Дженис Каплан - Я прекрасна!

К нам подходит официант с подносом, уставленным закусками, и подробно представляет каждую.

— Я буду крабовое мясо, а Сара — пирог с грибами, — не задумываясь, распоряжается Джеймс. И мы удивленно смотрим друг на друга. — То есть я хочу сказать, что ты выберешь сама, — торопится он исправиться.

— Честно говоря, это по-прежнему мое любимое блюдо. — Я беру с подноса маленький пирог. Неужели мои вкусы не изменились за все эти годы? Мне очень неловко от ощущения, что Джеймс по-прежнему многое обо мне знает. Я ухожу от него подальше и сажусь на диван. На террасе я замечаю Эйдена и Берни, но у меня нет сил подняться и подойти к ним. Берни машет рукой и через минуту сама подбегает ко мне.

— Ты слышала, что наша продвинутая Присцилла запланировала на сегодня? — Берни возбуждена.

— Курс повышения квалификации по использованию наручников и кнутов? — равнодушно спрашиваю я.

— Нет, но я предложу это для следующего раза, — ухмыляется Берни. Как только она замечает, что я не слушаю, а слежу за Джеймсом, ее энтузиазм моментально сникает. — Что это за парень? — спрашивает она, проследив за моим взглядом.

— Джеймс. Мой бывший.

— Джеймс? — На ее лице крайнее удивление. Кажется, это потрясло ее сильнее, чем если бы я заявила, что перестала делать покупки в «Таргет». — А он симпатичный, вот только как его сюда занесло? — шепчет она, наблюдая, как Джеймс медленно идет в нашу сторону.

— Это я пригласила его. — Стараюсь говорить как можно более непринужденно. А что я еще могу? Ведь если подумать, мой жених отбыл в Гонконг, а я теряюсь в догадках, вернется ли он. Так с чего бы мне избегать контактов с моим бывшим мужем, который, как я думала, никогда не вернется, но вот он здесь. В моей жизни смены действующих лиц больше, чем в актерском составе сериала «Закон и порядок».

Подходит Джеймс. Я знакомлю его с Берни. Легкий стиль общения и дружеское подшучивание моего бывшего мужа нравятся моей подруге.

— Он классный, — шепчет она, когда Джеймс отлучается за напитками. — Не понимаю, как ты вообще могла позволить ему уехать.

— Видимо, у меня к этому способности, — пожимаю я плечами.

Джеймс возвращается вместе с Присциллой. Она держит его под руку, а ему как-то удается удержать в свободной руке сразу три бокала.

— Итак, вы уже знаете, чему посвящена сегодняшняя вечеринка? Все готовы? — спрашивает Присцилла.

— Поверить не могу, что тебе такое пришло в голову, — произносит Берни — она единственная из нас знает о планах. Мы с Джейком помалкиваем.

— Непросто постоянно стремиться к совершенству, но я стараюсь, — гордо заявляет Присцилла. — И надеюсь, что все присоединятся. Помните, мои дорогие, что вас не каждый день приглашают на вечеринку ключей.

— Что такое вечеринка ключей? — тут же интересуется Джеймс.

— Я хотела спросить то же самое, — говорю я.

— Какие же вы оба невинные! — обнимает меня и его Присцилла. — Я читала, что такие вечеринки проходили в восьмидесятые годы. По-моему, их придумал Уоррен Битти.

— Но что это такое? — не терпится мне узнать.

— Небольшая пикантная игра, — смеется Присцилла. — Берется какая-нибудь большая посудина, каждый мужчина должен положить в нее свой ключ, а женщины, закрыв глаза, достают их.

Присцилла тут же удаляется встречать очередную пару, а мы втроем переглядываемся.

— А что происходит после того, как ты достала ключ? — спрашиваю я, ничего не подозревая.

Берни таращит на меня глаза. Что ж, у нее гораздо больше опыта, чем у меня. Она жила в Лос-Анджелесе, бывала в «Ле Доум» и обедала с Шарон Стоун. А я, перекусывая в ресторанах сети «Олив гарден», познала совсем не так много, как казалось.

— Все очень просто, — объясняет Берни. — У тебя есть ключ, и ты знаешь, с кем проведешь этот вечер.

Джеймс запрокидывает голову и разражается хохотом. Однако Берни была права. Присцилла ходит по террасе и собирает ключи в тяжелую стеклянную вазу, которая, вполне вероятно, передается в их семье по наследству еще со времен первых поселенцев. Если бы ее прапрапрабабушка знала, для каких целей будет использоваться эта реликвия, она скорее всего разбила бы ее о Плимутский камень[18].

Мужчины из Хэдли-Фармз — они совсем не соответствуют стандартам журнала «Джи Кью» — храбро бросают свои ключи в вазу. Присцилла приближается к нам, и я не знаю, как себя вести. Вот это и есть давление со стороны окружающих. Я здесь новичок и хотела бы завести друзей, но не таких близких. С другой стороны, я всегда любила компании и никогда первой не уходила с вечеринок. Если нужно, я могу даже поиграть в шарады.

Джеймс лезет в карман и достает ключи.

— Теперь я понимаю, почему ты сюда переехала. Здесь интереснее, чем в Линкольн-центре!

— Но ты ведь не собираешься играть по-настоящему? — в ужасе спрашиваю я.

Он начинает демонстративно разглядывать присутствующих дам. Пару раз качает головой. У него скептическое выражение лица, будто он сделал отрицательный вывод.

— Здесь нет никого, с кем я хотел бы пойти домой, — задумчиво произносит он. — Кроме одной женщины. — Он снимает с брелока ключ от квартиры и протягивает его мне.

Неужели он серьезно? Даже если это так, я не могу взять этот ключ. Хотя бы потому, что не знаю, где он живет. Кроме того, я обручена. Или по крайней мере, думаю, что обручена. Брэдфорд говорит, что у нас «перерыв». Но как надолго? Я смотрю на блестящий ключ и качаю головой. Это неподходящий способ найти ответ на мой вопрос.

— Я сделаю вид, что ты шутишь, — отвожу я его руку.

Джеймс убирает ключ в карман и обнимает меня.

— Конечно, — с легкостью соглашается он.

Но искренне ли? Не хочу даже задумываться.

— Я иду домой одна, — решительно заявляю я. Надеюсь, это не станет постоянной практикой в моей дальнейшей жизни.

Направляюсь к выходу, но замечаю, что Присцилла уже закончила обход и игра вот-вот начнется. Хоть я и не собираюсь играть, но почему бы не понаблюдать? Это веселее, чем роман Джона Чивера[19].

— Кто первый? — громко интересуется хозяйка, подняв вазу и ожидая, пока кто-нибудь из женщин выйдет вперед. — Пора забирать себе ключ одного из этих красавцев.

Присцилла умеет делать комплименты. Возможно, она уже собирала ключи на какой-нибудь вечеринке?

Энергичная рыжеволосая дама уверенно подходит к вазе.

— Я готова! — заявляет она. — Действовать нужно, пока есть выбор!

Присцилла достает фиолетовую повязку и завязывает ей глаза. Интересно, правила требуют, чтобы она не снимала ее целую ночь? Это могло бы оказаться весьма кстати, тогда она не увидит, кто ей достался.