Принцип равновесия - Валерий Михайлович Гуминский

За Савиным внимательно приглядывали Лора с Ириной, но пока не обнаружили в нём признаков изменений, как физических, так и психологических. Скорее всего, Рахдай пока не имеет достаточно сил, чтобы полностью завладеть телом управляющего. Подчинение — да, оно уже шло, пусть и медленным темпом. То, как жестоко расправился Илья со своими похитителями, было первым звоночком. Савин божился, что только просил помочь, а не поддавался манипуляциям шамана.

Ясни усиленно вспоминал, какие способы можно использовать для окончательного уничтожения Рахдая. «Закольцевать» возрождения шамана было хорошей идеей, но я не мог понять, что из себе представляет сам процесс. А пока мой призрачный Слуга был погружён в собственное прошлое, откуда мог выудить что-то полезное, я успел нанести визит князю Курбскому. Судя по архиву, предки Андрея Владимировича являлись одними из главных союзников Пронских и всегда стояли в оппозиции к Долгоруким.

Я особо и не надеялся, что Глава Рода Курбских станет со мной откровенничать. Да, мы неплохо побеседовали, попили кофейку в богатой библиотеке, порассуждали о первых Великих князьях.

— А вы сами, Андрей Владимирович, как считаете, остались ли у Вадима, внука Гостомыслова, потомки? — задал я провокационный вопрос. — Ведь в таком случае у них все эти века были претензии к правящей династии.

— Мне не понятен ваш интерес к такой скользкой теме, господин Колояр, — лицо Курбского, словно высеченное из гранита, самым настоящим образом окаменело. — Вадим не оставил наследников, как и Избор. А их дядька Будигост не слишком долго просидел на великом княженье.

— Про наследников — вопрос спорный, — я пока не давил на Курбского, видя, насколько он опасается прикасаться к этой теме. — Когда на Руси начали задумываться о создании Банка одарённых? Я не знаю, как он в то время назывался, но вы меня поняли.

— Судя по напористости, с которой вы задаёте опасные вопросы, вами получен доступ к архивным документам, — задумчиво проговорил князь Андрей Владимирович, вертя в руках пустую чашку. — А они в природе существуют только в хранилище клана Долгоруких и в качестве архива Пронских, который, скорее всего, уничтожен. Но я не верю, что император позволил вам даже одним глазом посмотреть на эти бумаги.

— Почему? Не потому ли, что предок Волоцких являлся подписантом «Договора Двенадцати»? — Я играл если и не ва-банк, то довольно рискованно. Но эту историю надо было понять, расставить все точки над «i» и определить, кто союзник, а кто враг. И только потом разговаривать с императором. В конце концов, подписание нового договора могло снять напряжение в аристократическом обществе. В первую очередь я хотел обезопасить свою семью, получить гарантии хотя бы лет на триста. Это в идеале. Как получится на самом деле, знает только Бог.

— Как вам удалось раскопать информацию, что Волоцкие являются гарантами подписи на «Договоре Двенадцати»?

— От деда Тримира мне достались не только Курганные Земли и богатое наследство, но и кое-какие документы, — наполовину соврал я. — В них есть указание на пресловутый «Договор» и подтверждение, что Волоцкие имеют право голоса при выборе нового Великого князя русского престола.

— Интересно, — Курбский почесал мочку уха. Выглядел князь озадаченным. — Неужели ваш дед настолько сблизился с Пронскими, что те отдали ему часть важного архива?

— Ну, часть — громко сказано, — расслабился я, поняв, что угодил в цель. — Но документы есть.

А почему я, кстати, не заинтересовался бумагами деда Тримира, когда узнал о наследстве? Ведь до сих пор в банковской ячейке немецкого «Альянс-банка» лежит портфель с документами и самые ценные артефакты, найденные на Курганных Землях. Одни только древности могут знатно обогатить меня, но сейчас дело не в них. Ещё бы Жароха найти! Не верю я в его смерть!

— Интересно, — повторил Андрей Владимирович, глядя на меня как-то иначе. Опаски в его глазах я не увидел, но и желания откровенничать — тоже. — Почему вас заинтересовала пресечённая линия детей и внуков Гостомысла?

— Потому что она не пресечена, князь, — честно ответил я. Пусть у меня не было никаких подтверждений своему слову, но именно в этой плоскости лежала отгадка, почему Долгорукие из века в век так тщательно пропалывают грядки с одарёнными, а Пронские крепко держали в руках первый клан Руси. Кто-то из детей Вадима, Избора или дядьки их Будигоста остался жив, но был вынужден скрываться под чужими именами.

— Это не доказано, господин Колояр, — покачал головой Курбский, но как-то неуверенно. Или я заронил семя сомнения, или он что-то знал. — В Банке одарённых нет крови потомков Гостомысла. Нельзя проверить генетические маркеры, чтобы с уверенностью сказать, что некий боярин Пупкин является потомком Вадима или Избора. Да и не хранится кровь так долго. Каждые пятьдесят лет проводится обновление Банка. Кровь по прямой линии держится дольше — сто лет. И тем не менее… Это довольно кропотливая работа, с понятной отчётностью. Как видите, кровь Гостомыслов рано или поздно могла проявиться, но этого не произошло.

— Или её намеренно скрывают.

— Мы говорим на очень опасную тему, господин Волоцкий, — голос князя Курбского заледенел. — Я даже не хочу её затрагивать больше положенного. И вам мой совет: не пытайтесь играть в сыщика. Лучше от этого никому не станет.

Я понимал, что Курбский пока недостаточно знает обо мне, и после визита начнёт собирать информацию. Ему необходимо понять, какую роль я играю в новом раскладе карт. Если поймёт, что к Долгоруким я не испытываю никакого пиетета, и даже пытаюсь ему противодействовать, то пойдёт навстречу. Надеюсь на это. Князь человек умный, но после гибели Пронских будет осторожен донельзя.

Мы распрощались хоть и без теплоты, но и особой неприязни я от Курбского не почувствовал. Вернувшись домой, выслушал доклад Нила. Пост наблюдения в особняке напротив продолжал функционировать, к этому уже привыкли. Но охрана заметила странность. Уже третий раз за неделю мимо нашей усадьбы проезжает один и тот же фургон по развозке питьевой воды. По крайней мере, он не останавливался возле наших соседей. Номер машины запомнили, Ирина через своих знакомых в Департаменте полиции узнала, что фургон отдан в аренду компании по продаже воды и прохладительных напитков. Вроде бы ничего особенного. Кто-то решил позаботиться о своём здоровье, хотя в каждой усадьбе есть водопроводная система, а водичка качается прямо из глубин земли-матушки.

— От фургона разило каким-то магическим конструктом, — внёс ясность подошедший к