Развод. Ржавая любовь - Александра Багирова
— А почему я таким стал? Как там говорят, всегда виноваты двое. А наша с тобой любовь заржавела. Не смазывала ты петли, они стали скрипеть. Ушла страсть, быт нас съел. Как ты хранительница семейного очага допустила, чтобы все покрылось ржавчиной?
— И ты нашел средство от ржавчины, завести любовницу и ребенка на стороне? Отлично, Феликс. Гениально, даже! — упираюсь в подоконник спиной, обхватываю его руками. Сжимаю до хруста пальцев.
Говорил мне о любви после того, как возвращался от своей любовницы. Их дочери уже семь… сколько лет длился этот обман! А в голове у него все это время ржавчина.
— Не совсем так, — муж откидывается назад, смотрит на меня спокойно, из-под полуопущенных век. — Ты на эмоциях перекручиваешь мои слова. Если бы только это, то что уж, я мирился бы со ржавчиной. Ты в любом случае остаешься моей женой. Я тебя выбрал, и своего решения не меняю. Но хочу обратить внимание на один важный момент, — поднимает указательный палец вверх. — Ты помнишь, как я хотел сына?
— У тебя есть сын! — нервы на пределе.
Как же бесит его спокойствие. Он реально даже не ощущает своей вины. Сидит развалившись, уверенный в своей правоте.
— Да, и я тебе благодарен за него. Но он появился всего три года назад. А сколько лет ты не сильно-то и старалась забеременеть, — теперь в его голосе укор. — Я уже утратил надежду.
— Ах, ты мерзавец! Шелудивое отродье! Как ты смеешь упрекать меня в этом! — хватаю с подоконника цветок, и он летит в Феликса. Он уворачивается, но его обсыпает землей.
— Выпусти пар так, — хмыкает. — Может полегчает.
Просто не могу слышать это спокойно.
— У меня была операция. Мне едва вообще матку спасли. У меня сердце остановилось, меня откачивали! Ты же это все знаешь, мерзости кусок, — цежу на пределе сил.
Чувствую, как лицо пылает. Как руки тянутся расцарапать его физиономию. Сделать ему хотя бы физически больно. Хотя я сейчас его и придушить готова.
До операции лечилась. Врачи не могли поставить точный диагноз. Потом операция. После врач рекомендовал выждать время. Понаблюдаться. И эта беременность в сорок один была огромным риском. Но я пошла на него ради нашего общего с мужем желания завести еще одного малыша.
А он в это время, отряхивается от земли, и рожа такая, словно мы о погоде говорим.
— Я тебя и не трогал. Помогал во всем. Но мы живем только раз, Майя. Я хотел сына. Мне нужен наследник. Годы идут. И тут Лика подвернулась. Здоровая, красивая девушка, чем не кандидатка на роль матери.
Уши сворачиваются в трубочку от его цинизма и признаний.
— И ты поспешил ей заделать ребенка. Но вышла неувязочка, родилась девочка.
— Да, — вздыхает. — И девочка хорошая. Я ее люблю и забочусь. Были даже мыслишки к ним уйти, Лика реально во всем хороша, — мечтательно закатывает глаза. — Но тут меня ты удивила, забеременела и УЗИ показало пацана. Я остался. Ты исполнила мою мечту, Майя.
Глава 6
От его наглости меня просто разрывает. И в голове кровожадные мысли, как хватаю его за горло и головой об стену много-много раз. Как чем-то тяжелым огреваю.
— Это по твоей дебильной логике, я тебя еще благодарить должна? — не узнаю свой голос, настолько он звенит от гнева.
— Вообще-то да, — уверенно кивает.
Он не придуривается, не паясничает, он реально так думает. От этого еще страшнее.
С кем я жила?
— Чудовище, ты как столько лет притворялось? Как скрывало свою черную сущность? — руки в замке держу.
Их буквально выкручивает от желания сдавить его горло и услышать хрип.
Раньше никогда у меня таких мыслей и желаний не возникало, но Феликс пробуждает во мне нечто демоническое, жаждущее немедленно расправы над ним.
— Ну вот, теряешь лицо, Маюш, зачем оскорбления. Нормально ведь говорим, — он пинает ногой остатки цветка, который я в него кинула. — Кстати его я тебе дарил, не ценишь подарки.
— Твой сегодняшний подарочек затмил все. Я оценила.
— А теперь попытайся послушать меня без эмоций. Выключи их, они превращают тебя в дуру, — голос звучит тверже, серые глаза становятся темнее.
— Не трать время, свое решение я не изменю.
— Я не собирался тебе говорить. Зачем. Незнание тебя берегло. И ничего это в наших отношениях не меняло. Да, были мысли уйти к Лике, но я их много лет назад отмел. Запретил себе даже думать о подобном, я выбрал жену раз, так и будет дальше, — вздергивает подбородок, он сейчас очень горд собой.
— Лучше бы ты тогда к ней свалил. Сколько лет я бы уже жила счастливо без тебя.
— Огрызайся, — безразлично машет рукой. — Лучше подумай, что все мужики изменяют всегда. Кто-то бросает семью, тратит все бабло на любовниц, обделяет родных, вывозит своих девок в свет. Я же ничего этого не делал. Лика получает ровно столько, чтобы нормально прожить с ребенком. Не шикует. Никаких дорогих подарков. Ты же у меня задарена с ног до головы. Дети имеют все, и я хочу дать им еще больше. Семья у меня всегда и во всем на первом месте. Я золотой муж, Маюш, которому можно простить маленький грешок на стороне.
— Тебя послушать, так все деньгами измеряется. Но я в первую очередь хочу верности. И лучше заткнись, Феликс, твои речи вызывают у меня рвотные позывы. Собирай манатки, я устала слушать твой бред.
— Ты знаешь, сколько женщин на твоем месте целовали бы мне руки за такое отношение. А ты не ценишь! — осуждающе на меня смотрит.
— Так дорога открыта иди к ним.
— Я не уйду из дома. Видимо, тебе надо больше времени, чтобы успокоиться, — идет к холодильнику, достает оттуда еду и собирается ее разогревать. — Такой хороший ресторан, а из-за тебя так и не успели поужинать. Впрочем, Лика тоже от меня получит. Наверняка она подговорила Милу. Видишь, на что женщины ради меня готовы! — задорно мне подмигивает. — А я твой, им остается только облизываться! А если бы ты удосужилась вовремя избавиться от ржавчины в отношениях, то многого можно было избежать. Но я, как всегда, тебя прощаю, Маюш. Мы семья и должны с пониманием относиться к недостаткам друг друга.
В этот момент мое терпение лопается, я хватаю со стола вазу, с подаренными вчера мужем цветами, и бью его по башке.
Не осознаю в этот момент что делаю, просто закипаю от его мерзких слов, которые я с превеликим