Доктор. Я (не) зависима - Лиза Гамаус

Странный, кстати, идеал. Ей нравились рисковые, безответственные типчики, антисоциального направления без определённого рода занятий. Широкое поле деятельности для какого-нибудь афериста, умеющего складно писать и давать волю фантазии.

Артём почему-то ей не верил. Иногда складывалось впечатление, что она наталкивала или подсказывала Киру, что надо писать, чтобы её это заводило. И тот старался. Они переписывались по нескольку часов в день. То есть Кир располагал огромным количеством свободного времени, что для нормального мужика не так-то и нормально. Ни он ни она не спрашивали друг друга, чем занимаются в реальной жизни. Но то, что они были привязаны к друг другу этой перепиской оставалось фактом. Неделю за неделей каждый день.

В один прекрасный момент, она поняла, что ей мало виртуального общения, ей захотелось большего — увидеть его в офф-лайне, возможно, даже пойти на физический контакт, и всё закончилось.

Вариантов было множество, почему он исчез, и главный аргумент, конечно, сводился к тому, что он не тот, за кого себя выдавал. Кир мог быть и женщиной, почему нет. Мог быть взрослым мужчиной, инвалидом, преступником, женатым многодетным отцом, развлекающимся в свободное время от семейных забот.

— Как она себя чувствует и что говорит? — спросил Артём Маргариту, которая зашла к нему в кабинет после утреннего обхода пациентов.

— Немного закрыта и не очень приветлива. Скорее всего, не понимает, как она здесь оказалась.

— Мне так кажется, как раз всё отлично понимает.

Артём заметил камушек на левом веке Маргариты.

Он видел, как она старалась выглядеть привлекательной и какие титанические усилия тратила на то, чтобы поймать его внимание, как женщина. Доктор-то холостой!

Маргарита была миловидной, не лишённой привлекательности, старалась на работе и была исключительно внимательна к пациентам, но служебный роман не входил в планы Артёма Викентьевича, более того, он был категорическим противником любых личных отношений, выходивших за рамки полномочий сотрудника.

Тоже самое можно было сказать и о его взгляде на эту проблему с пациентками. Влюблявшихся в него женщин после чуть ли не первого приёма, было более, чем достаточно независимо от их возраста. Некоторые признавались прямо в кабинете, некоторые забрасывали его электронными письмами, некоторые месяцами, а то и годами ходили на терапию. Но Артёму всегда удавалось безболезненно проходить по краю и направлять поток чувств в более правильное для них же направление.

Репутация у доктора Решетова была безупречной.

— Что-нибудь спрашивала?

— Ничего, — Маргарита отрицательно мотнула головой.

— Спасибо, я зайду к ней позже, — ответил Артём.

Он медлил. Как-то не мог настроиться на нужную волну. Компьютерная флешка сбивала его с толку.

Кир мастерски манипулировал, играл на её одиночестве, нехватке тепла, защиты со стороны сильного и заботливого мужчины, рисовал розовые дали, даже временами применял роль идеального родителя. Но всё это было фоном к достижению его цели, а целью, по всей видимости, была не Лиля. Лиля могла быть заданием. Эта версия нравилась Артёму больше всего, то есть казалась самой близкой к истине.

Понимала ли она это и только делала вид или действительно впала в зависимость? Вопрос. Может быть, она сама ждала этого «задания»? И обманывала родителей. Причем, реальной опасности она могла и не осознавать. И это никакая не компьютерная зависимость, судя по всему, а личная. И Мария не могла этого не почувствовать, если вообще внимательно читала то, что им с мужем удалось украсть в её компьютере.

Одно мать понимала точно — оставлять ситуацию, как она шла и развивалась, чревато непредвиденными последствиями, брать же дочь с собой она не хотела, а та делала всё, чтобы показать нежелание куда-либо ехать. Мнения отца Артём не слышал. Пребывание в частном ВИП отделении клиники стоило немалых средств, и родители на это пошли. На месте углублённого в науку папаши Артём бы на всякий случай обратился в полицию, прочитав содержание переписки, но папаша этого не сделал. Предпочёл психотерапию и полностью доверился жене. Позиция, которая снимает с него ответственность.

— Маргарита, скажите Лебедевой, что у меня очень срочные дела, извинитесь и отнесите стопку последних глянцевых журналов, штук шесть-семь. Посмотрим, что она скажет.

Почему-то он подумал, что это неплохая мысль, проверить, насколько ей хочется быть в курсе светской жизни, в модных тенденциях приближающейся весны, в новостях, касающихся искусства, например. Возможно, она не откроет ни одного журнала. Просто бросит их в стену. Ну, а если начнёт их смотреть, то это может многое означать. Интересно, он её ещё ни разу не видел, а начал лечить, хоть и достаточно отдалённо.

На самом деле, ему не хватало пары часов, чтобы закончить статью и отослать в один очень популярный телеграм-канал. Он обещал давно, но руки не доходили. «Я влюбилась в своего психотерапевта и завтра ему об этом скажу.» Так называлась статья. Суть её сводилась к одному главному правилу: отношения между клиентом и психотерапевтом вообще не должны предполагать никаких сексуальных контактов. В случае же их возникновения, психотерапия должна быть прекращена. Одна из излюбленных тем сайта, которая пользовалась популярностью у читателей и давала самые высокие рейтинги. Отзывы он не комментировал, оставляя это на админов канала.

Артём поставил точку, отправил текст и наконец встал, чтобы навестить новую пациентку.

Вместо долгожданного Артёма Викентьевича в палату заявляется опять Маргарита со своими веснушками и со стопкой глянцевых журналов.

— Добрый день, Лиля! Артём Викентьевич просил передать, что задерживается. Вы пока можете почитать журналы, они совсем свежие.

Маргарита почему-то немного волнуется, смотрит на меня и чего-то ждёт. Наверное, моей реакции. Её не будет, дорогая! Во всяком случае, той, на которую ты рассчитываешь.

— Хорошо, я посмотрю. И подожду Артёма Викентьевича.

Как будто я могу заняться чем-нибудь другим? Не спать же целый день.

Она подходит к моей тумбочке и оставляет журналы там, подровняв края и сделав аккуратную стопку.

— Передайте, раз уж это входит в ваши обязанности, что мы обязательно обсудим новые модели обуви с Артёмом Викентьевичем. Я подготовлюсь, — киваю на стопку.

Она не отвечает и молча выходит. То ли боится моей непредсказуемой реакции, то ли у них не положено разговаривать с психами. Абсурд какой-то. Похоже, он испытывает моё терпение и что-то там себе отмечает. Интересно, есть у них тут видео камеры?