Просто скажи когда - Элизабет Брайт

Я расхохоталась, не выдержав.

— Мам!

Она пожала плечами.

— Что? Джек мог бы дать несколько уроков.

Я запихнула в рот еще кусок пирога. Это, конечно, не решило моих проблем. У нас с Браксом было что обсудить, это точно.

Но я знала, чего хочу.

Оставалось только надеяться, что Бракс хочет того же.

Бракс

Я приехал в офис к семи утра. К девяти вся бумажная волокита была готова — оставалось только подать.

Я думал, что Эсси уже уехала на Путевую звезду. Она не написала мне. Не спросила, где я. Это резануло сильнее, чем должно было, учитывая, что и я ей не написал.

Но на случай, если она все-таки ждала меня дома, я заехал туда. Убедившись, что ее машины нет в гараже, направился прямо на ранчо.

Я собирался все исправить. Сделать для нее правильно.

Ее вишнево-красный внедорожник стоял у входа в конюшню. На тренировочном ринге ее не было, но стойло Пирата пустовало — возможно, она вывела его на дорожку размяться. По крайней мере, она была здесь, а не где-то там, строя планы по устранению Алана без моего участия.

— Давно пора, — сказал Адам у меня за спиной.

Я медленно повернулся. Он лениво опирался бедром о дверь стойла. С довольной рожей.

— Ты, — я ткнул пальцем ему в грудь. — Ты — гребаный предатель.

— Я собирался за тобой выехать, — заверил он. — Честно собирался. Но Джеймс хотела подробностей. И когда я объяснил, что происходит, она настояла, чтобы мы позвонили Эсси. Я ей сказал, что обещал, но она заявила, что если я сделаю шаг к двери, завтра спать буду на диване.

— Ты, — я еще раз ткнул его пальцем, — подкаблучник.

— Абсолютно, — весело согласился Адам. — Пойдем. Эсси сейчас с Джеймс, их какое-то время не будет. Нам тут несколько стойл надо вычистить.

— Даже не думай, — сказал я.

Адам пожал плечами.

— Как хочешь. Но отец сказал, что как только ты покажешься, сразу подняться в дом. Можешь прогуляться и узнать, чего он хочет.

Думать особо не пришлось.

— Давай вилы, — проворчал я.

Адам ухмыльнулся.

Мы начали с дальнего конца, работая вдвоем в каждом стойле, а не по отдельности. Пару минут мы трудились в благословенной тишине, сосредоточившись, ну, скорее притворяясь сосредоточенными, на навозе и свежей соломе.

Но надолго этого не хватило.

И я заранее знал, что не хватит.

— Вот уж не думал получить от тебя звонок, — сказал Адам как ни в чем не бывало. — Никогда не думал, что увижу своего правильного, законопослушного брата за решеткой. Хочешь поговорить об этом?

— Нет, — сказал я. — Не хочу.

Адам посмотрел долгим взглядом, явно намекая: слишком плохо, придется.

Я только вздохнул:

— Ну давай, выкладывай.

— Серьезно, мужик. — Он покачал головой, будто правда разочарован. — О чем ты думал? Алан Гэффни — мусор. Жалкий, пьяный мусор. С такими надо работать головой. Ломать им жизнь. А не кулаки об них бить. И если уж дерешься, то хотя бы не отпускай братьев домой заранее.

— А я тебе скажу, о чем я думал, — прорычал я, сгребая очередную порцию навоза. — Я думал: эта тварь только что меня укусила.

Адам моргнул.

— Что?

— Я не собирался его бить. Ты прав. Он для этого слишком жалок. И Эсси была против того, чтобы я въехал ему кулаком в лицо. Я хотел только поговорить. Обозначить границы.

— Такие границы, как я поставил Стивену Макаллистеру? — сухо уточнил Адам.

Год назад Стивен специально напугал лошадь под Джеймс. Ее выкинуло из седла, она ушибла ребра. Могло быть хуже. Адам его уволил — и объяснил, что при виде Джеймс у него в следующий раз будет гипс на каждой конечности.

— Ну… что-то вроде, — признал я. — Но он впился зубами мне в голень. И я его пнул. Он еще спасибо должен сказать, что я целился в ребра, а не в голову.

— Укусил, — поморщился Адам. — Мерзость.

— Следы до сих пор есть. — Я скривился, Адам передернул плечами. — Пусть подает любые жалобы. Не пройдет. Уголовка меня не пугает. — Гражданский иск — другое дело, но и на это у меня уже был план.

Пару минут мы молча работали. Я вывез полную тачку к навозной куче, вывалил, выпрямился и посмотрел дальше, за пастбище. Дыхание клубилось паром в холодном утреннем воздухе, пот стекал по вискам.

Эсси все не было.

Я вздохнул и вернулся туда, где меня ждали новые кучи дерьма.

— Я хочу кое-что понять, Бракс, — сказал Адам, опершись ладонями на черенок вил.

— Ну?

— Почему ты позвонил мне, а не Эсси?

Я опустил вилы и посмотрел на него.

— А как ты думаешь?

— Думаю, ты трус.

— Вот и правильно думаешь. — Я снова взялся за вилы.

— Она тебя любит. — Голос у него стал тихим, осторожным. — Ты знаешь это?

Я замер.

Знал ли я? Было ли это правдой? Она еще не говорила, что любит меня. «Может, это и правда» — приятно слышать, но не то же самое. Когда-то она любила меня. Пусть даже не понимала этого до конца. И я это все разрушил.

Да и сейчас умудрялся разрушать.

— Помнишь, как близки мы были в школе? — спросил я. — А потом вдруг перестали общаться.

Адам выпрямился, его взгляд стал острым.

— Помню.

— Мы с Эсси пошли в поход. Не должны были. Мы прогуляли школу, хотя я обещал Джеку, что не будем. Она была не в той обуви. Кроссовки без протектора. Я ее предупредил. — Я покачал головой. Самонадеянный идиот. — И все равно она была в порядке. А я — нет. Я шел задом наперед, как дурак. Не смотрел, куда ступаю. Оказался слишком близко к краю. Земля подо мной поехала.

Адам не шевельнулся. Не перебил.

Я сглотнул.

— Я должен был погибнуть. Влететь в пропасть и получить премию Дарвина за самую глупую смерть. Но она схватила меня и дернула назад. Так сильно, что сама перелетела через край. Она сорвалась с гребаной скалы, Адам.

Голос сорвался. Столько лет прошло, а картинка в памяти стояла так ясно, будто я снова кричал ее имя над обрывом.

— Это была моя вина. Моя. Я знал, что нельзя нарушать правила и нарушил. Вот что получилось.

Адам молчал, просто слушал.

Я смотрел ему в глаза, ожидая осуждения.

— И что было дальше? — спросил он.

Я нахмурился.

— В смысле?

— В смысле, Эсси ведь не умерла. Я видел ее сегодня утром. И ты жив. Договаривай.

Я хрипло рассмеялся.

— Она выжила. Даже не особо