Арабский кофе со сливками - Евгения Романенко

Конец первой части

Светлана осторожно переступила порог своего жилища, тихо закрыла входную дверь и с опаской осмотрелась по сторонам. С таким шалопаем, как младший брат, и его верным союзником — её сыном — молодую женщину могли подстерегать любые неприятности.

У противоположной стены узкого коридора прижался долговязый подросток. Светлые пряди падали на его мокрый лоб; он тяжело дышал и, напряжённо глядя на неё, прижал указательный палец к губам. Светлана ухмыльнулась, заметив, что за спиной Кирилл сжимает ярко‑розовую рукоять игрушечного пистолета.

«Опять война… Хотя я должна радоваться, что хоть у меня Кирюха не играет в своих видеомонстров», — философски подумала Светлана, наблюдая за тем, как её младший брат по‑пластунски продвигается к заветному повороту на кухню.

Кирилл с самой серьёзной миной осторожно выглянул за угол и моментально спрятался, нетерпеливо махнув рукой — мол, сохраняй спокойствие. Света вздохнула, попятилась к двери, стараясь не шелестеть розовой обёрткой роскошного букета нежно‑розовых роз. Замерев на коврике перед дверью, она с улыбкой наблюдала за манёврами брата.

Кирилл торопливо вскинул своё оружие, завёл дуло водяного пистолета за угол и сделал пробный выстрел. Послышались лёгкие шаги — словно кто‑то перебежками пробирался к выходу из квартиры. Кирилл напрягся, проверил количество жидкости в баллоне и вновь замер, лёжа на ковровой дорожке.

Из‑за угла выскочил маленький мальчик двух лет. Он с трудом удерживал огромный ядовито‑жёлтый водяной автомат. Смешно тряхнув чёрными, как смоль, кудряшками, мальчик оглядел коридор. Первое, что он увидел, — свою мать.

Света подмигнула сыну и хотела сделать шаг вперёд, но он прижал ладошку к губам, призывая её к молчанию, и повернулся к своему сопернику. Квартиру разорвал победный клич Кирилла, и мальчишки с хохотом принялись обстреливать друг друга водой.

Светлана уже давно переобулась в домашние тапки, положила сумку и цветы на низкий столик. Она наблюдала, как футболка Кирилла и рубашечка её сына намокают от воды. Только сейчас она смогла по‑настоящему расслабиться после изматывающе долгого дня. Кто сказал, что день рождения может быть таким утомительным?

Молодая женщина улыбнулась при виде мокрой рожицы Никиты. Влажные кудри облепили голову. Света едва сдержала вздох: её сын был настолько похож на Фархана, что всё чаще и чаще вызывал у неё приступы тоски. Даже сейчас, когда Никита, подражая киношным героям, отступал с автоматом наперевес, на его лице застыло то самое упрямое выражение…

— Проси пощады, Никитос! — ломающимся голосом провозгласил Кирилл, оттесняя противника к стене.

Перестрелка закончилась тем, что у Никиты закончилась вода в баллоне, и он совершил хитрый манёвр — просто кинулся к Светлане на руки.

— Мама пришла! — радостно закричал он, обнимая Свету за шею. — Всё! Я не играю!

— Никитка! — с нежной улыбкой выдохнула Светлана и подхватила на руки черноволосого смуглого ангелочка. — Ну, здравствуй, мой милый, — радостно проговорила она, целуя круглые щёчки ребёнка.

— Свет, ты что‑то рано пришла! — недовольно пробурчал Кирилл. — Если бы не твоё появление, я бы непременно выиграл это сражение.

— Киря, — Света расхохоталась, глядя на обескураженное лицо младшего брата, — ну что ты как маленький? Никитке всего два года, а ты ведёшь себя так, будто вы ровесники.

— Мама красивая! — непосредственно заявил Никита, перебирая золотисто‑рыжие локоны, собранные в конский хвост.

— Спасибо тебе, милый, — ласково отозвалась Света, целуя носик ребёнка.

— Ну, так нечестно, — пробурчал Кирилл и бросил пистолет на пол. — Мне тоже к мамочке лезть?

— Нет, Кирилл, ты же старше! Уступи племяннику, — сказала Света и потрепала мокрую шевелюру младшего брата. — А теперь — переодеваться!

Света ласково погладила сына по голове и внесла его в единственную комнату квартиры. Никита расплылся в блаженной улыбке, прижимаясь к матери. Его удивительные миндалевидные глаза блаженно прикрылись, пряча за длинными чёрными ресницами радужку каре‑зелёного оттенка.

Света оставила сына на диване и подошла к шкафу.

— Светка, мы тут с малым сделали тебе подарок на день рождения, — сменил тему Кирилл.

Света с радостной улыбкой обернулась к мальчишкам. Оба хранили торжественное молчание, на лицах застыло наигранно серьёзное выражение. Кирилл стоял возле её стола, а Никита сидел на диване с важным видом.

— Мы хотели тебя поздравить, — продолжал Кирилл. — Никита сам сделал. Ну, я, конечно, тоже помогал.

Света отлично видела, что Кирилл что‑то прячет за спиной. Никита завозился и попытался слезть с дивана.

— Ма, хасю на поль! — требовательно заявил он, показывая пальчиком на ковёр. — Киля!

— Сейчас, милый, надо сначала переодеться, высушить голову, а потом уже поздравления, — непререкаемым тоном заявила Светлана и решительно достала вещи малыша и полотенце.

Никита не любил переодеваться, но ради того, чтобы поздравить маму, вытерпел: его насухо вытерли, сняли мокрую одежду и надели сухую.

— Киля, — глухо пожаловался он матери, показывая, что Кирилла‑то не переодевают.

— Не переживай, Никитка, и до Кири очередь дойдёт, — сообщила Света и красноречиво указала в сторону ванной. — Марш вытираться. Снимай мокрую футболку. У меня где‑то ещё одна чистая завалялась.

Младший брат скривился, что‑то пробурчал для вида, но подчинился и скрылся в ванной комнате.

Когда с переодеваниями было покончено, наступил торжественный момент. Кирилл и Никита со счастливыми лицами встали перед растроганной Светой и поздравили её с днём рождения. В основном говорил младший брат, зато Никита усиленно поддерживал дядю междометиями и бурной жестикуляцией.

Вручая подарок — самодельную открытку, где корявым почерком Кирилла было написано: «С днём рождения, мамочка», а кривые красные цветочки усыпали белый картон, — Светлана почувствовала, как у неё дрогнуло сердце и на глаза навернулись слёзы. Простые нарисованные цветочки были дороже роскошного букета, подаренного Вовой… хотя какой он сейчас Вова? Владимир Николаевич, начальник отдела архитектуры и дизайна в компании, где Света работала внештатным дизайнером — на дому, и всё благодаря ему.

— Спасибо вам, мои дорогие! — чуть не плача пролепетала Света, проводя пальцами по цветам, нарисованным её ребёнком. — Никита, Киря, вы молодцы!

Она по очереди перецеловала своих мужчин. Кирилл напустил на себя отстранённый вид