Лечение измены от полковника - Елена Ткачева
Я замерла, глядя на экран. Что он имел в виду? И зачем ему, высокопоставленному офицеру, приглашать меня на личный разговор?
Я перечитала сообщение несколько раз, пытаясь понять его истинный смысл. Помощь или предупреждение? А может, он знал о Макаре гораздо больше, чем просто факт измены в рабочее время.
Выйдя из спальни, я столкнулась с Ларисой Петровной, которая уже вовсю гремела кастрюлями на кухне.
— Куда ты собралась? — удивилась она, глядя на мою одежду. — Мы же должны готовить ужин в честь дня рождения!
— Мне нужно в управление, — коротко ответила я, натягивая пальто. — Пожалуйста, не ждите нас. И не ждите Макара.
Свекровь застыла с половником в руке, глядя на меня с нескрываемым возмущением.
— Ты не можешь так поступить! Это позор на всю семью. Вернись и прими всё как есть, или ты вообще хочешь разрушить наш брак?
— Брак уже разрушен, — сказала я, открывая входную дверь. — Просто вы этого ещё не осознали.
Выйдя в подъезд, я спустилась вниз и быстро пошла к машине. Воздух был наполнен запахом цветущих деревьев, но мне было не до этого. В голове крутились слова подполковника о «женщинах нашего ведомства» и его странный призыв обсудить моё будущее.
Снова оказавшись в управлении, я прошла мимо знакомого охранника, который теперь смотрел на меня с явным сочувствием. Поднявшись на второй этаж, я остановилась перед массивной дубовой дверью с табличкой «Подполковник Валерий Громов». Сердце забилось быстрее, когда я нажала на ручку и вошла внутрь.
Громов сидел за столом, изучая какие-то бумаги. Услышав стук, он поднял голову и внимательно посмотрел на меня своими холодными серыми глазами.
— Проходите, Надежда. Присаживайтесь.
Я села напротив него, стараясь держаться прямо и сохранять спокойствие, хотя руки мелко дрожали.
— Для чего вы меня вызвали? — спросила я.
Он отложил бумаги в сторону и сложил пальцы в замок, глядя на меня пронзительно и серьёзно.
— Ваш муж — талантливый оперативник, но он совершил глупость, которую не прощает ни закон, ни мораль. И я здесь не для того, чтобы его оправдывать. Я здесь для того, чтобы предложить вам альтернативу.
— Какую альтернативу? — я смутно понимала, к чему он клонит. — Вы хотите перевести его в другой отдел или предложить мне развод?
Громов слегка наклонился вперед, и я почувствовала исходящую от него ауру властности, смешанную с какой-то странной, почти отеческой заботой.
— Я хочу предложить вам шанс взглянуть на ситуацию иначе. Макар не просто совершил ошибку — он проявил слабость, потому что перестал видеть в вас женщину. Он видит в вас только врача, коллегу, часть своей рутины. Но я вижу вас совсем другой.
Я замерла, не зная, что ответить на этот неожиданный комплимент. В его голосе не было ухаживания, только сухая констатация факта, от которой по коже пробежал холод.
— Вы предлагаете мне стать его новой любовницей? — горько усмехнулась я.
— Нет, — Громов встал и подошел к окну, глядя вниз на суетящийся город. — Я предлагаю вам вспомнить, что вы имеете право быть счастливой вне зависимости от того, кем является ваш муж. Макар будет наказан по всей строгости устава за нарушение дисциплины. Но ваши отношения — это ваше личное дело. Однако если вы решите закончить этот брак, вам понадобится поддержка, которую ваш муж вам больше дать не сможет.
Он обернулся, и в его взгляде мелькнуло нечто, похожее на вызов.
— Я знаю, что сейчас вы чувствуете себя преданной и одинокой. Но иногда разрушение всего привычного — это единственный способ построить что-то действительно ценное.
Глава9
Я молчала, пытаясь осознать услышанное. Этот человек, который только что буквально выставил моего мужа из кабинета, теперь предлагал мне — женщине с разбитым сердцем — некоего рода защиту. Или что-то большее?
— Что вы имеете в виду под поддержкой? — тихо спросила я, разглядывая его высокую, непоколебимую фигуру.
Громов подошел ближе, сокращая расстояние между нами, и я невольно затаила дыхание. Он был слишком близко, и теперь я чувствовала не только запах его парфюма, но и исходящий от него жар.
— В нашем мире выживают сильнейшие, Надежда. Вы сильная женщина, но даже сильным иногда нужно место, где можно быть слабой. Где вас не будут судить за вашу работу или за то, что вы недостаточно «женственны» для своего супруга.
Он сделал паузу, внимательно изучая мою реакцию.
— Я не предлагаю вам утешения. Я предлагаю вам союз. Взаимную выгоду, основанную на уважении и понимании. Если вы решите уйти от Макара, вам будет трудно — и финансово, и морально. Я готов взять часть этих забот на себя.
— Вы предлагаете мне содержаться вами? — я почувствовала, как гнев возвращается, смешиваясь с недоумением. — Я врач, я сама зарабатываю на жизнь!
— Я предлагаю вам свободу быть собой, — его голос стал еще глубже и спокойнее. — Без оглядки на чужие ожидания и без необходимости оправдываться за каждую минуту своего времени.
Я молчала, глядя в его серые глаза, в которых вспыхнула искра интереса — не к моей внешности или статусу жены капитана, а к самой моей личности. Это было странно и пугающе одновременно: незнакомый мужчина видел меня лучше, чем человек, с которым я делила постель последние несколько лет.
— Почему вы мне помогаете? — наконец спросила я.
Громов едва заметно улыбнулся, и эта полуулыбка изменила всё его лицо, сделав его почти человечным.
— Потому что мне не нравится видеть, как хороший специалист тратит свои силы на обслуживание чужих заблуждений. И потому что вы мне интересны.
Я отшатнулась, смущенно разглядывая кончики своих пальцев. В кабинете повисла густая, почти осязаемая тишина, в которой слышалось только мерное тиканье настенных часов. Слова полковника эхом отдавались в голове, вызывая странный внутренний резонанс — смесь страха и неожиданного облегчения.
— Вы предлагаете мне... сделку? — тихо спросила я, поднимая на него взгляд.
Громов медленно кивнул, его лицо снова стало непроницаемым.
— Считайте это инвестицией в ваше будущее. Вы больше не должны быть заложницей чужих прихотей или семейных традиций. Если вы согласитесь, я обеспечу вам защиту и поддержку в любой ситуации, включая развод с Макаром.
Я почувствовала, как внутри меня что-то надломилось. Весь гнев, который я копила последние часы, внезапно сменился опустошением. Я больше не была той уверенной в себе женщиной, которая сжигала мосты и вышвыривала вещи из квартиры.
— А что взамен? — я с трудом сглотнула, глядя на него снизу вверх. — Вы же ничего не делаете просто так.
Подполковник сделал шаг назад, давая мне пространство, но продолжая рассматривать меня с тем же пронзительным вниманием.
— Ваша лояльность. Ваша готовность