Исторія о донскихъ козакахъ - Александр Ригельман
Какъ бы то ни было, только Козаки спокойно владели Азовомъ по 1642 годъ: выходили съ своими судами въ Азовское и Черное морѣ и не мало обезпокоивали Турецкіе берега и флотъ. Между тѣмъ временемъ, какъ Султанъ самъ противъ Персіянъ въ походъ отправился, приказано было Татарамъ стараться о возвращеніи Азова, но Козаки отбивали ихъ всегда съ немалымъ урономѣ. Однако жъ они въ 1638 году, вышедъ въ Черное морѣ съ 1,700 человѣкъ противъ Піали Паша, которой былъ гораздо сильнѣе ихъ, потерями до 700 человѣкъ, съ Турецкой же стороны побито было въ жестокомъ ономъ сраженіи такъ же около 1,000 человекъ. И такъ все происходило до воцарившагося Султана Ибрагима, которой въ 1641 году, пользуясь совершеннымъ миромх съ Персіанами, понудилъ къ осаде Азовской со всею ревностію, препоруча оную Піали Aгѣ, содержателю арсенала, яко много искусному и въ храбрости испытанному мужу, которой недавно предъ тѣмъ былъ въ Капитанъ Паши произведенъ, слѣдовать флотомъ, состоящимъ изъ 45-ти галеръ и великаго числа галіотовъ, фелюковъ, чаякъ и другихъ судовъ.
Сухопутное войско подчинено было въ команду Силистрійскому Пашѣ, Гусейнъ Делію, которой Козаковъ почиталъ завсегда безсильныхъ, а чрезъ покореніе оныхъ немалую себѣ славу получить надеялся. И такъ Гусейнъ Дели отправился сухимъ путемъ къ Азову съ 60,000 Крымскихъ Татаръ, 10,000 Черкесъ, 20,000 Янычаръ, и 20,000 Спаговъ, кромѣ еще великаго числа Молдавцовъ и Волохъ.
Въ Азовѣ жъ тогда находилось только 1,400 вооруженныхъ Козаковъ и 800 женщинъ, кои достойны къ причисленію въ гарнизонъ, потому что оне въ защищенie города немалую славу заслужили. Піали Паша, отправясь напередъ съ флотомъ, имелъ такую неудачу, что принужденъ былъ, не доходя въ восьми миляхъ отъ берегу, остановиться за мелями, которыхъ нельзя было проходить безъ самыхъ искусныхъ лоцмановъ, и такъ ему не можно было стрѣльбу съ галеръ съ пользою производить. Сего ради заблагоразсудилъ только морскихъ своихъ солдатъ высадить на берегь и присовокупить къ арміи. Потомъ іюня 24-го числа окружили городъ и съ ужасною силою во многихъ мѣстахъ наступили, но неимоверною храбрости оборонялись Козаки, и въ тѣ приступы, которые продолжались семъ дней сряду, отъ 5 ти до 6-ти тысячь Турокъ побито, да 2,000 Янычаръ, кои на одномъ, сдѣланномъ своемъ раскатѣ, храбро стояли и по городу били, на воздухъ чрезъ подкопъ полетели. Во время всѣхъ оныхъ приступовъ жены не устрашались мужьямъ своимъ приносить не только пищу, порохъ и всякаго снаряду, но сами на приступающихъ бросали зажженный смоляныя крутки, горячую смолу, кипятокъ и прочія огненныя орудія, и такъ, что сколько того приступа, столько и ядеръ не страшились. Турки жъ какъ мало отъ нихъ, такъ и оть ихъ мужей, могли обороняться; напослѣдокъ уже невозможно было Турокъ ни прозьбою, ни угроженіями, ни побоями къ новому приступу склонить, а особливо, какъ съѣстныхъ запасовъ недоставать стало.
