Хардкорная история. Апокалиптические моменты от древности до наших дней - Дэн Карлин

Конечно, «неправильность» — это культурно обусловленная концепция. У каждой эпохи и каждой культуры есть собственные представления о наилучшем воспитании потомства. Но хотя родители повсюду и во все времена старались сделать то, что будет полезнее всего для их отпрысков, в прошлом значительная часть информации, которой они располагали, была ошибочной. Родители из невежества могли навредить детям тем, что, как им казалось, пойдет во благо. Современное представление о здоровье и науке, а также повсеместное распространение информации о воспитании детей породили самое информированное поколение родителей в истории. Особое внимание сегодня уделяется раннему развитию детей. Хорошо известно влияние недоедания в детстве, пагубное влияние на плод алкоголя и наркотиков. Мы знаем, как вредна для детей плохая гигиена, насилие и просто плохое воспитание. Родители, склонные к насилию или не соответствующие минимальным стандартам общества, часто теряют опеку над собственными детьми. А в крайних случаях они могут оказаться в тюрьме.

Все это, несомненно, с течением времени значительно улучшило воспитательный климат в современных обществах. И преимущества для конкретных детей безмерны. Но попытки определить, как все это ощущается на уровне общества, довольно сложны. Очевидно, что это влияет на общество, но почти невозможно сказать, как и в какой степени. Способствуют ли значительные культурные сдвиги в воспитании детей созданию лучшего общества? И, наоборот, в какой степени плохие для детей условия влияли на общества прошлого?

Некоторые теории в этой сфере кажутся притянутыми за уши, но они определенно заставляют нас задуматься о том, что ускользает от радара, выискивающего традиционные имена, даты и события, на которых мы сосредоточиваемся, когда пытаемся понять историю. Можем ли мы, к примеру, предположить, что воспитание детей влияло на внешнюю политику государств? Если это кажется маловероятным, то представьте себе мир, в котором половина взрослых являются жертвами детского насилия, а затем подумайте о множестве странных и непредвиденных последствиях подобного состояния. Довольно интересный вопрос.

Одним из первых о потенциальной исторической значимости воспитания детей заговорил Ллойд Демоз[27]. Демоз специализируется в психоистории — противоречивой науке, которая в числе прочего рассматривает воспитание детей и то, какое влияние оно может оказать на историю. О своих довольно туманных взглядах на родителей прошлого он пишет в книге «Эмоциональная жизнь народов» (The Emotional Life of Nations, 2002): «До относительно недавнего времени родители так боялись и ненавидели новорожденных младенцев, что убивали их миллиардами, отправляя к бездушным и невнимательным кормилицам, туго пеленая, уродуя, насилуя и избивая их так жестоко, что я не смог найти в прошлом ни единого родителя, который сегодня не оказался бы в тюрьме за насилие над ребенком».

Демоз и психоисторики рассматривают общества прошлого так же, как психологи и психиатры изучают сегодня конкретных людей, пытаясь понять, как раннее развитие и влияние на детей влияет на общества, которые эти дети создают, став взрослыми[28]. Демоз считает, что большинство детей, рожденных до относительно недавнего времени, по современным меркам считались бы жертвами насилия. Это, по его собственному мнению и мнению его сторонников, объясняет, почему, например, эпохи типа Средних веков были настолько варварскими[29].

Но человеческие культуры настолько разнообразны, что подобные прямолинейные заявления кажутся слишком уж общими. Хотя такие теории действительно применимы к некоторым сложным городским обществам, во многих племенных и иных обществах прошлого существовали проверенные временем стандарты воспитания, где присутствовала истинная родительская и родственная любовь. Но члены таких обществ слишком часто вовлекали детей в действия, которые, как мы считаем сегодня, наносили им серьезный и длительный ущерб. Но многое было связано всего лишь с жизнью в другую эпоху. Для ребенка, который рос несколько тысяч лет назад, насилие было нормой жизни и вряд ли оказывало на него какое-то негативное влияние — в отличие от ребенка современного.

Одна из важных переменных этого обсуждения связана с тем, можно ли считать, что какая-то культура прошлого защищала детей от влияния того, что сегодня мы назвали бы насилием, пренебрежением или эмоциональной и психологической травмой. Если поведение, которое по современным меркам считалось бы девиантным, в прошлом воспринималось более позитивно и было культурно адекватным, то и влияние его должно было быть не таким пагубным. То есть оценка степени насилия над детьми или качество воспитания зависит от исторической эпохи. Но если что-то из этого считается социально приемлемым и не осуждается так, как сегодня, можно ли считать, что пагубное влияние этого уменьшается? Можно сказать, что пагубность влияния одинакова и не зависит от общества или эпохи. Но можно сказать и что степень пагубного влияния обусловлена культурой. Либо люди прошлого были совершенно нормальными и адекватными взрослыми, несмотря на опыт детства и различия в воспитании, либо, как считает Демоз, все они были жертвами насилия и жили в обществе, созданном и управляемом жертвами насилия.

Проще всего представить, насколько тяжело приходилось детям в обществе прошлого, если поставить себя на их место. Представьте, каким было бы ваше детство, если бы исчезли сегодняшние запреты, расследования и принуждение к соблюдению законодательства в отношении насилия над детьми. Ведь даже сегодня в каждом обществе присутствует насилие, дурное отношение и невнимание к детям. А без строгих правил и законов ситуация усугубилась бы стократно. Представьте, каково было бы, если бы общество поощряло подобное поведение[30].

Избиения детей были общепринятой формой воспитания с древнейших времен до относительно недавнего времени. Многие представители Величайшего поколения, к примеру, выросли в условиях, когда подобная практика не была чем-то необычным[31]. Серьезная порка многими считалась лучшим и надежным способом воспитания добропорядочных взрослых. Порка была нормой для любых школ. Если сегодня родитель ударит ребенка ремнем раз двадцать-тридцать, общество в подавляющем большинстве сочтет его склонным к насилию и осудит. По меркам же прошлого его назвали бы достойным родителем, хотя ремень сочли бы плохой заменой того, что предназначено специально для порки детей.

В «Истории детства» (The History of Childhood, 1974) Демоз описывает различные приспособления для телесных наказаний:

•  разнообразные хлысты;

•  плетка-девятихвостка;

•  лопатка;

•  розги;

•  металлические и деревянные прутья;

•  связки прутьев;

•  хлысты из мелких цепочек;

•  «хлопалки» (школьные приспособления с грушевидным концом с круглым отверстием, чтобы появлялись ссадины).

Сегодня даже представить невозможно, чтобы появилось приспособление, специально предназначенное, чтобы на теле семи-восьмилетнего ребенка появлялись раны и ссадины. Однако часто повторяемая поговорка «пожалеешь розгу — испортишь ребенка» говорит о том, что родитель, не усердствующий с телесными наказаниями, наносит детям только вред. И долгое время многие совершенно серьезно так считали[32].

Трудно винить родителей за непонимание потенциального вреда, причиняемого ими собственным