Разрушенная - Элисон Доун

— Я его убью, — чеканно выдохнул я.

— Сайлас, — голос Нокса прозвучал твердо и собранно. — Я делаю всё, что могу, просто дай мне минуту.

— Минуту?! — рявкнул я, разворачиваясь к нему. — Да он за эту минуту может—

— Если мы не сделаем всё правильно, мы не сможем его опознать! — перебил Нокс, и его тон стал еще жестче. — Ты думаешь, у него нет плана отхода? Думаешь, он делает это в первый раз?

Это ударило сильнее, чем я ожидал: в голове тут же всплыла картина того, как подобное происходит с ней постоянно. Из моей груди вырвался низкий рык, а накопившаяся злость угрожала выплеснуться через край, когда мой взгляд снова приковало к экрану.

Мужчина выпрямился и задержался еще на секунду. Спустя мгновение он двинулся к её туалетному столику и вышел из кадра. Вот так просто — он исчез.

В комнате снова воцарилась тишина, а Эмбер так и не проснулась.

Нокс тяжелого выдохнул и тут же принялся поднимать архивы.

— Нам нужно знать, как долго это продолжается.

Экран замерцал, пока он прокручивал записанные данные, и именно тогда мы увидели это снова. Другая ночь, но та же комната и тот же силуэт. Мой желудок скручивало от каждого нового фрагмента. Разные позы, разное время — но всегда один и тот же сценарий, и всегда, пока она спит.

Нокс вздохнул, поворачиваясь ко мне:

— Как минимум несколько недель по случайным дням.

Проведя ладонью по лицу, я изо всех сил пытался не всадить кулак прямо в монитор:

— Как мы, блять, могли этого не знать?!

— Я дал тебе доступ к прямому эфиру. Я не сканировал прошлые записи — причин не было. То, что мы видим сейчас, — это необработанные данные, которые я вытащил напрямую.

Я принялся шагать из угла в угол по гаражу. С каждым шагом напряжение во мне скручивалось все туже.

— Мы едем туда. Прямо сейчас.

Нокс поднялся, перекрывая мне путь еще до того, как я успел дойти до двери:

— И что дальше, Сайлас?

— Я вытащу её оттуда, нахуй!

— А если он уже ушел? Нам нужно узнать, кто это такой, чтобы хоть что-то сделать, — Нокс въелся взглядом в мои глаза. — Ты спугнешь его, и он просто испарится. Так мы не сможем защитить её.

Я ненавидел его за то, что он был прав.

Я еще раз посмотрел на экран — на пустую комнату, где она спала, ни о чем не подозревая.

— Она там одна, если я не поеду, — произнес я уже тише.

Выражение лица Нокса слегка смягчилось:

— Мы оставим трансляцию включенной. Если он снова появится поблизости, я звоню в полицию, а ты летишь туда. Но сейчас ты нужен мне здесь — ты знаешь о ней больше, чем я.

Я чувствовал себя сломанным — причем сразу во многих смыслах. Я понимал, что в его словах есть доля правды, но всё мое существо требовало быть рядом с ней.

— Мы оставляем трансляцию, и ты скидываешь всё, что найдешь, в приложение на моем телефоне. Мне нужны каждое видео, каждая фотография, каждая деталь.

— По рукам. Я копаю дальше. Мы выясним, кто он такой, еще до утра, и у нас будет план.

Я снова замешкался, потому что каждый инстинкт вопил о необходимости уйти. Я заставил себя подумать — увидеть широкую картину, как это делал Нокс. Мне пришлось довериться ему, чтобы сохранить её в безопасности.

— Ладно, — произнес я наконец. — Но, когда я вернусь к ней, я её больше не оставлю.

— И не придется, — ответил он, уже возвращаясь к своим экранам.

Опустившись на стул позади себя, я не сводил глаз с монитора, въедаясь взглядом в пустую комнату, словно этот урод мог вернуться в ту же секунду, стоило мне отвернуться. На этот раз ему не удастся уйти безнаказанным — потому что я не просто пойду по его следу. Когда я узнаю, кто это, я его убью.

Я проснулась медленно, осознав, насколько еще рано. Из окна едва пробивался свет — значит, у меня еще оставалось время отдохнуть. Тело налилось тяжестью, но приятной. Какое-то время я просто лежала в тишине, глубоко зарывшись в одеяло. Голова была удивительно свежей, да и в груди впервые за долгое время ничего не давило. Если бы я не знала себя, я бы решила, что действительно выспалась.

Когда я наконец окончательно открыла глаза, моя рука потянулась по ночному столику к телефону. Экран вспыхнул, пока я подносила его ближе: никаких новых уведомлений. Я не понимала, почему от этого что-то внутри слегка сжалось, но это было так. Где-то в глубине души я надеялась, что он напишет, но, возможно, это был очередной тест, очередной способ показать, что я принадлежу ему.

Я открыла его последнее сообщение, пока мой большой палец завис над клавиатурой. Посмотрев на экран секунду, я нахмурилась и свернула чат. Тихо выдохнув, я глубже уткнулась головой в подушку.

Почему это было так сложно? Всего лишь простое смс человеку, который за мной следил. Я сжала губы, присела на кровати и снова набрала текст:

Привет.

Сообщение получилось простым, без какого-либо подтекста. Я нажала «отправить» и глубоко вздохнула. И именно в этот момент я зафиксировала кое-что на другом конце комнаты. Я подобралась ближе к изголовью кровати. Мой взгляд скользнул по комнате — сначала расфокусированный, а затем он замер на туалетном столике, и всё внутри меня оцепенело.

Я сползла с кровати и потянулась к выключателю. Едва свет затопил комнату, мои глаза снова уставились на зеркало. Там, прямо на стекле, жирными, рваными мазками помады было выведено:

Я никогда не остановлюсь.

Тело мгновенно окаменело при виде этой надписи, и я поняла: случилось что-то страшное. Рядом с зеркальным стеклом лежал маленький белый конверт.

Что, блять, за херня?!

Бумага была ослепительно белой, а сверху черными буквами было выведено мое имя. На долю секунды я убедила себя, что мне это мерещится. Затем в голове промелькнула мысль просто порвать его на куски. Проскользнула даже идея сжечь конверт к чертям, но мне требовалось узнать, что внутри.

Позволив храбрости вытеснить страх, я взяла конверт и медленно его вскрыла. Не зная, чего ожидать, я инстинктивно сжалась — будто содержимое могло взорваться. К моему удивлению, внутри лежало кое-что совсем небольшое, что тут же высыпалось на пол вокруг меня. Фотографии. Каждая из них падала, словно осколок