Для отвращенія сего недостатка погла пошла было Турецкая и Татарская конница въ Россійскую область за фуражемъ, но какъ оную оттуда выгнали, то Турки Pocciи уже больше никакога поводу дать не хотѣли, чтобъ за cie отомстить и учинить Козакамъ въ Азовѣ вспоможеніе. Паша Силистрійскій которой отъ объявленнаго недостатка въ съѣстныхъ припасахъ, бунту опасался, хотѣлъ свое войско всегда въ движеніи содержать, приказалъ такъ же и Спагамъ спѣшиться и на приступъ итти, и оныхъ такъ равно, какъ и пѣшихъ, самъ вести.
Но Козаки подвели такъ хорошо вездѣ подкопы, что Турки нигдѣ безъ опасенія стать и шанцами укрѣпиться не могли, причемъ какъ жены, такъ и дѣти, весьма неустрашимы были и къ оборонѣ всячески способствовали. И такъ на безпрестанныхъ и безполезныхъ приступахъ Турки почти весь свой порохъ издержали, для чего принуждены были цѣлые десять недѣль безъ дѣйствия стоять, чрезъ что осажденные получили себѣ отдохновеніе и отъ понесенной въ такихъ непрестанныхъ оборонахъ и караулахъ трудности поправились. Турецкой полководецъ, видя, что за такими многими недостатками осаду продолжать силою нельзя, вздумалъ покуситься обещаніями и деньгами ихъ склонить, и для того послалъ отъ себя и отъ Піали Паши въ городъ Мегмета Агу, а имянемъ Татярскаго Хана Курть Агу и Чехомъ Агу, чтобъ чрезъ такихъ знатныхъ мужей и дачею въ тотъ часъ 12,000, а потомъ еще по опростаніи города 30,000 червонныхъ, къ здачѣ оныхъ склонить. Точію они Агасовъ тѣхъ, хотя съ благосклоннымъ пріемомъ и вежливостью приняли, но, по выслушиваніи ихъ посольства, весьма не по ихъ мненію имъ отвѣтствовали, объявляя, что они къ честной оборонѣ довольно запасли оружія и храбрости еще имѣютъ, и съ тѣмъ ихъ тотчась назадъ отпустили.
Вскорѣ послѣ отпуску тѣхъ Агасовъ, учинили Козаки вылазку на Турокъ, кои притворно потомъ, яко бы отъ страху, стали отступать, что видя непріятель за ними множествомъ погнался; Козаки жъ даннымъ сигналомъ вдругъ три подкопа подъ ними подорвали, чрезъ что болѣе 1,600 Татаръ и Турокъ пропало, и такъ потомъ за ними, кои ихъ часто по ночамъ посѣщали, гнаться не смѣли, въ какомъ маломъ числе они къ нимъ ни приходили. Къ тому жъ и ни малаго извѣстія о истинномъ числѣ о состояніи осажденныхъ получать не могли, ибо никто изъ Козаковъ къ нимъ не перебѣгалъ, а хотя кто изъ нихъ и въ полонъ къ нимъ попадался, однако никакими обѣщаніями и мучительствомъ вывѣдать ничего не могли, и чаяли Турки, что нѣсколько тысячь ихъ въ городѣ было, вмѣсто чего развѣ нѣсколько сотъ находилось. Такъ же, по счастію осажденныхъ, Татара, кои выше Азова расположены были, очень неосторожно и слабо караулы свои имѣли, такъ что не препятствовали въ темнотѣ свѣжему войску въ городъ входить и всякіе припасы доставлять.
Но по долгомъ времени недостатокъ у Турокъ наградился полученіемъ отъ Калашъ Аги Магомета и прочихъ, на шести скороходныхъ баркахъ сороковесельныхъ, великаго множества пороху и другихъ военыыхъ припасовъ. Въ самое жъ то время прибыль и Асанъ Паша съ изобильнымъ числомъ съѣстныхъ запасовъ изъ Очакова, чрезъ что Турки ободрясь, паки жестокой приступъ къ городу дѣлали, и напали на раскатъ, имлнуемой Заброколъ, на которомъ было 14 пушекъ;