Темнота в окне напротив - Вивиана Торн

Осталось испачкать ее только в своей сперме, для полного счастья.

Она впустила меня в свой дом, даже не зная, кто я.

Позволила лишить девственности…

Пора признать, что я ее люблю. До безумия.

Вот о чем говорил отец. И я понимаю, почему он никогда не изменял моей матери и почему так и не нашел ей замены. Жаль только, что он умирает без нее. И я уверен: случись что с Эстер — я тоже умру, если к тому времени у нас не появится потомство, за которым нужно присмотреть…

Я отпускаю Эстер только чтобы пройти осмотр в закрытом парке и принять ледяной душ перед награждением.

На подиуме я замечаю довольный взгляд отца, но уверен: он гордится мной вовсе не из-за кубка.

Интересно, будет ли для родителей Эстер этого достаточно, чтобы считать нас помолвленными?

Уже не важно.

Эстер сказала да.

Сотни тысяч человек тому свидетели.

Сделал ли я это специально? Отчасти.

Хочу, чтобы весь мир знал, что мы вместе. Что она — моя. Опять нащупываю кольцо на ее пальце. Сжимаю так сильно, чтобы у нее не было даже мысли его снять.

После празднований, когда я с трудом стою на ногах, мы добираемся до отеля.

— Ты не ужинал… — произносит она, как только за нами закрывается дверь. — Я что-нибудь закажу.

Она собирается пройти к телефону, но я толкаю ее к стене. Эстер ахает.

Какой к черту ужин? Единственное, что мне хочется съесть, — это ее. Я голодаю уже которые сутки…

— Хантер… — стонет Эстер, когда я прижимаю ее к стене своим телом. Срываю поцелуй. Сладкая. А я такой соленый. Даже после ледяного душа я еще чувствую песок на своем теле.

Облизываю ее шею.

Ооо… Она тоже вся в песке. И меня это заводит. Скажем так, меня заводила мысль взять ее прямо на пляже. Когда-нибудь мы это сделаем.

Медленно снимаю ее курточку, сходя с ума от того, как сбилось ее дыхание.

— Моя дорогая Эстер… Сначала я поужинаю тобой. — шепчу ей на ухо, а после открываю дверь в ванную и заталкиваю Эстер внутрь.

Зверь во мне пересиливает стремление быть хорошим парнем, и я нагибаю свою будущую жену на мраморной раковине перед зеркалом.

Дико. Быстро. Пошло и порочно.

Не проходит и минуты, как я оказываюсь в ней. Такой мягкой, сочной, горячей…

Я настолько голоден, что не раздеваю ни себя, ни Эстер. Словно голодный пес, готов сожрать ее с оберткой. Запускаю руки ей под толстовку и сжимаю набухшую грудь.

— Моя… — рычу я, прикусывая нежную кожу шеи.

Нахожу ее ладонь с кольцом и опускаю перед нами на зеркало. Я хочу, чтобы она видела и помнила, что сказала мне да.

Пути назад не будет.

Эстер стонет, пока я толкаюсь в нее глубже. Дрожит… Она тоже хотела этого.

Чувствую себя неопытным подростком, потому что быстро кончаю, стоит почувствовать, как ее стенки сжимаются вокруг меня. На мгновение я отлетаю от сногсшибательного оргазма.

В моей Эстер так хорошо, что, скорее всего, я всю ночь буду спать в ней…

Эстер

Я просыпаюсь рано утром, плотно прижатая к телу Хантера. Кажется, что я тону в его огромном горячем вытатуированном теле. Мне нравится. Тело приятно ноет после вчерашнего необузданного дикого секса, а потом — горячей ванны, в которой Хантер почти заснул.

Должно быть, он несказанно устал.

Подношу к своему лицу кольцо — единственное, что на мне надето. Оно великолепное. Сверкает даже в затемненной плотными шторами комнате отеля. Я действительно согласилась на это.

Волнительно.

Это означает перемены. Мы с Хантером станем еще ближе. Даже не верится. Все так быстро…

Тянусь к телефону. Через несколько часов у нас должен быть вылет. Родители ждут, что я буду верна своему слову…

Я открываю мессенджер, чтобы посмотреть, прочитала ли мама мое сообщение о том, что Хантер сделал мне предложение.

Прочитала. Но ничего не ответила.

Я пробовала ей звонить, но она не поднимала трубку.

Отец хотя бы просто оставил смайлик под видео с новостного спортивного канала, где Хантер делает мне предложение.

Но тоже ничего не ответил. Возможно, он успокаивает маму.

Хотелось, чтобы родители отнеслись к моему выбору по-другому… Но как есть. Мама всегда влияла и контролировала мои решения. Но это… я не могу ей уступить. Поэтому она пребывает в шоке.

Тяжело вздохнув, я выбираюсь из-под властной руки Хантера, пока он все еще спит, и отправляюсь в ванную.

Вчера он брал меня у этой мраморной жесткой раковины словно дикий зверь. На зеркале еще остались отпечатки наших ладоней, а на моих ногах остались синяки от того, с какой силой он вдавливался в меня. Вероятно, дело в нескольких днях воздержания. Но в тот момент любая боль была сладкой и заставляла терять разум.

Ухмыляюсь, потому что со мной, скорее всего, что-то не так, ведь, вспоминая об этом, я вновь начинаю увлажняться.

Принимаю легкий душ, привожу себя в порядок. Накинув халат, со все еще влажными волосами я возвращаюсь в комнату, чтобы взять несколько вещей из чемодана. Приходится передвинуть чемодан Хантера, из которого внезапно выпадает на пол тканевая сумка из черного шелка. Поднимаю. В ней что-то позвякивает… Она тяжелая, и я просто умираю от любопытства посмотреть, что в ней. Меня манит странная форма того, что содержится внутри.

Поворачиваюсь к кровати Хантера — он еще спит.

Ммм…

Ладно.

Развязываю шнурок над письменным столом и вытаскиваю пару кожаных ремней-наручников. Следом из сумки вываливаются длинные тонкие цепи. Очень в стиле Хантера. Моя грудь набухает при мысли, что он… свяжет меня этим.

Когда я стала такой извращенной? В момент, когда поняла, что за мной наблюдает хищник из темноты. И вот он вышел на свет… Мирно спит рядом, а я рассматриваю его… игрушки.

Последняя вещь из мешочка заставляет меня оцепенеть.

Я перестаю дышать, разглядывая нечто похожее на… крюк. Большой. Металлический. Только с округлым наконечником… Небольшим и напоминающим ту самую игрушку, которую подарил мне Хантер несколько дней назад. На другом конце — кольцо, к которому прикрепляется цепь.

Твою мать… Он явно не рыбу собрался этим ловить.

Я оказываюсь настолько испорчена, что за две секунды понимаю, для чего это все предназначается и как именно это можно использовать.

Больно прикусываю губу, осознавая, что совсем не против…

Легкое прикосновение к моей шее заставляет вздрогнуть, а после почувствовать, как плотно обволакивает меня тело Хантера.

Крюк выпадает