Телохранитель для мажорки - Татьяна Катаева

Ну да ладно. Помечтал — и хватит. Уж куда пристроить свой член, я найду. Главное, чтобы подальше от этих красных трусов и длинных ног.

Я снизил скорость, съехал на обочину и заглушил мотор. Открыл водительскую дверь, вышел и обошёл машину. Движения механические, словно робот. Во мне снова включился вояка, мужика — отключил.

Осторожно приоткрыл её дверцу. Она спала крепко, дышала ровно, чуть нахмурив брови. Такая милая, когда спит.

Я аккуратно, но твёрдо взял телефон из её рук. Всё равно при первой возможности она начнёт строчить жалобы и истерики. Пока она спит — пусть будет тишина. Зажав кнопку, я отключил его нахрен и кинул в свой рюкзак. Поправив её голову, я аккуратно подложил ей под голову подушку и закрыл дверь, прислушиваясь — не проснулась ли. Нет, сон крепкий.

Отойдя на пару шагов, я закурил, глядя в темноту лесополосы. Странно всё это. С одной стороны — задание простое: довезти, спрятать, охранять. С другой — вот эта принцесса в салоне, для которой любое лишнее слово — уже трагедия вселенского масштаба. А ещё... Ладно, выключу на секунду вояку и включу опять похотливого самца. От неё вкусно пахнет. Духи нежные, немного сладковатые. Волосы мягкие. Так и хочется загнать в них пятерню и сжать сильнее.

Член снова нервно дёргается в штанах. Вот как быть?! С одной стороны, она меня жутко бесит и раздражает с первых секунд встречи. Тем более она — та, на которую не стоило бы обращать внимание... С другой стороны, она меня возбуждает. Странным образом мой организм на неё реагирует.

Я же не подросток и давно не мальчик. Выдержка, е-моё. И если так подумать, когда я был в жопе мира, под постоянными обстрелами и боями, то сидел на сухпайке долго. Больше трёх месяцев точно. Так что месяц уж точно выдержу.

Выкинул бычок на обочину, я поднял голову, чтобы посмотреть на звёздное небо. Глубоко вздохнув, я снова сел за руль и тронулся дальше.

Дорога к посёлку была почти пустая, только фары выхватывали из темноты редкие дорожные знаки и полосы разметки. Я думал о Марине. Моя сестра в это время, наверное, таскает подносы в своей кафешке, чтобы заработать на учебники. Вот она бы точно не ныла, если бы пришлось ехать в такой машине, лишь бы остаться в живых.

А у этой — всё есть, и всё не так.

Чем быстрее доедем до места, тем быстрее начнётся тихая часть работы. Потому что в салоне уж сильно пахло ею. И это бесило и раздражало. Приоткрыв окно, я добавил ещё газу и больше старался не смотреть на неё.

Она проснулась резко, как будто я врубил сирену, хотя в машине было тихо. Потянулась, посмотрела в окно и замерла. Солнце только-только вылезало из-за горизонта, и весь лес вокруг был в золотом свете. Красота, конечно, но я видел, что её в первую очередь волнует не пейзаж.

— Слушай… — начала она, а потом замялась, глядя куда-то в пол. Голос севший и хриплый. Девочка ещё толком не проснулась. Такая смешная. Тушь немного потекла, а в уголку рта следы от слюны. Интересно, её подписчики оценили бы её в таком виде?!

— Что? — я даже не отвёл взгляда от дороги.

— Мне… ну… в туалет, — мямлит она. Обычно такая уверенная, а тут... Стесняется, что ли?

Я фыркнул.

— В ближайшие двадцать километров ничего нет. Если приспичило — кусты твои друзья, — немного с издёвкой ответил я. Если так подумать, то будет комично наблюдать за ней.

— Ты серьёзно?! — возмущение в её голосе можно было резать ножом. — Я, Марьяна Левшина, дочь генерала, должна… в кустах?!

— Если природа зовёт, неважно, чья ты дочь, — пожал я плечами. — Иначе потом сама будешь оттирать сиденье, — добивал я её.

Она ещё пару минут возмущалась, но потом сдалась:

— Ладно, только останови.

Я притормозил у обочины, и она гордо вышла, подняв подбородок. Её каблуки громко цокали по асфальту. А сейчас, не менее комично, начнут застревать в земле. Она прошла чуть вглубь леса, гордо держа голову ровно. Словно не она сейчас будет журчать в кустах и обсыкать свои брендовые туфли.

Я похрустел шеей и откинулся на сиденье, усталость давала о себе знать. Сейчас бы чашку кофе, а лучше подушку и одеяло, чтобы хорошенько выспаться. Минуту было тихо, а потом…

— АААААААА! — её визг прошил меня насквозь. Сердце ушло в пятки. Мелькнула мысль, что нас догнали, что её схватили.

Я вылетел из машины и рванул к ней. Продираюсь сквозь кусты, адреналин уже в крови, ладонь сама легла на кобуру. Твою ж мать.

И вот она стоит: юбка задрана, трусы на месте. Даже в туалет не успела. Глаза перепуганные, а руки лежат на груди.

— Что случилось?! — рявкнул я.

— Там… там… — она дрожащей рукой показала в сторону, — змея! Огромная! Чуть не укусила! — выла Марьяна.

Я осмотрелся — по траве и правда уползает тонкая зелёная гадина.

— Так… значит, у нас змея виновата, что ты… — я кивнул на её всё ещё одетые трусы.

— Я теперь боюсь тут оставаться одна, — выдохнула она. — Постой рядом, — совсем тихо прошептала она. Ну стыдно о таком просить, но, походу, выбора нет. Моча, скорее всего, уже где-то в области выхода из организма.

Я закатил глаза, но встал в двух шагах, отвернувшись. Что только со мной не происходило. Где только не носило. Но никогда не приходилось стоять в кустах и ждать, пока девушка опорожнит свой мочевой пузырь.

— Ну давай, принцесса, действуй, — с издёвкой сказал я. Это ей за короткую юбку и майку без лифчика.

Через секунду раздалось тихое журчание. Я правда не хотел её подкалывать, но не удержался:

— Ого… у нас тут Ниагара. Если бы это был конкурс на дальность, ты бы, наверное, на пьедестале точно блистала.

— Заткнись! — прошипела она.

— Ладно, ладно… просто пытаюсь разрядить обстановку, — ухмыльнулся я, но повернулся, когда она закончила.

Она вышла из кустов, демонстративно не глядя на меня. А я сделал вид, что ничего особенного не произошло. Хотя, если честно, этот утренний лес уже стал для меня куда веселее.

Мы вернулись к машине. Пока шли, я то и дело смотрел на её спину. Ладно, честно, каюсь, не только на спину. Длинные ноги и попка орех. Ну зачёт девочка. Жаль, что ума нет. Да и истеричка полная. Но