Греховные игры - Кристин Буони

Я криво усмехнулась:

— Типа того.

— Да, полагаю, — пробормотала я. Теперь мое лицо горело от смущения.

— Спасибо, что рассказал мне об этом. Редко когда люди бывают такими честными в таком месте, — сказала она. — Но ты должна кое-что знать.

— Что?

— Если Мэв узнает тебя, то вся школа будет знать, что ты сделала к обеду.

Я вздохнула. — Так что даже если бы я тебе не сказала, ты бы все равно узнала.

Эйприл кивнула. — Да. Но теперь я знаю, что ты порядочный человек, потому что ты призналась мне в этом до того, как все эти сплетни начали распространяться. Серьезно, это здесь большая редкость. Требуется смелость, — она помолчала и слегка улыбнулась мне. — Другие люди в конце концов тоже это заметят. Так что я думаю, что здесь с тобой все будет в порядке.

— Надеюсь, — пробормотала я, и в животе тут же закрутилась неприятная тяжесть.

— Если кто-то будет с тобой груб, сразу скажи мне, — сказала Эйприл, игриво приподнимая бровь. — Я всё-таки дочка преподавателя. Могу устроить им пару отработок. Или, если совсем наглые — сбросить с одного из тех утёсов неподалёку.

Я фыркнула, не сдержав смех.

— Спасибо, ты герой.

Зазвенел звонок, и урок начался. К счастью, всё прошло довольно спокойно. Мы были в самом начале учебного года, и это чувствовалось — все вокруг выглядели такими же растерянными и неуверенными, как и я. Никто ещё не определился со своей «ролью», не обзавёлся «своими» местами и друзьями. В этом хаосе было что-то утешительное.

Когда прозвенел второй звонок, сигнализируя об окончании, Эйприл предложила показать мне, где будет мой следующий класс. Я поднялась, благодарно кивнув, и пошла вслед за ней, решительно не глядя влево, туда, где сидел Маверик.

Я чувствовала его взгляд. Жгучий. Тяжёлый. Почти физический.

Он словно прожигал дыру в моём пиджаке, и я точно знала — стоит мне хоть мельком взглянуть в его сторону, он поймает мой взгляд и… что? Ухмыльнётся? Фыркнет? Скажет что-то, что выведет меня из равновесия?

Нет. Я просто прошла мимо, будто он был всего лишь частью мебели.

Мы вышли в коридор, и я только начала выдыхать, когда Эйприл достала телефон.

— Надо же отметить возвращение в ад, — с ухмылкой сказала она и включила камеру, чтобы сделать селфи.

Я встала рядом, улыбнулась — и тут заметила экран телефона.

Позади нас. В нескольких футах.

Маверик.

Стоял, как статуя, и смотрел прямо на меня.

Наблюдал.

Кэри

Эйприл оказалась права — эта академия действительно жила сплетнями. И ещё она была права насчёт Маверика: к обеду все в кампусе уже знали моё имя и то, что я здесь по стипендии. По слухам, я получила её за нарушение закона. Миленько, да? К счастью, никто не знал точных деталей. Пока. И я определённо не собиралась делиться ими сама.

Оставшаяся часть дня была, мягко говоря, отвратительной. Люди таращились на меня в коридорах и классах, перешёптывались, когда я проходила мимо, или, что хуже всего, открыто бросались оскорблениями. Глупыми, банальными — «шлюха», «трейлерный мусор» — но от этого не менее обидными.

Самое раздражающее прозвище, которое прилипло ко мне, было «Крим». Сокращение от «криминал». Креативность зашкаливает. За последние пару часов ко мне так обратились минимум пять человек, и вот теперь это же слово красовалось на моём шкафчике — ярко-красная краска, баллончик, всё как положено.

Сначала я хотела разозлиться. Потом — расплакаться. Но в итоге только закатила глаза. Если это лучшее, что они могут придумать… Что ж, возможно, у меня действительно есть шанс стать лучшей в одном из классов. Хоть какой-то плюс.

Я вернулась в общежитие, измотанная и, честно говоря, немного подавленная. Но не удивлённая. Моя соседка так до сих пор и не появилась, так что я знала о ней только одно: у неё довольно слабая меткость, когда дело доходит до бросания носков в корзину для белья.

Какая-то часть меня надеялась, что это могла быть Эйприл, но я точно знала, что она живёт с родителями в одном из домов для персонала — так что надежда была бесполезной. Это точно не могла быть и Брук, её лучшая подруга, с которой я познакомилась за обедом — она десять минут подряд жаловалась нам с Заком (их общим другом) на свою неряшливую соседку по имени Лия.

Вздохнув, я бросила сумку на край кровати и начала наконец-то распаковываться. Минут через двадцать сделала паузу, подошла к окну — просто глотнуть воздуха и посмотреть на вид.

Небо было серым, дождь моросил, но даже в такой день вид с окна был потрясающим — океан, скалы… Это вам не автомастерская под окнами дома, к которой я привыкла.

Я наклонилась ближе, прищурилась. Что-то мелькнуло вдали — то ли остров, то ли судно. Слишком далеко, чтобы точно сказать. Я взяла телефон и увеличила изображение камерой. Остров. И на нём здание. Каменное, серое… напоминало замок.

Я тут же написала Эйприл:

Я: Это прозвучит безумно, но… я смотрю из окна общежития, увеличиваю камеру — и вижу что-то вроде замка на острове. Это вообще реально?

Ответ пришёл через пару минут:

Эйприл: Да, это Икарус Холл. Он раньше принадлежал школе.

Я: Серьёзно? Почему так далеко?

Эйприл: Почти сто лет назад это было общежитие для девочек. Тогдашние родители считали, что вода — отличное препятствие между их дочерьми и мальчиками. Типа защита от гормонов. Но где-то в 60-х от этой идеи отказались и сделали школу по-настоящему совместной. Ну, за исключением отдельных общежитий, конечно. Тут они до сих пор остались.

Я: А как они тогда туда добирались? На лодке?

Эйприл: Ага. Моста нет — остров слишком далеко, чтобы построить что-то подобное. Думаю, это одна из причин, по которой они перестали его использовать. Постоянные поездки на лодке туда-сюда — с людьми, едой, оборудованием — были настоящей головной болью. Сейчас это здание в списке охраняемых культурных объектов. Но туда никто не ходит. Смысла нет. Оно такое же, как и любые другие здания на территории школы, просто старое и изолированное. А сам остров — по сути, огромная скала, ничего интересного.

Я всё ещё обдумывала эту неожиданную историческую справку, когда за спиной скрипнула дверь.

Я даже не успела обернуться, как по комнате разнёсся голос, который я узнала сразу — и от