Сопрано для Мафиози - Екатерина Ромеро

— Ого, вот это прорвало! Где же ваша гордость, синьор Чезаре?

— Иди на хрен! Меня уже достали эти игры, мне не двадцать лет!

— Неужели я слышу, что Анжело Чезаре пошел на уступки женщине? Бог мой, это правда ты?

— Лео, пожалуйста, просто сделай то, что я попросил.

— Ладно, будет сделано.

После работы я возвращаюсь домой. Поздно, но она не спит. Вижу свет в окне, к этому моменту уже должны были притащить ее фортепиано. Белоснежного цвета, раритет, мы привезли его из Рима частным рейсом.

Думал, играть будет, но хрен там. В замке тихо, Белла не играет, и это меня выводит. Не оценила, зря напряг всего лишь сотню человек, чтобы исполнили ее желание.

Открываю дверь. Белла лежит на кровати лицом к стене. Фортепиано рядом. Она его даже не тронула.

Подхожу ближе, я скоро сойду с ума с нею. Вито повезло, у него уже все налажено, а я… как обычно.

— Белла.

Молчит. Но не спит, слышу, как сопит.

Оборачивается, и я вижу ее красные заплаканные глаза. Мы говорим первые за всю неделю.

— Что с тобой, у тебя болит что-то?

Она садится на кровати, вытирает слезы. Такая сладкая, красивая, что тронуть даже страшно. Ее волосы распущены, разметались по спине. Платье задралось, обнажает ее колени. А я как зверь голодный, одно только, что слюна не не капает. Но все же, противен. Задавлюсь, но не трону. Чтоб ее часом, не стошнило от меня.

— Нет.

Говорит тихо, не смотрит на меня. Бешусь, да что же это такое. Хоть головой о стену бейся. Девочка, ты можешь хотя бы посмотреть на меня.

— А что тогда? Тебе не понравился подарок? Ты хотела другой инструмент? Белла, не молчи. Скажи что, в браке надо разговаривать! Ты не моя пленница больше, в чем дело, ну же!

Горю уже весь, а она мельком смотрит на меня, пальцами сжимает платье. Напряжение между нами застывает, еще немного, и его можно будет резать ножом.

— Ты мне не противен…

Бубнит, но я не слышу почти. Наклоняюсь к ней ниже, поддеваю ее подбородок ладонью, чтобы встреться с зелеными глазами.

— Что ты сказала?

— Ты мне не противен, Анжело. Нисколько. Не надо больше ночевать у другой.

Я аж опешиваю. Охренел, не ожидал даже такой уступки.

— Раньше ты иное говорила. Что изменилось за неделю?

— Я со зла сказала. Не могу я больше жить в войне. Меня от тебя не тошнит.

Выпрямляюсь. Было бы смешно, если не было бы так паршиво. Мне уже не двадцать лет чтобы играть в эти качели, но ей то двадцать. Лео был прав.

— Хорошо, с этим разобрались. Что еще?

— Я не хочу быть больше тебе декоративной женой.

— Какой женой?

— Декоративной. Для красоты.

Сцепляю зубы. Это сложнее, и уже где-то внутри грызет. И вот, опыта у нее нет, а мудрость есть, парадокс просто. И такая сладкая. Я так соскучился по Белле за эту неделю, что один лишь ее вид и разговор с нею заводят меня просто с полуоборота.

— Ладно, это мы выяснили. Я тебе не противен, и ты не декоративная. Какой женой тогда ты хочешь быть для меня, Белла?

Она смотрит. Хитрая лиса, долго и пристально, а после облизывает свои пухлые губы:

— Любимой.

Анжело

Я стараюсь их не сравнивать, но получается хреново. По крайней мере, так было изначально Я хотел оторваться на Белле, раз уж она дочь Элизы, я думал будет проще. Ну, ненавидеть ее.

Но все изначально пошло не так. Ненавидеть Беллу сложно, особенно, когда смотришь в ее невинные глаза, на ее нежные линии, когда прижимаешь к себе.

Да, я женился, хотя еще двадцать лет назад поклялся, что больше ни одну женщину к алтарю не поведу. Я нарушил свое слово и не желаю.

Лучше так, пусть будет со мной, чем бы лежала тогда в яме.

Лука плевал на дочь, но все же, он знает, что я женился на Белле. Пусть пожирает себя догадками, а я… я оторваться от нее не могу, я не способен.

Белла возвращает меня к жизни, своим смехом, своими упрямством даже. Когда я с ней, я словно снова живой, я человек, а не просто машина для бизнеса.

* * *

Лео

Это точно была игра в кошки-мышки, только я пока не знал, кто и кого догоняет.

Анжело я знаю очень давно, я уже успел постареть и жениться, завести троих детей, тогда как Анжело просто работал.

Как какой-то работ, порой меня это даже пугало.

Когда он додумался заманить ту девчонку, я как-то не придал значения, а после вспомнил, что у него была та история. С Элизой. Ох, поговорил бы я с ней, будь она была живая, растолковал немного о жизни. То, как она поступила — это было не некрасиво, подло и омерзительно, особенно по отношению к такому, как Анжело.

Он все прекрасно чувствует, и боль и горе, и радость, пусть этого и не видно на первый взгляд.

Вито, конечно, другой, там все огнем просто плещет, но Вито часто и делает ошибки, в отличие от рассудительного и холодного Анжело.

Он их сравнивает. До сих пор, клянусь. Все ищет в Белле Элизу, тогда как даже я уже понял, что искать там нечего. Белла совсем другая. Мне та их служанка Франческа, пока я помогал нести торт на свадьбе, все уши об этом прожужжала.

Не такая Белла, пусть не дурит сам себе мозги. Да молодая, да, у нее тоже темные волосы, но схожесть на этом заканчивается.

Анжело. Мой друг был переполнен желанием мести, вот только как бы сильно он не старался навести ужас, ненавидеть Беллу ему сложно. Признаюсь, она такая миленькая и привлекательная, что я вообще не понимаю, как к ней можно испытывать хоть что-то кроме возбуждения и желания завести детей.

Да, конечно, он отнекивается, и весь в своей мести, но посмотрим, надолго ли хватит Анжело. Это не Вито, он будет мстить долго и планомерно, ну да ладно. Уверен, что месть его будет такой, что даже самой Белле придется по вкусу. Все же это Анжело, а он умеет коллекционировать женские сердца.

Какая интересная судьба. Сильнее всех любит тот, кого предали, кто на своей шкуре понял, какого это, когда разбивают сердце. Я не желаю такого Белле. Я видел ее на свадьбе, боже, иначе