Развод в 44. Вот и сказке конец... - Ольга Тимофеева

Руслан

- Руслан Юрьевич, мы получили официальный запрос от юридической фирмы "Стратекс". Запрашивали документы по финансовой отчетности за последние два квартала, а также внутренние протоколы по вашим дочерним компаниям. Формально все оформлено корректно… - докладывает юрист, заглядывая в кабинет.

- Основание?

- Судебное производство. Предварительная проверка по жалобе о финансовой нечистоплотности. Все подписано адвокатом…

- Кто?

Юрист колеблется на секунду.

- Адвокат вашей жены по разводу.

Пальцы сжимаются на ручке кресла.

Не спрашивая ни о чем больше, хватаю куртку, выхожу.

- По поводу вашей жены еще.

- Говори.

- Редактора газеты мы прижали. Информацию для статьи ему принесла Карина.

Вот сучка.

- Нашли ее?

- Нет пока. Но ей кто-то помогал. Видели ее с этим же адвокатом.

Твою мать.

Адрес его офиса я помню прекрасно.

Кровь начинает стучать в висках. Пульс - как на переговорах, где ставки выше некуда.

Вот правду говорят, надо потерять, чтобы понять, что потерял.

Люда ушла.

Документы о разводе подписала.

Все надеялся, что пока потянет время. Подумает еще. У меня будет время что-то исправить.

Но она посчитала, что уже не исправить ничего.

Сжимаю руль.

Хочу понять, как все исправить. и не знаю.

Такое не прощают. И не забывают.

Я бы не смог.

Смотреть на нее и думать, что она с кем-то была.

Головой понимаю, что у меня чисто физиология сработала. Заколебался, запутался, хотелось чего-то…

Это как напиться и забыться.

Думаешь легче станет. А потом похмелье и только хуже.

Тут так же.

Временное такое отвлечение.

А потом хреново так, что единственного человека, который всегда был рядом и поддерживал, предал. Характер мой терпела. Всегда сдержанная, тактичная.

Как бы сейчас хотелось просто обнять.

Соскучился по ней.

По тому, как улыбается, как смотрит, по заботе ее.

Все, что сейчас остается - это порвать тех, кто сейчас ей делает больно.

Хотя больнее всего сделал ей я.

И за самого себя я не могу никому навалять. Хотя не мешало бы.

Через двадцать минут иду по коридору, ищу нужный кабинет.

Оттуда как раз кто-то выходит и я, игнорируя очередь, захожу.

- Тут по записи… - в спину.

- Вы куда?

- Я сейчас! - рявкаю в ответ и захожу.

Сергей поднимает голову, спокойно откидывается в кресле. Улыбается. Без тени удивления.

Давно не виделись.

Лет двадцать, наверное.

- А вот и ты. Думал, когда же объявишься? - ухмыляется.

- Что тебе надо? Мы с Людой обо всем договорились.

- У каждого свои цели. У меня - восстановление справедливости.

- Справедливости? - усмехаюсь. - Или ты плачешь до сих пор, что у тебя женщину увели?

Он встает. Медленно. Сбрасывает с плеч пиджак, будто готовится к бою.

- Женщина? Ты про Люду? Ты же сам ее растоптал. Изменой. Ложью. А теперь прикидываешься спасителем?

- Я хотя бы не прячусь за бумажками и жалобами в налоговую. А ты? Тебя, выходит, не только бросили, но еще и стерли из памяти. Обидно, да? Слаб был - не смог отстоять.

- А ты? Думаешь, если деньги, связи и пальцы в каждой дырке, ты неуязвим? Поздно быть героем.

- Я не герой. Но намерений не скрываю. А ты, Сережа, мстишь. Жалко и мелко за обиду, которую носишь двадцать лет. Жена поэтому от тебя ушла?

Он резко двигается вперед, но я стою, не двигаясь ни на шаг. Молчу. Давлю взглядом.

- За оскорбление лица…

- Жалкий ты. Мне мстить ладно. Похрену. Я не с такими справлялся. Ее зачем? Двадцать лет прошло. Ты бы еще вспомнил, как в детском саду у тебя девочка машинку забрала.

- Я оскорбления приложу к делу.

- Да прикладывай ты, что хочешь. Заодно там распиши сразу, зачем с Кариной встречался.

- Не понимаю, о ком ты говоришь.

- Все ты, сукин сын, понимаешь. Думаешь, не понятно, кто ей информацию добыл о пансионате.

- О каком пансионате? Ты дурак?

- За языком следи. Дурак тут только ты. Так подставляться ради обиженной дуры. Хотя… С одного поля…

- Голову полечи!

- Лицензию свою можешь в туалет занести, скоро она только для этого и сгодится. Я за жену свою тебя в порошок сотру. И ее тоже. Можешь так и передать.

- Бывшую, - ехидно выплевывает. - Просрал ты все.

- Единственную, а не бывшую. Мои юристы уже готовят жалобу на незаконный доступ к конфиденциальной информации. Все твои запросы будут оспорены. Каждый пункт, каждая цифра. Ты проиграешь. Потому что у тебя нет ничего, кроме ненависти. А у меня есть все остальное.

Его лицо перекашивает от ярости. Но он молчит. Он знает, что я прав.

Разворачиваюсь. И перед тем как выйти, бросаю.

- В следующий раз, когда будешь думать, как отомстить мне, вспомни, почему ты вообще проиграл. Не потому что я сильнее. А потому что ты сдался раньше боя.

- Я любил ее!

- Ты любил ее? Ты хоть знаешь о ней вообще что-то? О детстве? О родителях? Что ты это все, тварь вытянул. Ты бы разобрался сначала! - По глазам вижу, что не знал. - Мне хотел помешать. Ты меня в дерьмо