Лето. Ласточка. Любовь. Мои три Л. - Кира Русова

— Вы чего там так долго?! Спалят же! — возмущался Денис, который, судя по всему, так и грустил по поводу упущенного пива.

— Да… — отмахнулась я, даже не пытаясь придумать оправдания.

— Я поведу Иру в медпункт. — сказал Вовчик, и я только сейчас заметила, что у нее из голени течёт струйка крови.

Вова подхватил девчонку на руки, а она, обняв его руками за плечи, кинула прощальный взгляд на забор, из-за которого так и не появлялся Климов.

— Никит! Ты чего там? — нетерпеливо крикнул Дэн в щель.

— И этих негодников с собой прихвати! Я из-за вас чуть инфаркт не схватил! — толкая в спину Никиту, из-за кустов появился охранник. — Ишь чего удумали! Со свету сжить дядю Васю решили! Ё-моё! Ещё и девчонку надоумили! Вот я вас — негодники! — и Никите и Денису достались подзатыльники от охранника дяди Васи.

На крыльце корпуса нас уже ждала Алиса Степановна.

Завидев нас, она бросилась вперед, а Никита раскрыл руки для объятий, но заметив скрученное в жгут полотенце у неё в руках, постарался увернуться от удара. Алиса Степановна носилась за мальчишками по дороге перед корпусом и хлестала их полотенцем.

— Ах вы! Да я вас! Да вы хоть знаете, что мы с Олегом Алексеевичем пережили! Да нас же посадить за такое могли! — тут она остановилась и растерянным голосом спросила — А где Вова?! Вова где, я спрашиваю!!

— Алиса Степановна, уберите полотенце. — явно забавляясь, и не обращая внимания на то, что у него разодрана щека, веселился Климов. — Нормально с ним всё! В медпункт пошел.

— В медпункт? Ох, мама говорила же мне — не едь вожатой, иди к тёте Рае огурцы на рынке продавать! Нет же! Не послушала я её! Вот что мне теперь делать…

— Да с ним и правда всё хорошо! — успокаивал Никита вожатую. — Он просто девочку повел туда, как джентельмен.

— Девочку… — голос у вожатой стал совсем слабый.

— Там просто ссадина, максимум вывих. — отмахнулся Денис, но увидев, как побледнела вожатая, поспешил добавить. — Да она из другого корпуса.

— Из другого? — кажется у Алисы Степановны отлегло от сердца, и она снова поддала Климову полотенцем, а он, посмеиваясь, побежал к корпусу.

Я поспешила к входу, надеясь, что меня ещё не заметили.

— А тебя, Соболева, я вычеркнула из конкурса! Будешь в корпусе сидеть всю оставшуюся неделю!

Я не стала оборачиваться, а взлетела вверх по ступенькам.

Когда я зашла в комнату, меня чуть не сбила с ног Фаина, лицо которой было заплакано. Подруга кинулась мне на шею и зашептала:

— Прости меня, Марин! Хочешь, забирай его! Ты мне дороже!

Я посмотрел на Улю и Аню, а они пожали плечами.

— Кого забирать-то? — пытаясь отлепиться от подруги, решила уточнить я.

— Эдика конечно! Ты мне дороже! Маринка, как я испугалась, что больше тебя не увижу!

— Да ладно тебе Фая! Всё в порядке. — но подруга не отпускала меня из своих цепких объятий. — Да ты меня сейчас задушишь! — Только тогда она ослабила хватку.

— Мир? — с надеждой в глазах спросила она.

— Мир! — кивнула я, и она снова сжала меня в объятья.

Ночью я долго не могла уснуть. После урагана во всём лагере не было света. Кажется где-то перебило провода. Ярмарку и дискотеку на сегодня отменили. Кухня тоже не работала. Ужинали мы бутербродами, запивая их соком из упаковок. Наше пребывание в лагере встало под вопросом.

Я вспомнила, как мы целовались с Никитой, и мне захотелось придушить себя подушкой. Телефон замигал, и я с грустью на него посмотрела. Он промок но, к счастью, всё равно работал. Только вот заряда осталось совсем мало. Если завтра электричество не починят — нас всех отправят по домам.

Заметив непрочитанное сообщение, я открыла его:

«Имбецил»:

«Что-то от тебя сегодня ни строчки. Я уже соскучился по тебе, моя стервочка», и смайлик в виде поцелуйчика.

Я начала быстро набирать ответ, в котором говорилось о его умственных способностях.

А ведь он сегодня спас меня, когда я испугалась и не могла сделать ни шага. И помог мне преодолеть паническую атаку — пускай и своим дурацким климовским способом, но поцелуй и вправду сработал. Кажется с меня хватит. Ты Климов выиграл!

Удалив набранное сообщение, я зашла в настройки чата.

«Вы точно хотите заблокировать «Имбецил»?».

Обожаю главы от Маринки, а вы?)

— Ну привет, Фаина — расхитительница чужих парней!

Передо мной стояла Ася. Волосы её были уложены в красивую волну, а лиловое платье выгодно подчёркивало фигуру. Я почувствовала себя рядом с ней слишком простой в своём сарафане.

— Я всё знаю по вас!

По моей спине пробежал холодок. Что она теперь будет делать?

— Мне уже всё равно! Можешь мне поверить — если бы Марк мне был нужен — у тебя не было бы ни единого шанса!

— Он сказал вы расстались... — единственное, что я произнесла.

— Да! И это я его бросила! — ткнув себя в грудь пальцем, надменно посмотрела на меня Вешнякова. — Так что, нравится — донашивай!

— Но он же не вещь какая-то, чтобы так о нем говорить. Марк — хороший…

— Все они хорошие, пока спят зубами к стенке! — фыркнула Ася и уже хотела уйти, но, опять развернувшись, добавила. — Я знаю, что вы с подругами задумали! Не надейтесь, что у вас получится! Корона — моя! — в её глазах сверкнули опасные огоньки. — Уж этого тебе у меня не забрать!

— Асенька! — появилась из-за дверей Крис, которая, смерила меня высокомерным взглядом и повернулась к Асе. — Смотри — мне тоже идет голливудская волна. — и она провела рукой по своим волосам.

— Ксю говорит, что с такой прической хоть на сцену. Ась… — заискивающе посмотрев на подругу, говорила Крис. — Я вот думаю, может мне в этом году тоже в конкурсе поучаствовать?

— Ксюша постоянно несёт всякую чушь! Нашла кого слушать! — резко отчеканила Ася, а затем, повернувшись ко мне, спросила. — У вас есть же свободная кровать, а, Ласточкина?

— Эм. Вроде есть раскладушка за шкафом, а что? — не понимая, к чему она клонит, замешкалась я.

— Пойдёшь к ним, предательница? — сверкнув глазами, накинулась на подругу Ася.

— Ася! Да ты чего?! Я же просто спросила! — растерялась Крис. — Не пойду я ни на какой конкурс!

— А то смотри! У них и место есть! — и гордо дёрнув головой, Ася удалилась в свою комнату.

Видимо сегодня день такой — планеты как-то неудачно сошлись и подруги из-за этого ссорятся. Меркурий там шалит, что ли?