Черновик для Эффы 4 - Владимир Алексеевич Ильин
— Ладно. — Кивнул ей и, закрыв глаза, прилег на кресло.
Лететь нам предстояло еще четыре часа — и я не видел ничего плохого, чтобы наверстать упущенные часы сна.
Правда, через какое-то время чуть приподнял веки, разбуженный близким шорохом — Аллита что-то активно искала в сумке. А как все нашла, тихонько принялась инспектировать найденное.
Благо, все остальные уткнулись в телефоны — только экраны подсвечивали наклоненные над ними лица. Свет в корабле давали две тусклые линии плафонов, встроенных в потолок. Полное молчание — в присутствии капитана Навин, устроившейся возле выхода. Она, впрочем, тоже дремала. Судя по гулу систем, десантный корабль шел по воздуху в пункт назначения.
— У меня вообще такого не было! — Еле слышно прошипела принцесса, вчитываясь в описание какого-то крема в небольшом тюбике. — Или было?.. Чертов старик! — Шепотом выругалась она.
Зря она, про дедушку так нельзя.
Глава 3
Приближение конечной точки назначения отметилось единичным звуком корабельной сирены — разбудившей тех, кто спал, и заставившей встрепенуться и тревожно переглядываться остальных.
— Сарги-2, пять минут! — Громогласно объявила мисс Навин.
Следом стены и пол — кроме центральной линии коридора — протаяли, отражая лесной массив под ногами с вьющейся через него узкой и быстрой речкой в свете заходящего солнца. Двигались мы на запад, прибавив семь часовых поясов за время движения — тут день клонился к завершению, почти девять вечера.
Почти сразу под кораблем появилось поселение — или даже небольшой городок. Несколько сотен домов, объединенных аккуратной квартальной застройкой, большая часть в четыре этажа. Ни единого огонька в окнах, покинутые улицы с разросшимся красноватым кустарником, разбитый фонтан и широкое озерцо на главной площади — глаз выхватил это все единым кадром, невольно сравнивая с покинутым районом на юго-западе столицы. Там жизни было больше.
Мелькнул частный сектор — со своими подворьями и теплицами, с точками белого электрического света в окнах и во дворах. Он жался к мертвому городу с северо-запада — откуда приходила бетонированная дорога с высоченными столбами и линиями проводов.
Это и звалось поселением «Сарги» — на спутниковых снимках весь район был отретуширован и сильно размыт. В обычных картах просто стояла точка и численность населения — и по ним воображение представляло деревеньку домов на сорок, обязательно с кабаком и церквушкой. Впрочем, если к образу добавить мертвый город, то мало что изменится.
Сама воинская часть, шифрованная как «Сарги-2» для удобства, появилась через некоторое время после облета поселения — гравилет демонстрировал нам окрестности перед тем, как зайти на посадку. И вот там — то ли на контрасте с полумертвым городком, то ли из-за снижения высоты и скорости при заходе на посадку — ощущения от масштаба увиденного были совсем иными. Тоже город — но живой, наполненный движением.
Огромное пространство за высоким ограждением — километр на полкилометра, с довольно широко расставленными зданиями. Половина территории приходилась на место размещения боевых гравилетов — как раз шла на посадку двойка «Барракуд» в бело-сером камуфляже.
Покосился на ребят — все рассматривали будущее место службы с приоткрытым ртом. Кто-то поджал ноги — иллюзорная пустота воспринималась с опаской — но зрелище огромного военного механизма: с солдатами, шедшими «коробочками» по плацу и двигающимися строем по улицам, с высоченной вышкой диспетчера и меланхолично крутящимися антеннами радаров поодаль, с массивными и угловатыми гравилетами, занимавшими территорию в городской район — все это неподготовленного человека подавляло. Еще и потому, что приходило понимание — скоро в этом огромном механизме придется занять место.
Но если отстраниться от ярких эмоций, то даже в свете заходящего солнца были видны некоторые не самые веселые моменты. Что это не малиновый отсвет заката, а ржавчина на крышах. Что часть бетонного забора с «колючкой» поверх местами завалилась под опасным углом. Что где-то треть парка гравилетов заставлены так плотно, что на них вряд ли планируют летать — трапы не откроются, некуда им открываться, а экипажи не смогут подойти. Что от диспетчерской отслоился лист обшивки, образовав неопасную, в общем-то, трещину.
Рыжие пятна на бетоне, сомнительное состояние фасадов — большинство проблем в армии решаются банкой краски, но даже с этим тут явно было не очень хорошо. Впрочем, что-то такое и предполагалось — «Сарги-2» не числилась среди образцовых.
— Сарги-2, прибытие — одна минута. Привести себя в порядок!
Лихорадочные попытки причесаться — у девчонок с расческами и зеркальцами, у парней — пятерней руки. Я застегнул пуговичку на воротнике.
Десантный корабль плавно встал на опоры чуть сбоку от каменного одноэтажного здания со стороны взлетки — слишком велика честь высаживать на плацу. Да и смысл сомнительный — вот выстроят солдат для торжественного прибытия, и как они отреагируют на трех молодых девчонок? Вряд ли свист и восторженные вопли нашим понравятся — а они будут, как ни угрожай взысканиями.
Девушки в частях тоже служат, но в связистах, медиках, пилотах — их немного, несмотря на активную имперскую пропаганду, которая засовывает во все боевики сильных главных героинь. Девушки — это всегда административный состав, офицеры, врачи, высококлассные спецы, снайперы — все, кто выходит на службу с лычками минимум младших лейтенантов, поэтому для обычных солдат вроде небожителей. Скажешь кривое слово — и сам пойдешь сдаваться, чтобы посидеть в одиночке пару суток, думать о своем поведении.
А тут — трое симпатяжек с пустыми погонами…
В общем, встречали нас без помпы, зато очень представительной компанией — обзорный вид снова пропал, но напоследок мы успели увидеть идущую к нам группу офицеров.
— Отряд, стройся! — Скомандовала капитан Навин, и мы выстроились в проходе по росту. — Смирно! Вольно! Налев-о! И только посмейте меня опозорить! — Прошипела она. — На выход, с левой ноги, шагом — марш!
Зашагали, даже не сбились. Штурм-трап был уже спущен, поодаль от него стояли четверо — полковник Дамин вон Хемли во главе в легкой ветровке, расстегнутой поверх темно-зеленой офицерской формы, в фуражке и начищенных до блеска сапогах — рослый, подтянутый, глядящий со значением. Капитан Навин смотрела на него чуть ли не влюбленно.
За полковником стояли остальные встречающие — двое, я бы сказал, из обоймы вон Хемли: невольно копировали вид начальства, разве что ветровки держали застегнутыми и взгляд был не таким акцентированным. Но — тот же подтянутый, образцовый вид. Третий — тот, скорее, местный служака. Сильно старше, давно