Венесуэла. Полная история страны - Рамон Наварете
Затем к тому месту, где стояли корабли Колумба, приблизилось несколько лодок. Европейцы видели многих коренных жителей, занимающихся добыванием жемчуга. А в лодках они увидели коренных жительниц с множеством жемчужных нитей на шее.
Один моряк вынес раскрашенное блюдо из Валенсии. Он разбил его на куски и предложил эти куски коренной жительнице. Она подарила ему взамен кучу жемчуга. Затем Колумб приказал собрать всю посуду, которая была на кораблях, и передать ее туземцам, а те в ответ подарили им много жемчуга.
Джон Вандерлин. Высадка Колумба в Америке. 1847
Колумб не открыл новый мир; он установил контакт между двумя мирами, оба из которых уже были старыми. Он сообщил европейцам о существовании континентов и островов, которые были обитаемы уже на протяжении многих веков.
К сожалению, Колумб в то время страдал от глазной болезни и больше не мог вести исследования, поэтому в тот же день отправился обратно на Эспаньолу (остров, на котором ныне находятся Гаити и Доминиканская республика).
Сам Колумб утверждал и до самой своей смерти верил, что открыл острова, расположенные у побережья Восточной Азии, и, возможно, часть материка. Его вера была основана, главным образом, на некритическом чтении Марко Поло и Птолемея. Мы не можем быть уверены, согласовывались ли утверждения Колумба с его изначальными намерениями и обещаниями, а также в том, приняли ли их полностью Фердинанд и Изабелла <..> Но вне всякого сомнения было то, что Колумб обнаружил обширный архипелаг ранее неизвестных островов, которые были населены мирным и покорным, хотя и примитивным народом, и там имелось золото. Если они окажутся стартовой площадкой на пути в Индию, то это еще лучше. Но, в любом случае, они стоили того, чтобы их тщательно исследовать,
* * *
Алонсо де Охеда, родившийся в 1466 году в городе Куэнка (Новая Кастилия), в 1496 году предстал перед католическими королями – по причине того, что католические монархи Фердинанд и Изабелла не доверяли Колумбу и членам его экспедиции и хотели проверить достоверность сообщений Колумба о великих богатствах «нового мира».
Получив разрешение на организацию независимой экспедиции, Алонсо де Охеда 18 мая 1499 года отправился в Новый Свет. Его партнером был флорентиец Америго Веспуччи[1], который оплачивал экспедицию.
Небольшого роста, но хорошо сложенный и крепкого телосложения, Охеда был очень смуглым, с красивыми чертами лица, полными огня глазами, и он обладал невероятной силой и ловкостью. Пешком, верхом на лошади он одинаково хорошо владел любым оружием. Благодаря своему предприимчивому и порывистому характеру он много ссорился, но ни разу не получил ни малейшей раны. Суеверный и в то же время храбрый, он приписывал свою неуязвимость особой защите Девы Марии. И он действительно всегда носил с собой небольшую фламандскую картину с изображением Мадонны, и он часто обращался к ней с горячими молитвами. В боях картина находилась в его сумке, на бивуаке он доставал ее, чтобы повесить на дерево, и даже в самых непристойных ссорах она была объектом его призывов.
Экспедиция прибыла в дельту реки Ориноко в июне. Испанцы посетили остров Тринидад, остров Маргарита и полуострова Пария и Арайя, а потом продолжили движение вдоль побережья.
В районе Чичиривиче произошла жестокая стычка с туземцами, в результате которой один из команды был убит, а другие получили ранения. Оттуда они направились вглубь суши, а потом пришвартовались на Кюрасао, который они назвали Островом Гигантов (Isla de los Gigantes).
Продолжая следовать вдоль западного побережья Кюрасао, они вскоре вышли на восточный берег внутреннего моря или «лагуны Кокибакоа», известной сегодня как Маракайбо. На ее берегу возвышалась деревня или, скорее, группа хижин, построенных на каркасе из свай, окруженных пирогами и сообщающихся между собой шаткими подъемными мостами. Маленький озерный городок утопал в спокойных водах озера, и флорентийца это ничуть не поразило. Несомненно, именно он первым сравнил эту новую Венецию, такую смиренную и такую скромную, с великой королевой Адриатики, и оба путешественника решили окрестить индейский городок именем «Венесуэла», «Маленькая Венеция» или, скорее, «Бедная маленькая Венеция». Можно подумать, что на самом деле это название пришло им в голову не без легкой иронии, потому что в испанском языке уменьшительные «zuelo» и «zuela» указывают на идею мелочности и даже на насмешку и презрение.
9 августа путешественники достигли мыса Сан-Роман на полуострове Парагуана.
24 августа 1499 года они достигли входа в большое озеро Маракайбо.
При появлении испанских кораблей часть индейцев, охваченная ужасом, убежала в дома и подняла подъемные мосты. Другие, собрав целую «флотилию» лодок, ушли в открытое море. Однако вскоре они вернулись с шестнадцатью молодыми девушками, которые были переданы испанцам как залог доверия и мира. Потом и остальные жители подплыли на лодках к кораблям, а некоторые сделали это вплавь. Однако дружба туземцев оказалась обманчива. Внезапно несколько пожилых женщин громко закричали, и эти крики послужили сигналом: шестнадцать девушек бросились в воду и поплыли к берегу. Индейцы, находившиеся в лодках, обрушили на испанцев град стрел, копий и дротиков. Огнестрельное оружие европейцев быстро возымело действие. Когда де Охеда высадился, он обнаружил, что деревня заброшена. Он не стал ее грабить, а начал разведку вокруг озера.
В гавани Сен-Бартелеми испанцы остановились на несколько дней, чтобы насладиться менее обманчивым гостеприимством индейцев, которые по красоте превосходили тех, кого они видели в начале своего путешествия. Несколько молодых женщин даже захотели остаться с европейцами, и Охеда взял с собой одну, назвав ее Изабеллой.
Лоцман и картограф Хуан де ла Коса[2] участвовал в этом путешествии и составил первую, весьма приблизительную, карту побережья Венесуэлы.
После прибытия на Эспаньолу 5 сентября Алонсо де Охеда и его команда были враждебно встречены членами экспедиции Колумба. Они считали, что Охеда не имел права исследовать без разрешения уже ранее открытые Колумбом земли. Взаимная напряженность привела к вооруженным стычкам между этими двумя группами – с убитым и раненым с обеих сторон.
Несмотря на протесты Диего Колумба, были выданы две лицензии: одна – Диего де Никуэсе на заселение Верагуа, а другая – Алонсо де Охеде на