Сердце пустоты - Алиса Джукич
— Ты так этого хочешь? — уточнил Дюбуа. Ловко стимулируя меня внизу, он умудрялся тереться животом о мою самую чувственную точку. Сладострастный финиш был уже не за горами: тело извивалось в такт пальцев Эрика, а внутри с каждой секундой все сильнее натягивалась тугая пружина из моих нервов, грозящихся лопнуть.
— Да, Эрик. Просто возьми меня! У нас тут вообще-то время ограничено, — зло выплюнула я, насмешив Дюбуа. — Все девушки умоляют тебя приступить к сексу? Фетиш твой что-ли? — Извергая из себя не особо обдуманные фразы, я пыталась отсрочить подступающий финал, отвлекая себя от интимных ласк Эрика.
— Нет. Но ни одну из них я не любил больше жизни….
Внутри меня резко упал градус нарастающего возбуждения, но не из-за того, что пальцы Эрика покинули мое тело, а из-за силы его признания.
Я подняла голову, чтобы найти потемневший от желания взгляд Дюбуа. Пришло время выплеснуть то, что годами копила на душе. Эта честность была необходима нам обоим.
— Я не просто люблю тебя, Эрик. Я живу тобой. Все эти годы я боялась тебя, но в глубине души мечтала о нашей встрече. О том, что однажды мы сможем простить друг друга за прошлое и вместе его отпустить. И сейчас, когда желаемое так близко, мне не стыдно признаться: ты — мой кислород. Ты тот, без которого задыхается и увядает моя душа.
— Сад, — одновременно догадались мы, выдохнув одно слово. В нем расцветали розы, когда мы находили идиллию друг в друге, и вяли растения, стоило нам отдалиться или разругаться. Профессор Дроздов слегка ошибся в теории. Сад не просто олицетворял внутренний мир Эрика. Он воплощал нашу любовь, которая зародилась много лет назад, когда мы сами того еще не осознавали. Нашу жертвенность и способность бороться друг за друга.
Дюбуа крепко, почти болезненно поцеловал меня. Я зажмурилась, ощущая влагу на своих ресницах. Затем Эрик перехватил меня поудобнее.
— Обними мою шею крепче, — тихо попросил он, и в его голосе была уже не просьба, а команда. — Для опоры.
Я послушно обвила крепкую шею руками, чувствуя, как напрягаются мышцы плеч. Одной рукой Дюбуа ловко расстегнул ширинку, освобождая себя из тесного плена брюк. И тогда что-то твердое, горячее и невероятно соблазнительное властно уперлось между моих бедер. Эрик замер на миг, давая нам обоим почувствовать неотвратимость момента, всю электрическую полноту близости. Воздух перестал поступать в легкие. Весь мир сжался до точки нашего соприкосновения, и он подался вперед.
Сначала тело пронзил неприятный разряд, вызванный сопротивлением моих тугих мышц, и я жалобно пискнула. Эрик остановился, тяжело дыша. Было видно, что он настолько сильно желал покорить меня до конца, что с трудом сдерживал порыв овладеть мной с одного маха.
— Сильно больно? — заботливо спросил Дюбуа. Придерживая меня одной рукой, он завел упавший мне на лицо локон за ухо, и оперся ладонью о стену над моей головой.
— Нет, — соврала я, глотая слезы, но он мне не поверил. Внутри все жгло и неприятно распирало, но благодаря предварительной подготовке внушительный размер Эрика быстро достиг поставленной цели — сделать меня женщиной. Оставалось претерпеть боль и приноровиться к движениям.
— Попробуй сама, — предложил Дюбуа, передавая мне контроль над нашими телами.
Я подалась вперед бедрами, ощущая, как Дюбуа входит глубже, но стоило появиться дискомфорту, останавливалась, а потом начинала снова. При каждом моем движении, погружающем Эрика дальше в тело, он судорожно выдыхал и стонал. Происходящее невероятно возбуждало от понимания, что я управляю его наслаждением, что Дюбуа безумно желает меня.
Приспособившись покачиваться на нем, я сумела полностью его вытолкнуть из себя и тут же впустить.
— Альма, черт возьми, да! — несдержанно выругался Эрик, содрогаясь от напряжения, и я уступила древним инстинктам. Сначала он двигался плавно, проверяя мои ощущения и боясь причинить лишнюю боль. А когда я сама, нажав пятками на мужскую талию, подтолкнула его к более глубоким толчкам, Дюбуа слетел с катушек.
Мы сами не поняли, как контроль полностью вернулся к Эрику. Как я престала хныкать от жжения внизу, заменившегося приливом неописуемого наслаждения. Как движения Дюбуа стали мощнее, быстрее и беспощаднее. Как мы оба потерялись в ощущениях, стонах и жарких поцелуях. Как пытались угнаться за блаженством, покоряясь друг другу без остатка.
Одна рука Эрика переместилась мне на грудь, лаская ее через платье, крепко сжимая и чересчур восхитительно массажируя.
— Эрик, я больше не выдержу! Я сейчас… — пропищала я, когда он резко вошел и вышел из меня, поджигая фитиль нервных окончаний. Пришлось до крови прикусить губу, чтобы не вскрикнуть и не привлечь внимание охранников. Моя вырвавшаяся на поверхность любовь и страсть к этому мужчине перемешивалась со страхом быть пойманными с поличным, опасностью, которую несли с собой прихвостни Флорана, и это делало наш интимный момент поистине великолепным. Подгоняющим страсть к точке невозврата.
Но Дюбуа не позволил мне рассыпаться в его руках. Все его мускулы окаменели, подсказывая, что он тоже близок к окончанию, что еще чуть-чуть, и уступит разрядке. Мне до одури хотелось видеть, как он содрогнется в финале, как закатятся его прекрасные глаза, а из горла вырвется дикий стон.
Однако Эрик не позволили лицезреть его падение, вместо этого он покинул мое тело, заслужив недовольный вдох и опустил меня на ноги. Икры покалывало от онемения, но это не помешало Дюбуа повернуть меня к стене лицом, заставив опереться ладонями о мрамор.
Он беспардонно задрал юбку, закинув ткань мне на бедро, раздвинул мои ноги коленом и встал между ними. Я машинально прогнулась в пояснице, подставляя себя под твердое мужское естество. Эрик, не сбавляя накала страсти, глубоко толкнулся в меня и прежде, чем я бы выдала нас срывающееся-громким стоном, зажал мне рот ладонью.
Боже!
Его вырвавшаяся из клетки самоконтроля властность сводила с ума, пленила и обжигала.
Пальцы свободной руки Эрика впились в нагую ягодицу, фиксируя меня на месте. Дюбуа набирал темп, покоряя меня все глубже, и задевая внутри меня те эрогенные зоны, о которых я и помыслить не могла.
Все внутри меня требовало финала, потому что с каждым толчком Эрика спазмированные мышцы начинали причинять сладкую боль, и я сдавленно взмолилась через прижатую к губам ладонь:
— Эрик, пожалуйста…
Дюбуа быстро дышал у меня над ухом, обволакивая кожу горячим дыханием, но все