Развод неизбежен - Юлия Юрьевна Бузакина
— В отличие от меня, Ника удачно вышла замуж, — чувствуя обиду, шепчу в ответ. — А вместо фитнеса я предпочитаю бассейн, только и всего. Или хочешь, чтобы я торчала в твоем фитнес клубе, контролируя каждый твой шаг? Я могу, мальчики уехали, у меня теперь полно свободного времени.
— Нет, не хочу. Ещё жены мне на работе не хватало, — он с досадой отводит взгляд. Переключает передачу и плавно отъезжает от парковки.
Я молчу. Мне нечего ему сказать. Каждый раз наш разговор о его изменах заканчивается на этой ноте. Он мне не изменяет, виновата Ника, которая не смогла порадовать нашу маму успешным замужеством.
— У нас с тобой прекрасные взаимоотношения. Семья всем на зависть. Но знаешь, кто все портит? Правильно, твоя сестра! Она невыносима! А ещё — твои грехи прошлого, Марго! Запомни: ты сама во всем виновата, — нарушает тишину Саша.
Темная волна горечи накрывает с головой. У меня такое чувство, будто меня резко ударили в солнечное сплетение, лишив возможности дышать. Низвергли в пучину боли, от которой я так отчаянно отгораживалась все эти годы.
— Молчишь?! Так оглянись назад, открути ленту на восемнадцать лет и скажи: мой брат стоил того, чтобы потерять все, что мы с тобой смогли создать за эти годы?! Стоил ли Руслан наших прекрасных сыновей, роскошного дома?! А, Марго?!
Я сглатываю так некстати сдавивший горло колючий ком. Перед глазами, как в калейдоскопе, один за другим, всплывают образы из прошлого. Они, как осколки, больно режут по живому, вскрывая старые раны...
Глава 4
Руслан Курбатов. Смесь обаяния и уверенности. Популярный видеоблогер, военный журналист.
Руслан всегда оказывался одним из первых в опасных и нестабильных регионах. Привлекательный и рисковый, обладающий безупречным стилем и знающий, как подчеркнуть свои лучшие черты — он всегда был на острие события: горел сам и делал такие репортажи, что любой новостной канал был готов платить безумные деньги за его работы.
Восемнадцать лет назад я имела неосторожность влюбиться в Руслана без оглядки. Так сильно любишь лишь раз в жизни. Только я уже была почти год замужем за Сашей…
Я слишком поздно осознала, что совершила непоправимую ошибку, согласившись на брак. Я поняла это в тот миг, когда Руслан вошел в родительский дом. Он только что вернулся из очередной поездки зарубеж и радовался встрече с семьей — такой естественный, улыбчивый, в брюках и футболке в стиле милитари, с обгоревшим на солнце лицом от того, что на востоке Ирака, где он снимал очередной репортаж, в это время года слишком горячее солнце.
А потом наши взгляды встретились.
«Это моя жена, Марго», — неохотно представил меня младшему брату Саша.
«Руслан», — улыбнулся его брат. И весь мой мир перевернулся.
Скрыть вспыхнувшие друг к другу чувства было невозможно. Саша догадался о нашем романе. Был ужасный скандал… Я приняла твердое решение уйти.
«Всю ответственность за наши внезапные чувства с Марго я беру на себя», — твердо произнес Руслан на семейном ужине. За столом воцарилось гробовое молчание. Подавленные родители, обезумевший от ярости Саша…
В тот вечер Руслан улетел в Израиль, снимать в самых ярких красках новую волну конфликта с Палестиной.
«Дождись моего возвращения, Марго», — были его слова.
Мы с Сашей остались у его родителей на ночь.
Саша зашел в гостевую спальню и плотно прикрыл дверь.
Я подняла на него взгляд.
— Я ухожу, — произнесла потерянно. — Как только мы приедем домой, я соберу вещи. Мне жаль, что так вышло.
Мне было и вправду жаль… я чувствовала себя виноватой.
Муж горько усмехнулся.
— Ты серьёзно? Тебе жаль?! То есть, все наши планы коту под хвост?! А как же семья, дети, бизнес, который только-только начал давать свои ростки?
Я молчала. Я не знала, что на это ответить. Просто я полюбила другого мужчину, и хотела быть честной с мужем.
— Я люблю тебя, Марго! Ты моя жена, и ты останешься со мной, — больно сжав мои запястья, прорычал муж.
— Саш, я переночую в гостиной на диване. Так будет лучше для всех, — я предупреждающе выставила руки вперед.
Но вместо того, чтобы пропустить меня к двери, он толкнул меня на постель.
В нашей борьбе сила была на его стороне. Я задыхалась от его настойчивых поцелуев. Захлебываясь всхлипываниями, умоляла прекратить, ведь мы не предохранялись, но он не отпускал. Вынуждал подчиняться, давая понять — лучше уступить.
Чувство собственника затмило ему разум. Он осознавал, что я полюбила другого, но хотел оставить меня себе.
…Утром я едва смогла разлепить глаза.
Саши в спальне не было — с утра он уехал по делам своего первого фитнес клуба.
В то утро это было подарком.
Потом я собрала самые нужные вещи, переехала на неделю к маме, но почему-то никак не могла вывезти остальное из нашей с Сашей квартиры.
Нет, я никому ни слова не сказала о той ночи, но я сама себе была противна. Меня, свободолюбивую и независимую журналистку, сражавшуюся за права женщин, никогда не заставляли исполнять супружеский долг силой.
Это было неправильно. Это было преступлением. Но Саша так не считал. Он даже не посчитал нужным извиниться.
Отношения между нами окончательно дали трещину. Мы практически не общались. Я подала на развод в одностороннем порядке.
Руслан чувствовал, что у меня что-то неладно. Он звонил мне, но я не брала трубку. Просто не могла с ним говорить после случившегося. «Дождись моего возвращения», — писал он.
А я читала и плакала. Я была готова прыгнуть в омут с головой вслед за ним. Жить его кочевой жизнью. Свободолюбивой Марго такая жизнь была по нраву. Таскаться за Русланом по горячим точкам и писать свои статьи — что может быть лучше?
Я молчала и ждала. Почему-то я все никак не могла заставить себя вывезти вещи из нашей с Сашей квартиры. Какое-то странное чувство не давало мне это сделать.
Через две недели я поняла, почему медлю. У меня была задержка.
Положительный тест на беременность вынес приговор моей свободе. УЗИ показало близнецов. Дети были от Саши.
«Дети мои?» — без