Ценнее времени - Алисия Райт

— Толик, — проговорила я почти шепотом, — давай поговорим не здесь!

— Нет, здесь! И сейчас!

От него исходил резкий запах алкоголя. Я быстро огляделась. Никто из моих сейчас не смотрел в нашу сторону. Охрана тоже ничего не замечала. Конечно, что они могут заметить? Ничего же не произошло… пока.

— Что тебе нужно?

— Ты знаешь что! Я хочу, чтобы моя семья вернулась домой!

— Нет больше никакой семьи. Ты еще не понял?

— Я не позволю! Где Алиса? Зачем ты забрала ее? И куда? Еще скажи, что к своему любовнику?

Ну, сказать сейчас такое означало бы полный провал моей выставки. Ведь Толик ее точно испортит.

Мне срочно нужно заставить его уйти. Вот только как?

— Толик, послушай, — я старалась говорить максимально спокойно, — давай не будем устраивать здесь сцену. Ты хочешь поговорить? Хорошо. Но не здесь. После выставки мы можем обсудить все, что ты хочешь. Только, пожалуйста, уйди сейчас.

— Я не уйду, Света. Ты не оставляешь мне выбора.

— Если ты сейчас не уйдешь, я позову охрану, — мой голос прозвучал твердо, хотя внутри я дрожала от страха. Стальной взгляд серых глаз напротив пробирал меня до дрожи.

— Серьезно? Ты думаешь, что сможешь меня так просто выставить? Попробуй, но боюсь, я успею повлиять на твою безупречную репутацию.

— Здесь репортеры. Не боишься, что, если устроишь скандал, это повредит не только мне, но и твоему расчудесному проекту? Давай не будем мешать гостям наслаждаться искусством.

Мужчина отпустил мою руку, но взгляд его оставался жестким.

— Мы поговорим. И это будет скоро.

— После выставки, Толик, — я кивнула и поспешила отойти от него.

Анатолий прошел вдоль стены, как я думала, к выходу. Однако он остановился, окинул меня цепким взглядом и подошел к одному из столиков с напитками. Я молилась, чтобы он просто взял бокал и ушел. Но он схватил бутылку шампанского и двинулся в сторону Сэмюэля Гюлле.

Только не это…

Я побежала к ним, намереваясь сообщить охране, чтобы его выгнали.

Но не успела.

Толик выхватил микрофон у художника и заговорил.

— День добрый, народ! — прокричал он. Динамики на секунду взвыли, и по залу пронесся тонкий писк обратной связи, отчего некоторые гости закрыли уши руками. — Позвольте представить прекрасную женщину, без которой этой славной выставки бы не состоялось, Светлана Макеева, прошу! — он указал бутылкой шампанского прямо на меня.

Гости начали аплодировать, вероятно думая, что это запланированная часть.

Я видела, как двое охранников спешат к Толику, но тот, заметив их приближение, успел выкрикнуть:

— И которая бросила свою семью ради нового хахаля! — с этими словами он швырнул шампанское себе под ноги. Бутылка разлетелась на осколки, а белая пена разлилась под ногами гостей.

Я почувствовала, как кровь приливает к щекам, то ли от ярости, то ли от стыда, или, может, провала…

Охрана наконец схватила Толика, но он продолжал выкрикивать неприятные вещи в мою сторону, пока его выводили из галереи.

Ко мне подошел Андрей.

— Ты в порядке? — спросил он, обнимая за плечи.

Я не ответила. Страшно было смотреть в глаза всем этим ошарашенным людям…

— Почему он так себя ведет? — услышала я голос Алисы рядом.

Я не знала, что ей ответить. Сейчас мне хотелось скрыться ото всех, убежать как можно дальше от людей и от этого позора…

— Он расстроен, солнышко, — я обняла ее, изо всех сил подавляя желание расплакаться прямо здесь.

— И пьян, — добавил Андрей.

В зале был объявлен перерыв, чтобы все убрать и спокойно продолжить. Однако, смыть это зрелище из памяти присутствующих вряд ли получится.

О выставке еще две недели говорил весь город. В прессе, в интернете, даже в общественном транспорте я слышала обсуждения неадекватной выходки «мужчины с бутылкой». Какая-то желтая газетенка даже умудрилась написать, что на галерею было совершено нападение. Хотя, от части они были правы…

Еще неделю после выставки я ходила на работу, передавая дела своей помощнице. Коллеги были шокированы узнав, что я ухожу. И главное, они были уверены, что ухожу я именно из-за происшествия на выставке.

Что ж, меня это больше не должно волновать. Пускай себе думают, что хотят.

Главное, что Алиса с удовольствием согласилась на переезд. Быть может, поступок отца подтолкнул ее к такому решению. В любом случае, я очень рада. Я бы не смогла оставить ее здесь одну с отцом.

Вот только вопрос с Толиком оставался нерешенным. Несколько раз мы говорили по телефону, но он упорно стоял на своем, не соглашаясь на развод и уж тем более не хотел ничего слышать о том, что я заберу дочь за границу.

Я решила съездить и поговорить с ним лично. Как-никак мы прожили вместе больше двадцати лет.

Должны же договориться!

Подъезжая к дому, на меня нахлынули воспоминания нашей с Толиком жизни… Те времена, когда мы были счастливы. Но сейчас все изменилось.

Толик открыл дверь, едва я успела нажать на звонок.

— Заходи, — сухо сказал он, отходя от двери.

— Я приехала решить все спокойно и мирно, — начала я, но Толик перебил меня.

— Свет, не горячись. Прости меня за то, что я сделал. Но подумай о нас…

— Ты шутишь? После того, как ты публично опозорил меня на моей же выставке, ты смеешь говорить о нас?

Толик, не моргая смотрел на меня, но молчал. Мне хотелось накричать на него, высказать ему все, что думаю, но я взяла себя в руки, вздохнула и устало покачала головой.

Находясь сейчас в собственной квартире, я больше не ощущала привычного уюта, теперь она мне казалась чужой, вызывая отвращение от того, что совершили два близких человека у меня за спиной…

— В любом случае уже ничего не изменить и тем более не вернуть, — спокойным тоном продолжила я. — Наша совместная жизнь была неплохой, но на этом все. Я хочу, чтобы ты не препятствовал тому, что Алиса уедет вместе со мной после окончания учебного года.

— Это исключено. Я не отдам ее тебе, — Толик резко изменился в лице.

— Алиса должна быть со мной, это в ее интересах.

— В ее интересах? — он горько усмехнулся. — Ты думаешь, что ей будет лучше с твоим любовником?

— Дело не в нем. Ты должен понять, что ее будет ждать другая жизнь. Другой уровень образования. Да она сама этого хочет! — не выдержав, я повысила голос, затем, посмотрев ему в глаза, добавила: — Она будет приезжать к тебе на каникулы, вы будете видеться.

— Или