Грани предательства - Елена Ткачева

Аделина посмотрела на документы.

— Я не хочу разоблачать Вивьен из-за личной обиды.

— Но вы имеете право рассказать, как она получила доступ к вашей работе.

— Да.

— Имеете право показать, что её положение в компании возникло не благодаря таланту, а благодаря Артёму.

Аделина закрыла папку.

— Я дам интервью.

Публикация вышла через два дня.

Заголовок появился на первой странице крупнейшего делового издания:

«Как Вивьен Лоран украла коллекцию и заняла место Аделины Воронцовой»

Статья начиналась с документов, а не с подробностей развода.

Журналисты показали даты создания первых эскизов, внутренние письма «Velluto» и запись с камеры, на которой Вивьен выходила из квартиры Аделины с коричневым портфелем.

Затем было опубликовано заявление сотрудника архива.

Он подтвердил, что Вивьен неоднократно запрашивала доступ к ранним разработкам Аделины.

— Она говорила, что действует по распоряжению Артёма, — рассказал он. — Но никаких официальных приказов на передачу материалов не было.

Следом появилась переписка Вивьен с консультантом.

«Мне нужны именно оригинальные наброски. Копий недостаточно. Если Аделина начнёт спорить, оригиналы подтвердят моё участие в разработке».

Эти слова стали главным доказательством.

Вивьен не просто использовала чужие идеи.

Она заранее планировала присвоить их.

Но самым сильным оказался фрагмент интервью Аделины.

— Вивьен была любовницей моего мужа, — сказала Аделина. — Позже она стала его женой и главным дизайнером компании, в которой я работала. Это не само по себе делает её виновной в краже. Но она использовала близость к Артёму, чтобы получить доступ к моим материалам, а затем представила их как собственные.

Журналист спросил:

— Вы считаете, что Вивьен заняла ваше место?

Аделина ответила не сразу.

— Она заняла кресло, кабинет и должность. Но место автора занять невозможно. Его можно только украсть на время.

Интервью разошлось по всему миру.

В течение нескольких часов его цитировали крупнейшие издания.

К вечеру акции «Velluto» резко упали.

Инвесторы потребовали срочного заседания совета директоров.

Партнёры направили компании претензии.

Несколько бутиков объявили, что временно снимают «Afterlight» с продаж до завершения расследования.

Вивьен в ярости позвонила Аделине.

— Ты разрушила мою репутацию!

— Я рассказала правду.

— Ты использовала нашу личную историю против меня.

— Я рассказала о твоём доступе к моим эскизам.

— Ты завидуешь тому, что я стала главной дизайнером!

— Нет. Я доказываю, что ты не создала эту коллекцию.

— Артём выбрал меня!

— Да. И теперь теряет всё, что строил ради этого выбора.

Вивьен тяжело дышала.

— Ты думаешь, что победила?

— Я думаю, что ты наконец отвечаешь за свои поступки.

— Артём не позволит тебе уничтожить «Velluto».

— Он уже не может управлять этой ситуацией.

— Ты не знаешь, на что он способен.

— А ты знаешь слишком хорошо.

Вивьен замолчала.

— Я заняла твоё место, — прошептала она. — И ты никогда этого не изменишь.

— Ты заняла только то, что Артём отдал тебе. Но это не сделало тебя мной.

Аделина отключила вызов.

На следующий день состоялось экстренное заседание совета директоров «Velluto».

Артём вошёл в зал последним.

За столом уже сидели акционеры и представители инвестиционных фондов.

На экране демонстрировались новости:

«Вивьен Лоран обвиняют в присвоении чужих разработок».

«Velluto теряет ключевых партнёров».

«Совет директоров требует объяснений от Артёма Воронцова».

Председатель совета директоров открыл заседание.

— Артём, компания столкнулась с серьёзным кризисом. Нам необходимо понять, почему коллекция была запущена без проверки авторских прав.

— Проверка проводилась, — ответил он.

— Недостаточно тщательно.

— Мы считали, что материалы принадлежат компании.

— На каком основании?

Артём посмотрел на Вивьен.

Она сидела рядом с ним, бледная, но старалась сохранять спокойствие.

— Вивьен руководила разработкой коллекции, — сказал он.

— Руководила или создала?

— Она участвовала в создании.

— Но теперь опубликованы документы, подтверждающие, что основа коллекции принадлежала Аделине Воронцовой.

— Это спорная трактовка.

Один из инвесторов положил перед ним папку.

— Здесь есть видеозапись, на которой Вивьен выносит оригинальные эскизы из квартиры Аделины.

Другой директор добавил:

— А вот переписка, где она просит получить именно оригиналы, чтобы использовать их в качестве доказательств собственного авторства.

Вивьен резко поднялась.

— Эти документы вырваны из контекста!

— Тогда объясните контекст, — сказал председатель.

Она открыла рот, но не нашла ответа.

Артём посмотрел на неё.

Впервые за всё время он не пытался сразу защитить её.

Он понимал: если продолжит, совет директоров обвинит его в сознательном сокрытии информации.

— Я не знал, что она забрала эскизы таким образом, — сказал он.

Вивьен повернулась к нему.

— Артём!

— Я действительно не знал.

— Ты подписывал документы!

— Я доверял тебе.

Эти слова прозвучали почти жестоко.

Вивьен побледнела.

— Ты хочешь обвинить меня одну?

— Я пытаюсь сохранить компанию.

— Ты обещал, что мы будем против всех вместе.

— Я больше не могу защищать тебя ценой «Velluto».

Вивьен медленно опустилась в кресло.

Она поняла, что Артём отступил.

Он снова выбирал себя.

Как когда-то выбрал компанию вместо Аделины.

Председатель совета директоров перевернул страницу.

— В связи с падением стоимости акций, потерей партнёров и репутационными рисками совет предлагает временно отстранить Вивьен Лоран от должности главного дизайнера.

— Вы не можете! — резко сказала она.

— Можем.

— Я создала эту коллекцию!

— Это ещё предстоит доказать.

— Артём!

Она посмотрела на него, ожидая поддержки.

Но он молчал.

— Кроме того, — продолжил председатель, — мы требуем от Артёма Воронцова временно передать полномочия исполнительного директора независимому управляющему.