Подонок. Забери моё сердце - Дана Алексеева

в меня. С губ слетает вздох, но я тут же прикусываю губы, чтобы не дать обнаружить нас чужому глазу. Член плотно засаживается внутрь и частыми уверенными рывками дарует удовольствие. Каждая клеточка тела содрогается от волшебных проникновений. Гера вбивается в меня ещё и ещё, сильнее и ярче, пока в мозгу не взрываются восхитительные фейерверки. Чан высшего наслаждения выливается на головы и топит обоих.

— Бессовестные, — блаженно выдыхаю я.

Поворачиваюсь и пихаю локтём Геру, довольная физиономия которого светится ярче звезд над головой. Он лыбится и, приоткрыв один глаз, говорит:

— Люблю шалить. — Укладывает меня на своё плечо.

Целует в лоб и облегченно выдыхает. Его пальцы перебирают мои волосы, а задумчивые глаза устремляются в небо.

— Красиво, да?

— Хорошо, ага

Мы одинаково чувствуем этот прекрасный момент. Благостное умиротворение. Необъятная любовь. Когда никто другой не нужен, чтобы почувствовать себя на своём месте. По-настоящему счастливым. Человеку нужен человек. Своего я уже нашла

Герман

Кто бы мог подумать, что святое воскресенье я потрачу на то, чтобы шататься по «Детскому миру» и затаривать тележку одеждой, игрушками и прочими прибамбасами для малышей. Тем не менее это так. Слава богу, выбирает всё Лиза, а я исполняю роль извозчика. Вообще не разбираюсь в памперсах и сосках. А она прям воодушевленно подходит к делу.

— Ты посмотри, какая прелесть, — умиляется Лиза на маленькие пинетки, которые обе помещаются в её ладонь.

— Угу.

Отмахнувшись на мою сухую реакцию, она со вздохом отправляет их в тележку.

Ну а что? Я уписаться в восторге должен был от кукольных носков? Бред.

Меня изнуряет шопинг в принципе, о чём я предупреждал Лизу. Ну если дело не касается покупки автомобиля, например. Совсем скоро пёстрые прилавки начинают раздражать глаз.

Спустя час-полтора хождения по магазину мы наконец-то выходим и загружаем в машину набитые пакеты. Усевшись за руль, замученно протираю глаза и хватаю бутылку с водой.

— Устал? — со смешинкой в голосе спрашивает Лиза.

— Заметно? — усмехнувшись, утоляю жажду.

В отличие от меня, она выглядит довольно бодрой. Закинув ногу на ногу, девушка роняет со лба темные очки на нос. Разжевав жвачку, надувает большой пузырь и звучно лопает его.

— Поехали знакомиться с братом? — подгоняет меня.

— Рискнём, пожалуй, — отшучиваюсь.

На самом деле любопытство берёт верх. Что за карапуз такой, ради которого столько кипиша? Даже внимание моей любимой девушки забирает. Странно, она в глаза его не видела, а уже как будто бы заведомо симпатизирует ему. А может, он вовсе не такой милый, а очень вредный и капризный. Лиза в курсе, что маленькие дети ревут по мелочам, срыгивают, пускают слюни и какают под себя? Слабо представляется её восхищенное лицо при отмывании детского поноса.

Ржу про себя, немного поднимая настроение.

Когда подъезжаем к отцовскому дому, ощущаю некоторое волнение. В прошлую нашу встречу я, конечно, вёл себя по-свински. Испортил их свадебку дерзким поведением и резкими выступлениями. Просто перепил и выпустил эмоции. Сейчас стыдно. Ошибку признаю, каюсь, но словесно не извинялся. Не привык перед отцом чувства проявлять, как и он передо мной. Так что считываем друг друга интуитивно.

Шалящими пальцами забираю пакеты с заднего сиденья, хлопаю дверью и смотрю на Лизу. Она как воздушная зефирка в этом светло-розовом мягком костюме. Её легкая улыбка успокаивает нервяк. Целую сладкие губки, приобретая вместе с поцелуем долю уверенности.

