Куда ты денешься? - Натаэль Зика
— Это ты правильно решила, — поддержала Полина. — И конечно же, Любаша и Витя будут вам только рады — свободная комната у них есть, не стесните. Только ведь, Алён, жильё там дороже, чем в Заозёрске — окраина столицы всё-таки! Боюсь, что за те деньги, что ты получишь за свою однушку, ты там разве что комнату в коммуналке купишь.
Никольская всхлипнула и закрыла лицо руками.
— Господи, Поль, как я устала! Когда и где я так нагрешила, что шестой год расплачиваюсь и никак не расплачусь?
— Алёнушка...
— Ладно, это я так, минутка нытья, — она вытерла слёзы и улыбнулась. — Пусть комната, главное, что сын будет со мной. Устроюсь на работу, возьму что-нибудь в ипотеку. Справлюсь, не в первый раз!
— Знаешь, а ведь я давно подумывала перебраться поближе к Любе, но как тебя встретила, так и отбросила эту идею, — задумчиво произнесла Полина Григорьевна. — Не могу я с вами расстаться, Алён. Ты мне как дочь, а Савушка — единственный, любимый внук. И если вы отсюда уедете, то в Заозёрске меня больше ничего не держит.
Алёна слушала, забыв о своих бедах.
— Продам свою избушку, добавим твои за квартиру — и купим нам нормальный дом. Если, конечно, ты не против, чтобы мы жили вместе.
— Господи, Поль, о чём ты говоришь? — всплеснула она руками. — Я только за! И Савва тебя обожает! Но, Поля, не жалко уезжать? Вся жизнь тут прошла...
— Не жалко, Алёнка! Мой дом там, где вы.
И женщины, не сдержав слёз, обнялись.
Через несколько минут, успокоившись, Полина деловито произнесла:
— Значит, мою недвижку тоже выставляем на продажу, дай мне контакт своего риелтора.
— Поль, мне нужно на тебя доверенность написать, чтобы ты могла расписываться — мне, сама понимаешь, приезжать сюда будет небезопасно! Нотариус нужен. Сегодня. Я хочу уехать рано утром на автобусе.
— Так, никаких автобусов! — отрезала Полина Григорьевна. — Если начнут вас искать — а судя по всему, свекровь будет носом землю рыть, чтобы вернуть внука — то быстро выяснят, куда ты уехала.
— Что же делать? — растерялась Никольская.
— Сейчас всё будет, — Полина взяла сотовый, нашла нужный контакт и, коротко объяснив ситуацию, договорилась о встрече с нотариусом на пять часов вечера.
— Так, с этим решено. Оформим доверенность, и я смогу действовать от твоего имени. А теперь решим проблему с логистикой.
И она снова взялась за телефон.
— Любаша, привет! Слушай, у нас тут такая ситуация... Алёне нужно срочно уехать из города, вместе с Саввой. Я не могу объяснять по телефону, но это серьёзно. И им нельзя показываться на вокзалах. Скажи, Виктор сможет приехать сегодня ночью?
— Что случилось? — голос Любы стал встревоженным. — С ними всё в порядке?
— Пока да, но нужно вывезти их отсюда как можно быстрее. Я объясню всё позже, когда увидимся. Сможете?
— Конечно, — без колебаний ответила Люба. — Я прямо сейчас наберу мужа. Он в пять вечера заканчивает, поест, переоденется и отправится в Заозёрск. Пусть Алёна собирает вещи и будет готова к двенадцати.
— Спасибо вам, родные, — выдохнула Полина.
Она положила трубку и обернулась к Алёне:
— Всё. Около двенадцати ночи Витя будет здесь. А теперь давай подумаем, что ещё нужно сделать, чтобы успеть до отъезда.
— Я боюсь — вдруг Вероника не станет ждать завтрашнего утра?
— Ну что она может? Юридически они никаких прав на Савву не имеют, а Герман даже в свидетельство о рождении не вписан. На что давить? Никто из официальных представителей — хоть опеки, хоть полиции — не станет рисковать. Это ведь натуральный киднеппинг, за него участники и организаторы получат реальный срок! — Полина говорила спокойно и уверенно. — В данный момент твоя свекровь берёт тебя на понт. Пугает, по-простому. Думает, что ты струсишь и сама отдашь ей ребёнка.
— Но у них есть деньги, — Алёна покачала головой. — Они наймут дорогого адвоката и подкупят кого угодно — и свидетелей, и судью.
— Ты не одна, — твёрдо сказала Полина. — У тебя есть я, Люба и Витя. А у этой Вероники есть только наглость и никаких прав на мальчика! Ты за сегодня уже столько дел переделала! Осталось оформить доверенность и собрать вещи.
Затем Полина встала.
— Всё, хватит реветь, пошли к тебе — надо разобрать, что вы увезёте сразу, что просто упаковать. Когда сама буду переезжать, загружу в контейнер вместе со своим барахлом.
В квартире женщины сразу занялись делом: Алёна сортировала имущество, отбирая, что взять с собой, что пока оставить, Полина упаковывала вещи в чемоданы и пакеты, и те, что брали в Светлогорск, относила поближе к двери.
Савва, узнав, что они едут в гости к Виктору и Любе, пришёл в полный восторг. Он носился по комнате, собирая свои игрушки в рюкзак, и громко объявлял, что обязательно возьмёт с собой «самого главного робота» и «всех машинок, потому что Витя обещал показать ему свой гараж». Алёна не стала его останавливать — пусть радуется и не чувствует тревоги, которая сжимала её собственное сердце.
— Баба Поля, а ты тоже с нами? — спросил Савва, заглядывая в глаза Полине.
— Нет, мой хороший, — ответила она, улыбнувшись через силу. — Я останусь здесь, присмотрю за вашей квартирой. Я к вам потом приеду.
Мальчик важно кивнул и побежал собираться дальше, а женщины продолжили: одежда укладывалась в чемоданы, коробки заполнялись книгами и посудой, на полу появились узлы с постельным бельём. Квартира постепенно пустела, становилась чужой и холодной, словно из неё вынимали душу.
Уставший от беготни и переполненный впечатлениями Савушка уснул прямо на диване, и Алёна укрыла его пледом.
К ночи всё было собрано, и женщины расположились на кухне, ожидая, когда по улице проедет машина Виктора.
Она появились в половине двенадцатого — сначала раздался звук мотора, потом по окнам мазанул свет.
— Схожу, посмотрю, — сказала Полина, поднимаясь. — Ты сиди, я выйду к подъезду. Не думаю, что твоя свекровка решит ночью караулить, но лучше глянуть.
Она ушла и скоро вернулась в сопровождении Вити. Коротко обняв Алёну, тот деловито спросил:
— Что в машину? Эти вещи? И эти? Ага, понял.
Алёна схватилась было за ближайший узел, но Виктор не позволил:
— Алёна, оставь! Я сам всё перенесу, а ты пройдись по