«Языковое мышление» и методы его исследования - Георгий Петрович Щедровицкий

Для того чтобы придать второй группе субстанциальных элементов значение и превратить ее в языковое выражение, я должен сказать, что она обозначает кислоту. Для людей, знающих грузинский язык, эта группа с самого начала имела значение и была языковым выражением, потому что они могли связать ее с означаемым; для всех остальных она получила значение, когда я сказал, что именно она обозначает, то есть когда я посредством русского языка установил связь между ней и означаемым.

Из разбора этих простейших примеров мы можем сделать вывод, что группа субстанциальных элементов языкового выражения имеет значение только в том случае, когда она является элементом взаимосвязи:

^Рис. 4

Мы можем сделать также вывод, что связь субстанциальных элементов языкового выражения с означаемым играет важнейшую, можно сказать, главную роль в языковом выражении; именно она превращает группу «пустых» звуков, движений или письменных изображений в языковое выражение, именно она делает их значимыми.

§ 14.1

О том, что субстанциальные элементы языковых выражений с чем-то связаны или к чему-то [отнесены] и что эта связь или отнесенность, собственно, и делает их значимыми, — об этом говорили издавна и почти все исследователи языка и мышления. Однако, признав наличие связи, они затем оставляли ее в стороне и исследовали только то, с чем были связаны, к чему относились эти субстанциальные элементы. Сама связь, с их точки зрения, не входила в значение, а поэтому и не была предметом исследования.

Б. Специфически мысленное означаемое языковых выражений есть сама «действительность»

§ 15

Приняв положение о том, что субстанциальные элементы языкового выражения имеют значение только в том случае, если они находятся в связи с каким-либо означаемым, то есть только в том случае, если они являются элементом взаимосвязи:

^Рис. 5

мы должны теперь выяснить, что представляет собой это означаемое в том случае, когда имеет место особый вид отражения действительности — мышление.

Существующие по этому вопросу мнения условно, в связи с задачами нашего исследования, можно разбить на семь основных групп.

1. Субстанциальные элементы языковых выражений связаны непосредственно и только с явлениями так называемой чувственности — ощущениями, восприятиями и представлениями. Последние не являются образами или отражением действительности, а поэтому субстанциальные элементы языковых выражений не обозначают действительности; они являются знаками лишь наших собственных, чисто субъективных переживаний. Таким образом, единственным означаемым в этом случае служат явления чувственности. Схематически это понимание может быть изображено формулой:

^Рис. 6

2. Субстанциальные элементы языковых выражений связаны непосредственно со специфически мысленными субстанциальными образованиями — общими идеями, концептами, понятиями. Последние, в свою очередь, связаны с чувственными явлениями, [они] суть результат переработки и объединения чувственных явлений в какие-то единства. Чувственные явления образами или отражением действительности не являются, и, следовательно, субстанциальные элементы языковых выражений также не могут обозначать действительности. Таким образом, в этом случае оказывается два означаемых: мысль и чувственность; первое есть непосредственно означаемое, а второе — опосредованно означаемое. Схема такого понимания:

^Рис. 7

3. Субстанциальные элементы языковых выражений связаны непосредственно и только со специфически мысленными субстанциальными образованиями — общими идеями, концептами, понятиями. Последние не связаны ни с чувственными явлениями, ни с действительностью, а следовательно, и субстанциальные элементы языковых выражений не могут обозначать действительности; они являются знаками лишь наших собственных специфически мысленных переживаний. Таким образом, единственное означаемое в этом случае — мысль, являющаяся чисто субъективным переживанием. Это понимание может быть выражено в схеме:

^Рис. 8

4. Субстанциальные элементы языковых выражений связаны непосредственно с явлениями чувственности — ощущениями, восприятиями, представлениями. Последние являются образами или отражением действительности и, следовательно, связаны с действительностью. Никаких специфически мысленных субстанциальных образований не существует. Таким образом, в этом случае у языкового выражения два означаемых: чувственность и действительность: первое — непосредственно означаемое, второе — опосредованно, или вторично означаемое. Схематически это понимание можно изобразить так:

^Рис. 9

5. Субстанциальные элементы языковых выражений связаны непосредственно со специфически мысленными субстанциальными образованиями — общими идеями, концептами, понятиями. Последние, в свою очередь, связаны с чувственными явлениями, [они] есть результат переработки и объединения чувственных явлений в какие-то единства. Чувственные явления тоже связаны — с действительностью, являются ее образами или отражением. Таким образом, здесь субстанциальные элементы языковых выражений в конечном счете через два опосредствующих субстанциальных звена оказываются связанными с действительностью и, следовательно, имеют уже три означаемых: мысль, чувственность, действительность. Первая — непосредственно означаемое, второе — опосредованно, вторично, а действительность оказывается уже третьим по порядку означаемым. Схематически это понимание можно выразить в формуле:

^Рис. 10

6. Субстанциальные элементы языковых выражений связаны непосредственно со специфически мысленными образованиями — общими идеями, концептами, понятиями. Последние, минуя чувственность, непосредственно связаны с действительностью, являются ее образами или отражением. Вследствие этого и субстанциальные элементы языковых выражений оказываются опосредованным обозначением действительности. Таким образом, в этом случае у языковых выражений два означаемых: мысль и действительность. Действительность опять оказывается лишь опосредованно означаемым. Схема этого понимания:

^Рис. 11

7. Субстанциальные элементы языковых выражений связаны непосредственно с действительностью, минуя как чувственность, так и специфически мысленные субстанциальные образования. Специфически мысленных субстанциальных образований вообще не существует, а чувственность как особый вид отражения лежит рядом с отражением, осуществляющимся в языке. Субстанциальные элементы языковых выражений, поскольку мы берем их во взаимосвязи «языкового мышления», имеют только одно действительно означаемое, и это есть сама действительность. Схематически это понимание должно быть выражено в формуле:

^Рис. 12

Из всех перечисленных точек зрения три первые мы сразу же оставим в стороне как субъективно-идеалистические, ненаучные, и более подробно рассмотрим только четыре последние.

§ 16

Возьмем для начала четвертую и пятую точки зрения, выражаемые соответственно во взаимосвязях (см. рис. 9 и рис. 10). Оставим в стороне различия между этими пониманиями и рассмотрим лишь их общий момент: признание того, что связь между субстанциальными элементами языкового выражения и действительностью осуществляется через чувственные образы. Обе эти схемы в равной мере выражают тот взгляд, что специфически мысленное отражение действительности