Когда Лиза рядом, я чувствую себя намного сильнее. С ней я делаю то, на что никогда бы не решился в одиночку. Вот сейчас иду на сближение с новой семьёй отца

— Здравствуйте, — приветливо начинает Лиза, когда мы заходим в дом.

— О, какие гости! Добро пожаловать, — восклицает отец и переводит удивленный взгляд на меня.

Про свою девушку я ничего не говорил. Я не я, если не выдам какой-нибудь сюрприз.

Пожимаем руки, обменявшись многозначительными взглядами.

— Какое очаровательное создание, — улыбается Лизе отец. Та в ответ покрывается смущенным румянцем.

— Это Лиза. Моя девушка.

— О, как неожиданно. Очень приятно познакомиться, — мягко жмёт ладонь Лизе. — Олег Станиславович. Родитель этого оболтуса.

Хихикнув, Лиза кивает:

— Рада знакомству.

— Куда подарки для мелкого положить? — шуршу пакетами я, прерывая милый разговор.

— Сейчас разберемся. Пойдёмте за мной.

Переглянувшись с Лизой, улыбаюсь и касаюсь её зардевшей щечки. Моя взволнованная птичка.

Мы идём за отцом. Обогнув гостиную, поднимаемся на второй этаж. Приоткрыв дверь детской комнаты, отец негромко спрашивает:

— Дарин, можно?

— Да, заходите, — доносится женский голос, который через фразу становится сюсюкающим. — Мы уже проснулись, да, малыш?

Мы заходим в детскую и видим, что Дарина стоит около белой кроватки и ласково разговаривает с сыном. Кряхтение, которое доносится в ответ, сбивает ровную работу сердца. Через перегородки улавливаю движение маленьких рук. Внутренне сильно настораживаюсь перед первой встречей с неопознанным объектом.

Лиза с отцом подходят ближе, и до ушей долетает умиленный девичий вздох. Подозрительно кошусь в сторону оккупированной кроватки. Что, неужели и правда так хорош?

Оставшись позади, я опускаю пакеты на пол и прочищаю горло. Всеми силами стараюсь собраться и не выдать лицом свой нервяк. Засунув руки в карманы, тоже подхожу к кроватке, но как бы без особого интереса.

Заглядываю внутрь и вижу новорожденного. Застываю на месте, как и моё сердце. Этот малыш, он слишком

Безобразно красивый.

Ужасно милый.

До боли очаровательный.

Беззаботно лежит и смешно дергает маленькими ручками. Если бы не его голубые живые глазки, я бы подумал, что это кукла. Он действительно выглядит как разодетый пупс с картинки. Пухлые щечки, носик кнопкой, бровки домиком, беззубая улыбка.

Непонятные звуки, которые он издаёт, поддаются какому-то особому шифру в сердце. Сжавшись, оно дергается в странных ощущениях. Я выпадаю из реальности и некоторое время просто залипаю на маленьком чуде.

Незаметно для себя расплываюсь в улыбке. Он правда забавный. Ангелок с чистой, незапачканной душой. Его любят, окружают заботой, отчего он буквально светится.

— Иди к папочке, — с ласковой хрипотцой говорит отец и забирает малыша на руки.

Наблюдаю за тем, как он греет сына бережными объятиями, и в моём сердце простреливает. Нет, это не ревность. Это что-то другое. Щемящее чувство в груди. До дрожи приятно видеть проявление отцовской любви. Пусть не ко мне, но всё же. Его взгляд становится чрезвычайно мягким, когда он смотрит на мелкого. Он трепетно целует карапуза в ладошку и улыбается.

Я опускаю глаза, чтобы спрятать появившийся блеск, и сглатываю. Делаю шаг назад.

— Гера, — поворачивается отец ко мне. — Подержи брата.

— Что?

Сердце ухает вниз. Папа подходит ближе, и я опускаю испуганный взгляд на ребёнка