыхаюсь, шлепая его по напряженной ладони, которой перекрывает мне кислород.

Он резко разжимает пальцы, и я жадно хватаю воздух ртом.

— Ненормальный! — откашливаюсь и хлестаю парня его же курткой. — Ты чуть не задушил меня!

— Да кто стерпит такую суку живой?

— Вот и отвали! Не трогай меня! Чокнутый придурок! — срываю голос, теряя контроль в эмоциях. — Немедленно отдай мою сумку! Я уеду! Видеть твою морду противно!

Заславский кривит губы в усмешке на столь приятные комплименты в его честь и следом за мной накидывает куртку на голый торс. Я застегиваю молнию по самое горло и накидываю капюшон, внешне закрываясь от возможных нападок Германа. В мыслях предвкушаю, как приеду домой и от души потопчусь на его дорогущей куртке, изрежу ножницами, а потом сожгу. Хоть на вещи оторвусь, раз с её владельцем этого сделать нельзя. Теоретически можно, конечно, но я, к счастью, не одержимая маньячка. Пусть живёт и расплачивается за свои грехи, двуногий!

— На! Надеюсь, хватит, — сует деньги в мой карман Гера, напоследок желая окончательно унизить меня. — Это оплата за ночь.

— Скотина, — выкидываю его смятые бумажки на пол.

Он как ждал такой реакции, довольно улыбается, пока я гневно фыркаю на него.

— Трахаются либо по любви, либо за деньги, либо просто ради удовольствия. Твоя причина? Деньги отметаем, как я понимаю

— Мы можем просто выйти? — теряю терпение я и хватаюсь за дверную ручку. Но Заславский пресекает попытки выйти. Дьявол! Мне хочется его сильно стукнуть, а лучше — укусить.

— Ответишь — выйдем.

Прикрываю глаза и набираю в легкие воздуха. Облизнув губы, подбираю более правильный ответ в данной ситуации.

— Удовлетворение физических потребностей, — сухо отвечаю я.

— Удовольствие, значит, — кивает Гера и улыбается. — Так обращайся, детка. Знаю, к Мише дорога уже закрыта, но я-то свободен. Если между ног сильно чесаться будет от желания — присунем без проблем.

— Что ты про Мишу сказал? Как дорога закрыта? — цепляюсь за имя Титова, отфильтровав унизительные фразы.

— Ну вы расстались, — приподнимает подбородок Гера, как будто это его заслуга.

— Если я захочу, — выделяю важной интонацией собственную значимость. — У нас всё еще будет. Секс и не только, понятно? От нехватки ласки не сдохну, не переживай.

— Хочешь сказать, что, потрахавшись со мной, спокойно продолжишь отношения с Мишей?

— Если захочу, то да. А что? — дергаю плечом, как будто мне плевать на мораль и принципы порядочной девушки.

— Я в ахуе, — коротко резюмирует Гера и хмуро мотает головой. — Этому точно не бывать. Даю гарантию.

— Ха! — высмеиваю его угрозы и киваю на дверь. — Я ответила. Открывай давай.

Поджав губы, он толкает дверь, и мы выходим из квартиры. Спускаемся на лифте, обмениваясь нелицеприятными взглядами. Он презирает меня, я — его.

— Не пялься, бесишь, — огрызаюсь я.

— Чё хочу, то и делаю.

В ответ я поднимаю средний палец. И через пару секунд стону, потому что Гера хватает его и выворачивает в обратную сторону.

— Еще раз покажешь Знаешь, куда засуну его? — Силой опускает мою руку и хлопает ею по заднице.

— Кретин.

Хочу вырваться, но парень крепко вжимает меня телом в стенку лифта.

— Стерва, — выдыхает Гера в сантиметре от моих губ.

Давай придвинься поближе, и я кусану тебя до крови.

Мы шумно дышим, испепеляя друг друга взглядами.

— Ненавижу — шиплю я, вздувая ноздри.

Да как я могла переспать с ним! Ублюдок ходячий! Сердце возмущенно буйствует в груди. Молчание Геры испытывает мои нервы на прочность. Закрываю глаза, чтобы спрятаться от его пронизывающего взора. Теперь чувствую его и слышу в два раза отчетливее. Его теплое дыхание на моем лице, сжатые пальцы на моих запястьях, прислонившееся тело к моему, аромат духов, пропитавший куртку.

— Ты моя, — доносится до ушей приговор Заславского.

Ошарашенно распахиваю ресницы и сталкиваюсь с уверенным мужским взглядом.

— Что ты сказал? — спрашиваю, потому что мне явно послышалось или я не так поняла смысл слов.

— Ты моя теперь, — отчетливее произносит парень без доли иронии.

— Никогда, — протестующе мотаю головой.

— Да, — кивает он, игнорируя мои слова. — Никуда не денешься.

— Ты попутал, Заславский? — рычу я. — Совсем свихнулся, да?

— Может быть, — рассеянно рассматривает моё удивленное лицо.

— Вот точно. Сходи проверься на досуге.

Двери лифта открываются и тем самым спасают меня от напора Заславского. Он отстраняется, и мы выходим из кабины, уступая место ожидающим незнакомцам, которые сразу засияли при виде нашего тесного контакта.

Мы выходим из подъезда и идём на парковку. От прохлады вжимаю голову в плечи и быстро перебираю ногами, проклиная неудобные каблуки. Герман снимает с сигнализации машину, открывает дверь и забирает с сиденья сумку.

Протягивает её мне, удерживая за кожаную ручку. Я хватаю сумку, а Заславский дергает за ремешок, притягивая меня к себе.

— Что ты делаешь? — ёрзаю в его тесных объятиях.

— Сопротивляйся сколько угодно. Всё равно сдашься.

— Иди ты, — возмущенно пихаю его в грудь.

А он в ответ широко улыбается и сжимает мою попу.

— Смотри не застуди малышку, — тянет за край платья вниз.

— Ты Убери руки! — Выжав из себя все силы, отталкиваю Геру.

Вырвавшись из объятий нахала, чья самоуверенность превзошла всяческие границы, заряжаю ему пощечину. Бегу прочь от него.

— Всё равно моя, — хохоча, орёт он вслед.

— Ни за что! Ни за что! — убеждаю себя в обратном.

Лиза

Неспешным шагом огибаю лужи на выходе из супермаркета. Погодка слякотная, снег тает, превращаясь в грязное месиво. Надеть резиновые сапоги было бы куда более практичным решением, чем испытывать кроссовки. В правой руке шуршит пакет с продуктами для быстрого ужина. Предвкушаю уютный вечер с приятной рутиной. Возможно, еще почитаю книгу или посмотрю хороший фильм. Выключенный телефон освобождает столько времени и бережно хранит мои нервную систему. Маму с братом я навещала днём, они держаться молодцами, а значит, я могу быть спокойна. Об остальных индивидуумах не то что переживать — думать не хочу. Как-то же они жили без меня — и сейчас проживут.

Слышу сзади всплеск луж от приближающейся машины. Во избежание брызг я отхожу в сторону и, обернувшись, пропускаю черную иномарку.

— О нет — шевелю губами, распознавая Мерседес Миши, а потом и самого парня за рулём. — Проезжай мимо

Вопреки мольбам, колеса автомобиля тормозят возле меня.