«Языковое мышление» и методы его исследования - Георгий Петрович Щедровицкий

^Рис. 74

Второй случай — тот, когда задача не имеет уже сложившегося способа решения и индивид должен его еще создать; структура задачи такого типа значительно сложнее, чем в первом случае. Прежде всего, она предполагает, что в объективной действительности, с которой имеет дело индивид, возникает проблемная ситуация, или, иначе, «ситуация разрыва». Существует несколько различных типов [таких ситуаций].

Одна «ситуация разрыва» возникает тогда, когда среди объектов, включенных в сферу деятельности, появляется новый по характеру или типу объект и по отношению к нему ставятся какие-то из тех задач, или, точнее, «требований», которые раньше ставились по отношению к другим объектам. Но так как это объект новый по типу, то старый способ (или способы) решения задачи не может дать нужного результата. Появляется необходимость выработать новый способ решения задачи. Схематически этот случай можно изобразить так:

^Рис. 75

Вертикальная стрелка показывает, что способ решения задачи зависит от «требования» (связан с ним), горизонтальная стрелка — что он применяется к набору объектов О₁, О₂… О_n, а многоточие рядом с новым объектом X — что к нему этот способ решения применен быть не может.

Несколько иная (с внешней стороны) ситуация разрыва складывается при появлении непосредственно новых «требований». Они могут возникать в связи с развитием самого производства или в системе теоретической науки (например, при появлении парадоксов, при создании синтезирующих знаний и теорий или, наконец, при соотнесении теоретических знаний с объектами). Эти случаи могут быть связаны с первым, даже возникать непосредственно из него; тем не менее мы выделяем их в особые случаи, так как занимаемся сейчас не строгим анализом и классификацией задач и ситуаций разрыва, а лишь описанием их внешней формы. В самом абстрактном виде все эти случаи можно представить в одной схеме:

^Рис. 76

Штриховая вертикальная стрелка показывает, что «требование» ставится по отношению к определенному объекту, но не имеет еще адекватных этому объекту и самому требованию способов решения; объект X в частных случаях может входить в число тех же объектов О₁, О₂… О_n, горизонтальная штриховая стрелка и индекс l указывают на то, что новое требование возникает в окружении набора других требований (и задач). Столкнувшись, к примеру, с проблемной ситуацией, подобной первой, исследователь должен выработать новый способ решения задачи. При этом он будет опираться на уже имеющиеся, уже усвоенные им способы решения и каким-то образом комбинировать, сочленять их (может быть, даже добавлять и нечто принципиально новое), совершая так называемый «творческий» процесс. Эти усвоенные способы деятельности не обязательно должны быть теми, которые раньше были связаны с решением аналогичных задач, это могут быть и какие-то «совершенно посторонние» способы решения ∆_r, ∆_s… Весь процесс создания нового способа решения (включая и описанные выше условия) примет тогда примерно такой вид:

^Рис. 77

Круговые двойные стрелки изображают здесь, во-первых, связь между вновь созданным способом решения ∆_l и теми умениями и способностями (мы обозначаем их как «субъективные условия»), которые есть у индивида и которые он использует при создании нового способа решения. Но сами эти умения и способности появляются в результате усвоения определенных способов решения ∆_r, ∆_s… и эта связь обозначена второй круговой стрелкой. Результат работы исследователя фиксируется в определенном знаковом тексте, точно так же как исходные для этого процесса способы решения ∆_r, ∆_s… были зафиксированы в определенных текстах, которые он изучал раньше.

Описанный до этого случай, когда задача имеет уже сложившийся способ решения, если учитывать деятельность индивида, «укладывается» в описанную сложную схему, то есть является ее частным вариантом. Поэтому специально мы его не рассматриваем.

Даже самый внешний анализ приведенной схемы ставит перед нами ряд исключительно важных вопросов. Первый из них: что мы должны понимать под мышлением — сам способ решения задачи, зафиксированный в текстах, скажем ∆_l, ∆₁, ∆₂… ∆_r, ∆_s… или ту субъективную деятельность, посредством которой индивид создает новый способ решения ∆_l (в более простом варианте — осуществляет усвоенный способ)? По основаниям, которые здесь не могут обсуждаться, — это тема специальной большой работы — мы принимаем первый вариант ответа, и это, с нашей точки зрения, правильно создает предмет логического исследования мышления.

Второй вопрос, который здесь встает, — об отношении и связи между способами решения ∆_r, ∆_s… и теми субъективными условиями, которые позволяют индивиду осуществлять мыслительную деятельность. Очень важный сам по себе, он не входит, по-видимому, в предмет собственно логического исследования: для логики он важен лишь в плане более точного ограничения ее предмета (хотя, делая такое утверждение, мы понимаем, что нужно еще тщательно взвесить все соображения за и против него).

Третий вопрос, может быть, самый важный в плане обсуждаемого нами сейчас: что именно на этой схеме можно называть развитием мышления? Если, скажем, мы выделяем способ решения ∆_l и рассматриваем его как некоторое развившееся, органическое образование, то что, собственно, мы должны выделять как его генетические предформы и какое отношение, соответственно, должны рассматривать как связь развития? Обсудим это более подробно.

Реальное возникновение способа решения ∆_l связано с деятельностью индивида, которую мы на схеме изобразили двойной круговой стрелкой. Но эта деятельность, как мы сказали, не входит в предмет логического исследования. Кроме того, даже если бы мы попробовали ее включить в этот предмет, то все равно не смогли бы проанализировать и понять именно как развитие способа решения ∆_l; в лучшем случае мы могли бы говорить о создании его человеком, и мышление, как легко понять, потеряло бы при таком подходе всякое развитие — оно лишь создавалось бы внешней по отношению к нему силой. Поэтому если нас интересует выделение такой взаимосвязи, которая действительно характеризовала бы развитие мышления как такового, то мы должны искать что-то иное.

§ 83

На весь процесс, изображенный выше в схеме (см. рис. 77), можно взглянуть и иначе, чем мы пытались делать это до сих пор. Появление способа решения ∆_l можно рассматривать в отношении ко всей уже имеющейся совокупности способов ∆₁, ∆₂… ∆_k и пытаться найти закономерности, определяющие генетическую связь его именно с ними