Развод. Спасибо, ты сделал меня стервой - Александра Багирова
— Любовь не выбирает, Вик. Да, я не горжусь этим. И Софа очень переживает. Но так получилось.
Ага, знаю, как она переживает, обливая меня помоями при любом удобном случае.
— А ты хотел уйти красиво, утаив от меня истинные причины. И все для моего блага. Да, Платон?
— Да. Потому что я понимаю, как для тебя это больно. Я тебя только одно прошу, не надо вымещать злость на Софе. Она не виновата. Мы долго сопротивлялись этим чувствам. Я пытался не раз прекратить это. Ведь у нас с тобой семья. Вик, не надо этих разборок, ты нам с Софочкой дорога. Попытайся понять. Чувства оказались сильнее нас.
— И ты реально веришь, что нужен ей, старый псина? — усмехаюсь.
Он дергается. Морщится.
— Зачем оскорбления, Вик? Они тебя не красят. Стоп… — сводит брови на переносице. — А как давно ты знаешь? Ты молчала. Вида не подавала. Почему? — не успеваю ответить, как он уже сам находит ответ. — Надеялась, что я все же тебя выберу?
Немного не так, Платош. Но каждому подарку свое время.
— Хотела посмотреть, как далеко вы в своей лжи зайдете.
— И лицемерно общалась с Софой? Она же верит, что ты к ней со всей душой! — восклицает с неподдельным удивлением.
— Именно ты говоришь мне про лицемерие, очень мило, Платош.
— Ты сейчас на нервах. Не хочу скандала, он не нужен, — говорит примирительно. — Я все вопросы на себя возьму. На развод подам. Разделим все честно, чтобы без обид. Я верю, что мы сможем остаться друзьями. Вика, у тебя большое и доброе сердце.
— Будем собираться все дружно по праздникам, как настоящая крепкая семья, — говорю с сарказмом.
Но он его не улавливает.
— В идеале да. Я не хочу, чтобы сестры враждовали. Чтобы наши дети стали свидетелями разборок. Наши знакомые. Родители. Зачем это надо? Викусь, мы же можем поступить разумно, — на его лице читаю облегчение. — Ты будешь всем обеспечена. Я не собираюсь тебя обделять и судиться за каждую копейку.
Он рад, что я не стала истерить. И уже мысленно выдыхает.
Рано радуешься, облезлая псина. Ой, как рано.
— А делить нечего, Платош. И судиться тем более причин нет. Я уже решила этот вопрос, — широко улыбаюсь. — И у тебя есть отличный шанс проверить, так ли ты нужен своей молодой лани с дыркой в кармане.
Глава 7
Он зависает. Вообще не шевелится, даже не дышит. Переваривает.
— Что ты сказала, — наконец выдает.
— Ты все прекрасно слышал, со слухом у тебя проблем нет, — откидываюсь на стуле напротив него.
Вот сейчас я могу расслабиться, впервые за долгое время.
— Вика, ты же не… — хватает свой телефон. Быстро клацает. Выдыхает.
Я не вижу, его действий, но могу предположить. Он зашел в первое приложение банка, и увидел, что там все нормально. Да, там он хранит не очень большую сумму. Эти деньги не ежедневные мелкие траты.
Было бы глупо их трогать и привлекать внимание. Потому они на месте.
Я четко улавливаю момент, когда Платоша заходит во второе приложение. Там, где у него хранится большая часть накоплений. Он туда заходит крайне редко, потому как этой картой не пользуется. Там он копит.
— Вика, — смотрит на меня с осуждением. — Реально? Обокрасть собственного мужа? Своих детей?
— В новую жизнь налегке, Платош, — я упиваюсь его эмоциями.
Они мне сейчас как бальзам.
— Я же тебе доверял. Именно поэтому ты имела доступ к этим деньгам. И вот так предать мое доверие? — качает головой.
Поднимается с кресла, идет к окну, обратно к холодильнику.
— И главное, ты же не изменял, был примерным мужем, не пытался за моей спиной с Софочкой мутить. Как же я могла, — всплескиваю руками.
— К чему сейчас вот эти подколы? Эта довольное выражение лица? Это гадко словечко «Мутить». Эти же деньги были для тебя и детей. Для вас.
— Да, Софочке ты ювелирку и дорогущую технику с другой карты покупал.
— Именно! — указательный палец вверх поднимает.
И тут до него доходит, что он только что подтвердил. Никогда не видела, чтобы Платоша так быстро краснел.
— Ничего я ей особо не покупал, — отводит взгляд в сторону.
Я бы могла предоставить список его покупок. Но пока рано. Он может заподозрить то, что мне сейчас не надо. Потому говорю иначе:
— Я видела ее подарки. Софа ими со мной хвасталась. Рассказывала, что это ей дарит ее ухажер. Кстати, я ты уверен, что она тебе верность хранит?
— Софа меня любит! — восклизает с запалом. — Никто другой ей не нужен. Не было бы этого всего, если бы у нас был просто так. А у нас чувства. Настоящие!
— Ага, конечно, — смеюсь звонко.
— Я понимаю, тебя ситуация задела, но не надо принижать наших отношений. Мне было нелегко сделать этот шаг, Вик. И если, ты считаешь, что, очистив счет, который был для тебя и детей, ты так мне отомстила, пускай, — вздыхает. — Я, как и сказал, хочу сохранить нормальные отношения. Ты мне важна. Я благодарен тебе за прожитые годы. Я прощаю тебе эту выходку. Детей ты любишь, детей ты не обделишь.
Из тех денег он собирался купить им новый дом, делать ремонт, обустраивать его. Они много это обговаривали, строили планы. Так что, сказки про деньги на меня и детей, это сказки. И разделить далеко не поровну все хотел Платоша. Схемы у него были хитрые и подлые. Но для меня все должно было выглядеть благородно.
— А ты умываешь руки, больше нашим детям помогать не собираешься? Софочка новых родит? — вздрагивает. Отступает на шаг. Смотрит на меня пристально, хочет понять, знаю я про ее беременность или нет.
Но потом видимо решив, что это невозможно, выдыхает.
— Я от детей никогда не отказывался. От тебя тоже. Ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь, — изрекает горделиво.
— Так же рассчитывать, как и на твою верность? — выгибаю бровь.
— Когда ты такой язвой стала, Вик, — сдавливает переносицу двумя пальцами.
— Действительно когда? Причин же у меня не было.
— Стоп, — хватается двумя руками за мойку. Наклонил голову, тяжело дышит. — Я так понимаю, сейф у нас дома тоже пуст?
— Правильно понимаешь.
— Когда ты успела?
— Ты же успевал на два фронта жить.
Если честно, сейф пока еще не пустой. Было опасно это делать, я рисковала потерять гораздо больше. Но я рассчитываю, что Платоша сейчас не побежит проверять. И после нашего разговора быстро свалит к Софочке. Ну а я наведу в сейфе идеальный порядок.