Развод в 44. Вот и сказке конец... - Ольга Тимофеева
- Я была собой.
- Вот именно, - улыбается, - Ты была такой… какой я тебя давно не видел. За моей работой, за проблемами, вечными дедлайнами.
Она отводит взгляд, будто смущается.
- Просто тут все по-другому. Воздух, атмосфера. Мы как будто за стеклом были, вне всего. Дома бы так не вышло.
- Да, - киваю. - А теперь смотрю на тебя и думаю: “Как я мог этого не видеть раньше?” Как ты смеешься. Как говоришь с людьми. Как умеешь расположить, удержать внимание. Как тонко шутишь.
Я знал, что ты умная. Но тут еще увидел, какая ты сильная. Цельная. И как будто… заново в тебя влюбился.
Дыхание перехватывает от его слов.
Я не знаю, что ответить.
Как на это реагировать.
- Руслан….
- Возможно, поздно, Люда. Но поблагодарить все равно хочу. И просто… быть рядом, пока могу.
- Ну, с этим ты и раньше справлялся. Просто быть рядом.
- Только теперь я понимаю, насколько это ценно.
Мы замолкаем.
Мимо проносится официант, приносит заказ.
Мы едим.
Как будто ничего не происходит. Но происходит все.
Между нами теперь нет обид. Нет упреков.
Но и любви той, старой, прежней - уже нет.
А есть что-то новое.
Новая я.
Которая не хочет возвращаться в прошлое и заново проживать старые сценарии.
Глава 41
Руслан
После ресторана я чувствую себя странно. Легко и тяжело одновременно. Как будто сердце снова дышит, но тяжесть еще никуда не делась.
Люда…
Поднимаюсь к себе в комнату.
Не успеваю раздеться, как вибрирует телефон.
Карина.
Вот оно. Все внутри сжимается. Не хочется брать. Не хочется ее слышать.
Это все было ошибкой. Каким-то ретроградным затмением.
И этому надо окончательно положить конец.
Принимаю вызов.
- Ну наконец-то! - голос резкий. - Куда ты пропал? Почему не пишешь? Ты вообще помнишь, что у тебя есть я? Ты про нас вообще не думаешь!
- Нет никаких нас, - отрезаю сразу. - И не было.
- Что?! Ты серьезно?! То есть я для тебя…
- Давай без истерик и спектаклей.
- Ты из-за этой кухонной клуши решил меня бросить?
- Рот закрой свой. Не смей говорить о моей жене в таком тоне.
- А то что? - с вызовом.
- Ты уволена. Можешь уже собирать вещи. После обеда тебя рассчитают.
- Ты не можешь…
- Могу.
- Ты сам говорил….
- То, что я говорил, за это отвечу. А тебе никто так говорить не позволяет.
- Ты думаешь, мной можно вот так попользоваться и выбросить? Я не твоя женушка. Я молчать не буду.
- Тебе же хуже будет. Лучше уйди по-хорошему.
- Дурак, вы еще пожалеете, - выплевывает мне и отключается.
Я набираю своего зама, приказываю уволить ее, рассчитать и забыть, как страшный сон.
Я не испытываю к ней больше ничего. Абсолютно. Ни вины, ни жалости. Ни желания. Только усталость.
Как я вообще туда влез? Как допустил, что оказался в этом треугольнике?
Смотрю в окно. Вечерний Шанхай вдалеке сверкает огнями, а я вдруг ощущаю себя человеком, который только-только проснулся. Сбросил старую кожу.
Больше никакой лжи. Никаких игр.
Я не знаю, как будет с Людой. Но точно знаю, чего не будет - не будет больше этой фальши. Этой Карины. Этого "временного счастья".
Теперь - только по-настоящему.
Или никак.
Разжимаю влажную ладонь.
Усмехаюсь сам себе.
Вспоминаю Люду. Ее смех на кухне, как она наклонялась над тестом, как откидывала волосы, поддразнивала, шутила. Легкая. Сияющая. Живая.
Марк.
Хотелось врезать ему, чтобы не смотрел так на нее. Но одновременно поблагодарить, что я стал смотреть на нее по-другому.
Если бы я мог вернуть… хотя бы один вечер. Один обычный вечер, когда мы ужинали, сын бегал по дому, а Люда смотрела на меня без этого нового взгляда - независимого, сильного, отрешенного… Я бы, наверное, не делал ничего великого. Остался бы инженером.
Все, что создавал и делал было для семьи. Чтобы у них все было. Чтобы она не работала. Я этого хотел.
А потом ее же, дурак, упрекал в этом. Наговорил ей тогда всего.
На эмоциях вывалил все, что накипело.
А сейчас назад смотрю и понимаю, что просто не видел многого. Не интересовался. Зациклились на этой работе. Больше, больше, все больше. Контрактов, денег, договоров. А может уже просто надо было притормозить и наслаждаться жизнью? Съездить куда-то вместе. Говорить больше. Смотреть в глаза.
Глава 42
Я стою на террасе, опершись на резные перила. Внутри - легкое волнение. Странное. Как будто уезжаю не просто из страны, а из какого-то кусочка жизни, который мне дали прожить в аренду.
Ко мне подходит Марк.
- Людмила, - произносит он, чуть смущенно улыбаясь. - Мне было очень приятно провести здесь время с вами.
Я смотрю на него и понимаю - он искренен. С ним было просто. Без неловкости. Без грузов. Без истории.
- Мне тоже, Марк. Спасибо за разговоры. За... легкость.
Он кивает, будто понимает, о чем я. Но взгляд