Темнота в окне напротив - Вивиана Торн

Теперь возможность быстро найти Эстер стремительно снижается.

Молча сажусь за руль машины.

Я найду Эстер, даже если мне придется разобрать всю гору Монте-Бре по камешкам.

Я найду мою Афродиту.

Роб труп.

Внимание: глава содержит сцены насилия, похищения и эмоционально тяжелые эпизоды.

Эстер

Роб выкидывает свой телефон из окна, и моя надежда, что Хантер найдет мой телефон, увидит переписку, и додумается вычислить мое местонахождение исчезает в темноте ночного горного леса.

Я слишком долго пялилась на его телефон, наверно, это и натолкнуло Роба на идею избавиться от своего смартфона.

— Роб… Тебе не обязательно это делать. — На моих руках бряцают наручники, я опускаю взгляд на окровавленное платье. Каждая попытка вырваться или закричать стоила мне пореза. Неглубокого, но пореза. — Мы можем… просто быть друзьями.

Глупо, но я стараюсь звучать спокойно, даже если голос дрожит. Я должна убедить Роба, чтобы он отпустил меня, одумался. Разум пытается подобрать слова.

В какой-то части мозга я понимаю — мои шансы, что Роб сделает это добровольно, стремительно снижаются.

Я совершила грубую ошибку, когда поверила его словам и что он хочет просто поговорить.

Глупый мозг искал способ зацепиться за что-то нормальное в этой ситуации и решил, что надежда на благоразумность Роба — лучший вариант.

Но Роб не благоразумен.

Он безумен. И он не собирается просто поговорить.

Он везет меня в свою летнюю студию. Я узнаю дорогу, и это меня не радует.

— Брось, Эстер. — отвечает Роб. — Я знаю, что тебе нравится… Знаю, что ты хочешь пожестче. Я тебе это устрою. Я приготовился.

Он дотягивается рукой до моего подбородка, крепко стискивает его. Машина начинает вилять по безлюдному серпантину, и в который раз за весь путь мне страшно, что Роб просто не справится с управлением, и мы улетим в обрыв.

— Роб… У тебя вся жизнь впереди. — продолжаю я.

— Нет у меня жизни! — резко вскрикивает он. — Ее отнял у меня Хантер. Он забрал у меня тебя и даже любовь отца… — Роб смолкает почти на минуту. — Но я все исправлю, Эстер. Ты будешь моей.

Сколько ярости в его голосе…

Сглатываю слезы.

Лишнее слово — и я его спровоцирую. Опять.

Я уже вывела Роба из себя, когда попыталась сбежать — по дороге к машине он пару раз приложил меня к каменной стене какого-то здания, и я все еще чувствую гудение в голове и резкую боль каждый раз, когда пытаюсь открыть рот и что-то сказать.

Мозг теперь решает, что мне лучше просто быть послушной. Возможно, это успокоит Роба, усыпит бдительность. И, в конце концов, мне просто нужно выжить.

Хантер найдет меня. Уже ищет.

Мы подъезжаем к знакомой мне летней студии Роба.

Вокруг тишина и глухой лес.

Роб выходит из машины, а я чувствую подступающий ужас при его приближении.

Вздрагиваю, когда пассажирская дверь распахивается.

— Идем, Эстер. — натянуто и неестественно улыбается Роб. — Я покажу тебе твой новый дом.

Зубы сводит от его самоуверенности.

Жалею, что не сказала Хантеру о том, что, когда ездила забирать Ньютона, была у Роба. Он бы тогда точно запомнил это место.

А теперь…

Теперь мне нужно просто потянуть время и послушно выполнять прихоти Роба, пока Хантер меня не найдет либо пока этот безумец не решит меня отпустить.

Медлю.

Роба это выводит из себя, и он звереет. Хватает меня за плечи, вытаскивает из машины и толкает на землю.

Откуда в нем столько злости?

Что я ему сделала?

— Знаешь, мы можем начать с прелюдии. — посмеивается Роб несвойственным ему смехом.

Он открывает багажник, и пока я пробую встать, слышу, как Роб достает оттуда что-то позвякивающее. Цепь.

Облизываю пересохшие губы. Собираю всю силу в кулак, встаю на ноги и…

Падаю, когда Роб швыряет в меня тяжелую цепь. Она сбивает меня с ватных ног.

— О, вижу, ты не против поиграть. — нервно смеется он.

Меня тошнит.

Роб подходит ближе.

— Ты… Что ты собираешься делать? Хочешь меня убить? — я выгляжу ущербно, распластанная на каменистой поверхности, с впивающимися в запястья наручниками.

— Нет. Я просто… хочу тебя себе. — Его глаза неестественно блестят. Он одержим.

— Но если ты не оставишь мне шанса, Эстер, я убью тебя и сделаю так, чтобы в этом обвинили Хантера. Поэтому, в твоем интересе быть покорной. — С этими словами он жестоко и несколько раз обвивает мою шею тяжелой цепью.

Становится нечем дышать. Я хватаюсь за цепь руками, пытаясь ослабить натяжение.

Он точно меня убьет.

Нет.

Я не могу умереть.

Во мне ребенок Хантера. Нет… Я не сдамся просто так. Я выберусь.

Тело становится отчужденным. Разум холодеет и ищет способ выжить.

— Ну же… Эстер. Я знаю, что тебе нравятся цепи. Или ты думала, что я не догадаюсь, каким образом он оставлял на твоем теле те отметины? Хантер разве что только в зад тебе их не запихнул.

Я жадно заглатываю воздух и ломаю ногти о сжимающее мое горло железо. Нет…

Цепи Хантера никогда не ощущались такими.

— Какая же ты шлюха, Эстер. Я мог дать тебе все. Но теперь ты получишь то, чего заслуживаешь. Посмотрим, как тебе понравится это.

Роб встает и, пока я трепыхаюсь, идет вперед, к дому, держа в руке цепь. Она утягивает меня за собой. Лицо встречается с землей и камнями, но Робу все равно. Он тащит меня так, словно я какое-то пристреленное животное.

Не могу кричать. Не могу дышать.

В глазах темнеет, и я почти теряю сознание. Кажется, у двери Роб подхватывает меня и затаскивает в дом.

— Теперь ты видишь? Видишь, во что меня превратила? — он ходит вокруг, цепляясь за волосы.

Чувствую, как слезы льются по щекам. Сквозь пелену и опухшие глаза я пытаюсь осмотреть помещение. Слишком тусклый свет. Я на полу, на ковре. Похоже на зал. Рядом диван. Телевизор… Мне нужно что-то, чтобы я могла себя защитить… спрятаться.

Едва могу дышать. Если Роб еще потянет за цепь… то он меня придушит. Но пока он просто кружит надо мной, словно стервятник. Я устала.

— Это все ты, Эстер. Ты сделала меня таким. — продолжает Роб, но мне уже все равно. Единственное, что волнует, — это возможность выжить и сохранить… зародившуюся жизнь.

— Ты простишь меня. Ты полюбишь меня. Ты забудешь о нем. — Роб садится на диван напротив меня и погружается в какой-то транс.

От этого страшнее.

Возможно, он отчасти начинает понимать, что произошло. Что, черт возьми, пути назад нет.

Внезапно Роб встает и громкими шагами