Развод. Двойная жизнь моего мужа - Александра Багирова
— Ты видишь меня второй раз в жизни. И твое поведение более чем странно, тебе не кажется?
Глава 50
— Жизнь слишком коротка, чтобы тратить драгоценные минуты на сомнения, — берет стакан отпивает из него минеральную воду.
Отмечаю его сильные руки и в то же время ухоженные, красивое ногтевое ложе, смуглая кожа, вздутые вены. Он весь как с картинки. И это настораживает.
— А ты не сомневаешься в чем, позволь узнать?
— Я хочу тебя, Ксения… — делает паузу, из завораживающих глаз летят искры пламени, так реалистично все вижу, что даже ожоги на коже ощущаю. — Рядом с собой в качестве моей женщины.
— Что же тебя натолкнуло на такое решение? Ты меня не знаешь, — передо мной куча всевозможных блюд, а кусок в горло не лезет.
Сбита с толку разговором, свернувшим в неожиданную сторону.
— Увидел. Понял. Кое-что потом узнал. Убедился.
— Адам, буду откровенной, мне, конечно, льстит твое внимание. Я все же женщина, — стараюсь чтобы голос звучал ровно. — Но у меня сейчас проблема на проблеме. И мне явно не до новых отношений. Со старыми бы разобраться и вылезти без серьезных потерь.
— Я тут чтобы решить твои проблемы. Естественно, ты мне не веришь. Сомневаешься. Особенно, зная, кто мой отец, — выгибает бровь, откидываясь на стуле. — Потому распинаться и бить себя в грудь, я не собираюсь. Слова — пустой звук, если они не подкреплены действиями.
— Любопытно, — вожу пальцами по столу. — Полагаю, ты в курсе, что творит мой муж. Потому от помощи с ответными действиями я не откажусь. А в первую очередь мне нужна информация.
— А ты готова к ней? — игривое настроение, как ветром сдувает с его лица. В мгновение ока становится серьезным и собранным.
— Вполне, — придвигаюсь ближе. — Я вполне отдаю себе отчет, что от Сержа можно ждать любой мерзости.
— На самом деле, он мелкая сошка, гадливая, мерзопакостная, но пешка. Разгром квартиры, проверяющие, поджог, не он это все устроил, — Адам выглядит серьезным и в то же время расслабленным. — Полагаю, наш разговор сейчас перейдет к темам, с которыми дегустация блюд невозможна.
— Ты прав, — киваю.
— Вечер мог бы быть намного лучше, — вздыхает. — За это червяк тоже заплатит.
— У тебя с ним какие-то свои счеты? — делаю глоток чай. Нервы снова начинают шалить, как ни стараюсь выглядеть невозмутимой, а приближение правды отравляет кислород вокруг.
— Личных, нет. А вот за тебя, я его на молекулы разберу и заставлю сожрать свои же испражнения, — и голос у него при этом ни на ноту не меняется все та же бархатная хрипотца и мелодичность.
— Ты так говоришь, словно я твоя женщина, — нервно усмехаюсь.
— Еще нет. Будешь моей, — будто словами клеймо ставит, припечатывает.
— Я тебе сказала. О подобном я сейчас не думаю. Так кто все эти гадости мне делал если не Серж?
— Каролина Матецкая, моя мачеха, если ее можно так назвать, — тень пренебрежения скользит по лицу. — Но делала она это по просьбе Сергея. Ее любовника и соратника по грязным делам.
— Каролина… — морщу лоб, пытаюсь хоть что-то вспомнить. Я слышала, что Игорь Матецкий женат, но как-то не интересовалась подробностями. Зачем они мне? — Так у моего мужа две любовницы Каролина и Виолетта? Дочь и жена Игоря?
Прислушиваюсь к внутренним ощущениям. Мерзко? Да. Гадко? Однозначно. Задевает ли меня? Нет. Сердце не сжимается от боли. А вот омерзения хоть отбавляй, и я уверена оно еще прибавится.
— У твоего червяка и Виолетты нет отношений. Безусловно, я им под простыню не заглядывал, но Ви жаловалась, что Сергей с ней спать отказывается. По ее плаксивому голосу и обилию слез, можно сделать вывод, что она не лжет.
— А Родион тогда откуда? — прикладываю указательные пальцы к вискам.
— Родион сын Каролины и да, твоего мужа, — выдает, внимательно вглядывается в мое лицо. — Если тебе станет плохо, или информации слишком много, ты мне скажи. Ксения, ты должна себя беречь, и малыша тоже, — накрывает мою руку своей, от него дикий жар исходит.
На несколько минут закрываю глаза, позволяя теплу его руки распространиться по телу. Я выдержу. Я не стану тратить нервы на Сержа. Он не достоин этого. Но я дам ему отпор.
— Со мной все нормально. Я хочу знать все.
— Все и мне не ведомо, Ксения, — пожимает плечами. — Но однозначно могу сказать, что женился на тебе Серж по указке Каролины. Уж не знаю, как пересеклись судьбы пай-мальчика из преподавательской семьи и клофелинщицы Каролины Уточкиной, но за эти годы они конкретно спелись и натворили немало.
Глава 51
Закрываю глаза, делаю глубокий вдох, открываю глаза. Такая у меня реакция на информацию. Держу контроль.
Больно? Внутри да. Терпимо. Я можно, сказать, получила только первый удар, нахожусь в ожидании следующих.
— Женился из-за денег моего отца? — голос немного сел, ком грязи от Сержа в горле дает о себе знать.
— Не все так просто, Ксения, — сцепляет руки в замок. — Чтобы ты немного разобралась в хитросплетениях осиного гнезда, вынужден отпрыгнуть в рассказе немного назад, чтобы ты могла видеть всю картину целиком, — делает паузу, смотрит на меня, буквально сканирует, будто прорисовывает в своей голове каждую черту моего лица. И этот его взгляд почему-то успокаивает тревоги. — Придется мне поведать про своего папеньку.
— Ну что Каролина охотилась на твоего отца, это понятно. Матецкий для нее — это выигрышный билет.
— Мой отец и сам не был не прочь чтобы на него охотились, — усмехается отними губами, глаза остаются серьезными. — Понимаешь, есть у моего папани слабость к грязным, распутным женщинам. И чем больше грязи, тем больше он заводится. Моя мать узнала об этой его слабости, когда к ней на порог пришла беременная Виолеттой проститутка и рассказала об их с Игорем неземной любви. Хвала всем святым, у матери хватило смелости и разума свалить от папани. Она забрала меня и брата, развелась и вскоре встретила порядочного человека. Которого я по сей день искренне уважаю. Папаня отпустил мать довольно спокойно, даже выплачивал алименты, навещал нас с братом. А еще большей любовью воспылал, после своей болезни, когда он был на волосок от смерти. Врачи его вылечили, но больше детей иметь он не мог. Что-то в его мозгу щелкнуло, и он стал очень внимательным ко всем своим троим детям, ко мне, брату и Виолетте. Причем ему почему-то хотелось, чтобы мы приняли Виолетту, дружили с ней. Он конкретно ее избаловал.