Во главе синдиката - РуНикс

— Как у него дела?

— На удивление хорошо, — ответила Нелли. — Ведёт себя примерно и следит, чтобы остальные тоже. Он стал своего рода миротворцем: разнимает драки, поддерживает хорошее настроение. Дети обращаются к нему, когда им что-то нужно.

— Он лидер, — задумчиво произнесла Амара, глядя на разговаривающего мальчика.

Нелли кивнула:

— Доктор Армстронг считает, что он либо притворяется, либо подавляет чувства, но пока рано судить. Ему нужно больше времени, чтобы дать окончательную оценку.

Амара понимала. Даже в целом это бывает непросто, особенно с детьми. Важно уделить время и убедиться во всём, прежде чем ставить диагноз, иначе ставки слишком высоки: можно повлиять на всю жизнь ребёнка или, что ещё хуже, усугубить его травму. По своему опыту она точно знала: любой ребёнок, переживший то же, что и Лекс, носит в мозгу груз — осознанно или подсознательно, — и без надлежащего ухода это может проявиться множеством способов, некоторые из которых чрезвычайно опасны.

— Пожалуйста, внимательно следи за ним, — сказала она Нелли. — Я хочу знать о любых изменениях в поведении.

Она надеялась, что этого не случится, по крайней мере, ничего негативного. Она желала мальчику всего наилучшего, надеялась на прекрасную жизнь, полную любви и радости, и собиралась сделать всё, что в её силах, чтобы он так и прожил.

Несколько других детей тоже поздоровались с ней или помахали, а Амара посмотрела на небольшой посёлок, на маленькие жизни, пострадавшие от одной-единственной злой сущности.

Они мало знали о «Синдикате». На самом деле никто из них даже не подозревал об организации, пока Морана не стала частью их жизни. Когда Тристан и Морана сошлись, при помощи Жнеца и Человека-Тени, это стало похоже на открытие ящика Пандоры. Хотя организация действовала десятилетиями, а её собственная травма была связана с ними и воплощена её биологическим отцом, работавшим на них, они узнали о ней лишь недавно.

В этой истории было слишком много неизвестного, вещей, о которых они ничего не знали.

А парень из аэропорта, с которым Морана была в безопасности и которого они считали Человеком-Тенью, казалось, знал много, но делился малым. Амара задавалась вопросом, какова его конечная цель. Нарцисс, играющий с ними, или мститель, действующий в темноте? Играет ли он ради власти или им движет что-то иное? Враг он или союзник? Кто он такой, если злая организация, которой все боятся, так его страшится? Большее ли он зло или меньшее? Как он может быть меньшим, если так терроризирует монстров? Хотя он тоже был неизвестностью, у неё было предчувствие насчёт него. Он помогал им до сих пор, даже спас жизни Мораны и Зефира и привёл к первой группе детей. Но Альфа, единственный в их группе, кто долго с ним разговаривал, понятия не имел, кто он и чего хочет.

«Загадочный ублюдок», — именно так описал его одноглазый зять. Амара не знала, что о нём думать, но чем больше узнавала, тем больше убеждалась в его целеустремлённости. С психологической точки зрения он казался ей интересным объектом для изучения, и в чисто академическом смысле ей хотелось поговорить с ним, чтобы лучше понять его мотивы и психику.

Лекс подбежал к ней с телефоном, прервав её размышления.

— Хорошо пообщались? — спросила она, взяв телефон, кликнула на случайное уведомление в электронном письме, поняла, что это спам, и удалила его.

— Да, — восторженно кивнул мальчик. — Он думает, что его усыновят.

Амара подняла брови. Мальчик был практически усыновлён. Она знала, что Морана разбирается с юридическими документами, что было непросто без записей о Ксандере. Она знала это, потому что Морана рассказала ей об этом во время группового видеозвонка с Зефир. Хотя между двумя женщинами чувствовалось напряжение — Морана пыталась справиться со своей личностью и чувствовала вину за смерть Зенит, а Зефир боролась с тьмой в их мире и оплакивала сестру, — Амара начала проводить групповые звонки через день. Обеим женщинам нужно было исцелиться, и это не произойдёт поодиночке. Все они нуждались друг в друге, особенно если ситуация ухудшится, как и предупреждал Человек-Тень. Амара была готова поверить ему на слово — к большому неудовольствию других, относившихся к этому скорее эмоционально, чем логически. Но он знал то, чего не знали они, и до сих пор не вводил их в заблуждение. Поэтому она поставила цель держать девушек вместе. Напряжение спадет, но всем им нужно собраться с силами и преодолеть это сообща.

Но это привело её к вопросу: откуда Ксандер знал об усыновлении? Потому что она знала, что Морана ещё не обсуждала это с ним.

— Почему он так думает? — спросила Амара.

Лекс пожал плечами:

— Он ничего не говорил. Он просто рад этому.

Очень интересно.

Другой мальчик позвал Лекса, и тот убежал, крикнув на прощание:

— Спасибо, доктор Марони!

Амара смотрела, как он уходит, пытаясь всё осмыслить, но каждый раз натыкаясь на препятствия. Она мечтала узнать ответы на все вопросы. Она мечтала допросить Человека-Тень, чтобы положить конец сомнениям. Она мечтала поговорить с Вин, чтобы понять, что происходит.

Амара обошла детей, проверяя, как у них дела, и мечтала о том, чтобы однажды все они исцелились. А какая-то тёмная сторона её души желала, чтобы когда-нибудь виновники умерли заслуженной, мучительной смертью.

Ей оставалось лишь надеяться.

Глава 3

Альфа, Лос-Фортис

— Гектор мёртв, — заявил Виктор, его заместитель, без тени раскаяния в голосе.

Альфа разглядывал его со своего кресла в кабинете, выискивая любые трещины. Его доверие было подорвано слишком глубоко, чтобы он мог позволить себе больше не быть настороженным. Гектор, человек, которого он когда-то считал лучшим другом и правой рукой, предал его самым ужасным образом, каким только может быть предательство. И всё ради власти. Он как никто другой знал, что власть превращает людей в чудовищ, но он никогда не ожидал, что его друг станет одним из них. Гектор не только ослепил и пытал его, лишив памяти и чувства собственного «я», но и воспользовался его уязвимым состоянием, годами делая себе инъекции рядом с ним. Альфа действительно был частично слеп, потому что как, чёрт возьми, он не видел его истинного лица? Гектор не только нападал и убивал женщин — тех самых женщин, которых Альфа посвятил свою жизнь защите, таких же, как его мать, — но и стал пешкой в руках Синдиката. Единственной, чёрт возьми, организации, о